Чтение онлайн

Эх, прошлый вечер! Тогда мы, казалось, совсем оторвались от погони. Чувство леса, напрягаемое мной до предела дальности (с минимальной чувствительностью, чтоб только уловить факт наличия живого существа с центнер весом), не показывало никакого следа орков. Мы остановились на небольшой полянке, образовавшейся вокруг большого лиственного дерева. Сперва я принял его за граб, но Спутник поправил меня: это оказалось местное дерево, на Земле не растущее. Но на граб или клен все равно похоже. Хорошо, что не дуб: визит стада диких свиней в поисках прошлогодних желудей среди ночи не входит в мое понимание покоя и отдыха.

Никакого ручейка под корнями, вопреки книжной традиции, не обнаружилось, да и в радиусе сотни метров от полянки — тоже. Искать не было ни настроения, ни особого смысла. Перекусили сухим пайком — прессованными брикетами из сушеного мяса, дробленых орехов, каких-то корешков, плодов и зерен. Кстати, именовалось это чудо кулинарии, казавшееся явным анахронизмом, «Орденский кирпич». И Спутник, молчаливо вздохнув, подтвердил, что знаком с этим блюдом очень близко, может, даже ближе, чем хотелось бы. Запили водой из фляг и начали устраиваться на отдых. Огня не разводили по вполне понятным причинам. Я еще пожевал немного кофейных зерен. Оказалось, что, помимо знакомого по Земле эффекта, они еще и здорово ускоряют восстановление резерва маны. Это, конечно, хорошо, даже очень. Я тут же пересыпал горсть зерен в один из накладных карманов для использования на ходу.

После скромного ужина уложил двурвов спать, вызвавшись караулить первым, чтоб заодно убедиться, что погоня и правда отстала. Эх, не ценил я еще вчера своего счастья! Сейчас бы пару часиков поспать, да где там!

Тогда я, немного поколебавшись, поставил все же сигнализацию и при помощи зажженной свечки провел ритуал сродства с Огнем, возобновив защитный кокон. Интересно, в моем мире этот ритуал описывался как один из простейших и общедоступных, а здесь считается очень сложным и чрезвычайно опасным для мага. Странно, конечно, но я никакой опасности не уловил, и Спутник молчит по этому поводу.

Убедившись, что вокруг все тихо, я, пока совсем не стемнело, полез в рюкзак за трофеями. Не без опаски развернул кожаный тючок и осторожно взял в руки бубен. На сей раз тряхнуло слабее. Или из-за того, что я был готов, или смерть прежнего владельца ослабила черную ауру — не знаю. Я вытряхнул погремушку на передник, служивший до того упаковкой, и начал рассматривать приобретение.

Обод бубна был сделан из цельной кости. По крайней мере, я не нашел никаких следов сборки — ни шва, ни даже тончайшего стыка. Скудное освещение не позволило рассмотреть, был ли то поперечный спил трубчатой кости, или кольцо вырезалось из чьего-то черепа. Хотя в случае черепа должны же быть швы и рубцы? Не знаю, не знаю… В обод были вставлены три пары пластин хитрой формы, из какого-то светлого металла. Не то старинные, даже древние, монеты с надписями на давно исчезнувших языках, не то специально изготовленные для нанесения вязи магических символов бляшки.

Но сильнее всего впечатлила кожа. Казалось, именно от нее исходят те боль и отчаяние, что едва не контузили меня при первом прикосновении к инструменту. Кожа на первый взгляд казалось толстой, но, присмотревшись к торцу, я понял — она склеена из нескольких тоненьких слоев. Вспомнив, что неприятные ощущения приходили ко мне опосредованно и резко уменьшились с ослаблением чувства леса, я потянулся к коже бубна этим своим умением. И чуть не был смят волной ужаса и отчаяния.

Отбросив инструмент в сторону, я довольно долго сидел в прострации, собираясь с мыслями и чувствами. Да уж! Принести ТАКОЕ вот именно СЮДА — это надо быть фанатом особо изощренных способов самоубийства. Или знать, что лес остался бесхозным. Надо же додуматься до такого — натягивать на бубен кожу, содранную с живого эльфа! Да еще и не с одного, судя по всему. Можете себе представить боль, ужас и обреченность бессмертного существа, умирающего под ритуальными пытками? А теперь усильте это десятикратно.

Я с некоторым даже трепетом аккуратно стряхнул трещотку с передника в бубен и бережно, как тухлое яйцо, завернул кошмарный музыкальный инструмент в трофейную одежку. Такое страшно носить с собой, но еще страшнее — отдать ЭТО врагам. Меня посетила еще одна здравая мысль: если эльфы исчезли из этого Мира, то бубен превращается в невосполнимый ресурс. Ну так тем более — нечего оставлять оркам такую игрушку. Хотелось бы уничтожить шаманский инструмент, но было страшновато даже пробовать: ясно, что это довольно мощный артефакт, и как он поведет себя при попытке, скажем, сжечь его, какие силы при этом высвободятся — неведомо.

Ничего, донесу до Резани и сдам магам. И если у орков нет такого второго, то и Ритуал Обращения они не смогут повторить. Снова продрало по спине когтистой лапой, как тогда, когда я понял, что именно делали орки на поляне Храма Сил…

На входе в лес с поляны Храма мы немножко оторвались от непосредственной погони. Или орки ждали отставших, или, как и я, опасались засады и стрел — не знаю. Двурвы как ворвались в лес, так и полетели по прямой на восток, лишь бы подальше от места боя. Но не успел я сделать и двух десятков шагов за ними, как меня просто обожгло изнутри: «Опасность впереди!»

— Правее! — крикнул я, и мои пехотинцы тут же повернули почти под прямым углом вправо, как будто собирались бежать вдоль самой опушки. Они что, угол поворота меньше девяноста градусов не признают в принципе?! Ладно, попробуем иначе.

— За мной! — Я взял курс под углом градусов тридцать к опушке, двурвы послушно затопали следом.

На бегу я постоянно оглядывался назад. Не глазами, а новоприобретенным чувством, которое протестировал одним из первых. Когда орки наконец вышли на наш след, до них было чуть меньше двухсот метров. Слишком близко для того, чтобы устраивать какие-то хитрости и петли, и для того, чтобы не опасаться внезапного рывка. Сейчас, например, хлебнут какой-нибудь отвар и ускорятся ненадолго — а надолго и не надо. Даже растяжку поставить — и то не получится, слишком много времени придется потратить.

Стоп, что это я несу?! Какую растяжку, где я гранату возьму?

Чем хорош такой вот размеренный бег на неопределенную дистанцию: ноги работают, голова свободна, можно относительно спокойно подумать. Например, о том, почему я не попробовал накрыть запитанным от Источника копьем света набегающих преследователей? Подвело то, что слишком сосредоточился на одной задаче — избежать засады, или еще что? Дурень, конечно, но… Но, как, по слухам, говорят в Одессе: «Хорошо быть таким умным раньше, как моя жена — потом».

Мысль вернулась к гранатам. Ну, что-то подобное здесь есть, тот же гоблинский гром-камень взять. Булыжник, накачанный магией. Хм… Накачанный… Что-то похожее я недавно делал, нет? Правда, не с камнем, но…

Я вспомнил, как орал помощник шамана, накрытый праздничного вида серебристым облачком. А что, почему бы и нет? Только вот какую проволочку протянуть и к чему ее привязать? А отчего взрывались стрелы? Одну можно списать на удар о землю, а как быть с той, что взорвалась в воздухе?

Еще метров сто размеренного бега — и решение найдено. Или это только так кажется? Но — заманчиво! Я на бегу потянул из колчана одну из немногих оставшихся стрел с наконечником из Стражьего сплава. На ходу лезвием глефы срезал древко стрелы так, чтоб остался кусок дерева длиной сантиметров двадцать. Подхватил и сунул в колчан обрезок боеприпаса — просто чтоб не попался на глаза преследователям. Накачал металл маной, щедро, сколько тот мог вместить. При этом энергию вливал через пару энергоканалов, напоминающих что-то вроде проводов. И все это на бегу, прошу заметить. Пропустив двурвов мимо себя, рукой дал им направление бега и стал искать подходящее место. Да вот, например.