Рейнеке-лис
Шрифт:
Трещину видят: стена за давностью лет раскололась.
Рейнеке сразу юркнул, протиснувшись, правда, с натугой, —
Щель узковата была. Волчица, дородная дама,
Ткнулась также стремительно в щель головой, но застряла,
Тыкалась, ерзала, билась, пыталась протиснуться, – тщетно!
Только сильней защемило, – ни взад, ни вперед не пролезет.
Стоило Рейнеке это заметить, окольной дорогой
Сзади он к ней забежал, – и теперь он ей задал работу!
Но уж при этом она не скупилась на ругань: «Мерзавец!
Ты поступаешь бесчестно!» А Рейнеке невозмутимо:
«Жаль, что не раньте, но все-таки – что суждено, да свершится!»
Это не доблесть – супругу свою утруждать избегая,
К женам чужим прибегать, как Рейнеке делал беспутный!
Ну, а когда из расщелины вырвалась все же волчица,
Рейнеке был далеко, шагал он своею дорогой.
Думала дама сама защищать свое дамское право,
Дамскую честь отстоять, но вторично ее потеряла…
Впрочем, вернемся к злосчастному Гинце. Как только он понял,
Что в западне очутился, он – в чисто кошачьей манере —
Жалобно начал вопить. Мартынчик сорвался с кровати:
«Ну, слава богу! В счастливый часок я, как видно, приладил
Петлю у этой лазейки! Попался воришка! Заплатит
За петуха он недешево!» Прыгал от счастья Мартынчик.
Живо он свечку зажег (в доме все спали спокойно),
Мать и отца разбудил он, растормошил всю прислугу,
Крикнул: «Лисица попалась! Вот мы ей покажем!» Сбежались
Все от велика до мала, вскочил и сам папенька-патер,
Спешно подрясник набросив. С двусвечным шандалом бежала,
Всех возглавляя, кухарка. Мартынчик увесистой палкой
Вооружился проворно – и начал с котом расправляться:
Бил его немилосердно – и глаз наконец ему вышиб.
Все колотили кота. С острозубыми вилами патер
Тут подоспел, – самолично разбойника думал прикончить.
Смерть свою Гинце почуял; с отчаянья бешено прыгнул,
Патеру в пах угодил, искусал, исцарапал опасно,
Страшно его осрамил – и за глаз расквитался жестоко.
Крикнул тут патер – и наземь упал, и сознанья лишился.
Неосторожно ругнулась кухарка: сам черт, вероятно,
Чтобы напакостить ей, эту штуку устроил! И дважды,
Трижды клялась, что готова последних пожитков лишиться,
Лишь бы такого несчастья с хозяином не приключилось!
Конец ознакомительного фрагмента.