Чтение онлайн

Стинову даже не потребовалось напрягать воображение, чтобы представить себе, что бы произошло, если бы Василий промедлил с его освобождением еще день-другой. Коменданты не упустили бы возможности утереть нос Шалиеву, обвинив его в подлоге и предъявив настоящего Стинова. Ну а для того, чтобы подсчитать, сколько дней осталось бы жить Стинову, после того как его выдали информационникам, с лихвой хватило бы пальцев на одной руке.

Просматривая информационные сообщения, Стинов с удивлением отметил, что не испытывает раздражения по поводу действий и заявлений Шалиева. Хотя, наверное, за все то, что Шалиев с ним сделал и собирался сделать, он должен был ненавидеть его до глубины души, до животного желания вцепиться зубами в горло. Но не было этого. Не было потому, что Шалиев и Стинов представляли собой фигуры, стоявшие на полях игровой доски, обозначенных разными цветами. Пути их порой пересекаются, но у каждого свои интересы, непонятные, да и попросту неинтересные другому. Шалиеву довелось стать руководителем отдела. Стинову удалось остаться в живых. Каждый остался при своем.

Стинов не строил зловещих планов мести. Ему хотелось только одного – каким-либо образом дать знать о себе Шалиеву. Чтобы тот постоянно помнил о том, кого предал, и боялся его появления.

Когда в дверь коротко, деликатно позвонили, Стинов почти не сомневался, что, открыв ее, увидит на пороге Василия. Проведя в одиночестве достаточно времени, чтобы разобраться с собственными мыслями и чувствами, он хотел теперь выяснить свое положение. Как долго он сможет пользоваться гостеприимством монахов? И чего они ждут от него взамен?

Широкий капюшон серого балахона монаха был откинут на спину. На этот раз у Василия было его обычное лицо. Если, конечно, можно считать нормальным то, что у молодого еще мужчины лицо изможденного непомерно долгой жизнью старца. Выглядел Василий вполне здоровым, хотя его покрытое морщинами лицо казалось усталым и осунувшимся.

– Ну, как устроился? – спросил Василий, проходя в комнату.

– Нормально, – Стинов закрыл дверь и сел на стул. – Не особенно отличается от других мест, где мне доводилось бывать. Разве что шпионы у вас проворнее, чем где бы то ни было.

– Шпионы? – удивленно приподнял бровь Василий. – За тобой кто-то следил?

– Как раз слежку-то мне и не удалось обнаружить.

– Потому что ее и не было, – улыбнулся Василий.

– Ты хочешь уверить меня в том, что с тех пор, как я оказался в секторе Паскаля, за мной не велось никакого наблюдения? – недоверчиво прищурился Стинов.

– А какой в этом смысл? – ответил Василий. – Даже если бы тебе удалось выбраться из сектора, куда бы ты пошел? У тебя нет ни документов, ни денег. К тому же ты успел основательно подпортить отношения с двумя ведущими отделами. Никто в Сфере не даст тебе укрытия, кроме Ордена.

– Вот об этом я как раз-то и хотел поговорить, – кивнул Стинов. – Об Ордене и о наших дальнейших взаимоотношениях.

Василий сел на стул напротив Стинова и, как прилежный ученик, сложил руки на столе.

– С чего начнем?

– Я думал, ты сам мне об этом скажешь.

Стинов поставил руки локтями на стол и удобно устроил подбородок между ладоней, всем своим видом показывая, что готов слушать.

– Хорошо, – согласился Василий. – В таком случае начнем с истории Ордена геренитов. Тебе она знакома?

– В общих чертах.

– Значит, неплохо будет повторить. Раз уж тебе теперь суждено жить среди геренитов, ты должен понимать, что за люди тебя окружают.

Первые идеологи учения о сверхъестественной природе поля стабильности появились на девяносто первом году существования Сферы стабильности. К тому времени не осталось почти никого из поколения, покинувшего Землю. Шестьдесят четыре года минуло со дня смерти Хабера ван Герена. Сообщество жителей Сферы, не имеющее правил и законов, по которым ему следовало жить, распадалось на части. Люди объединялись вокруг отделов, в которых они работали, обособляясь от остальных. При том что Сфера изначально была задумана как единый организм, подобные тенденции неминуемо должны были привести к самоуничтожению. Для того чтобы объединить людей, заставить их вновь жить и работать вместе, остановить начавшийся распад, нужна была новая идея.

В настоящее время взаимоотношения между отделами и секторами строятся по принципу, получившему название «полупроницаемая мембрана». В соответствии с ним каждый из отделов берет на себя определенные обязательства, которые неукоснительно выполняет. Так, например, Информационный отдел обеспечивает все остальные отделы продуктами питания и занимается обслуживанием инфо-сети. Коменданты следят за порядком в жилых секторах и выступают в роле арбитров в спорах между секторами. Рамки обязательных работ других отделов, без которых невозможно полноценное функционирование организма Сферы, так же четко очерчены. В остальном руководства отделов действуют независимо, самостоятельно выбирая, как строить свои отношения с соседями и каким образом поддерживать порядок на подконтрольных территориях.

Но в свое время предлагались и иные принципы организации общественной структуры Сферы, основанные на объединении всего общества в единое целое. Герениты намеревались сделать это на основе созданного ими учения.

Основатели Ордена геренитов возвели в сан святого Хабера ван Герена, человека, чьи научные идеи и исследования позволили создать Сферу стабильности. Согласно Первому постулату геренитов, формулы поля стабильности были ниспосланы ван Герену свыше…

– Богом? – перебив, спросил Стинов.

– Мы называем это Провидением. Христианское учение о едином боге было создано искусственно, для определенного времени и конкретного общественного строя. Оно умерло в тот момент, когда перестало соответствовать текущему моменту. Воспоминания о нем живы до сих пор только благодаря огромному числу произведений искусств, в которых были использованы христианские мотивы.

Учение геренитов также было создано конкретными живыми людьми, но оно соответствовало тому предназначению, которое должно было выполнить.

– Ты собираешься обратить меня в свою веру? – снова перебил Василия Стинов.

Тот не выказал никакого недовольства по поводу столь явной бестактности. То ли он превосходно умел контролировать свои эмоции, то ли ему были совершенно безразличны замечания собеседника.

– Сейчас я занят тем, что излагаю тебе основы учения геренитов, – спокойно произнес Василий.

– В таком случае лучше без излишних подробностей, – слегка, только чтобы обозначить свое безразличие к данной теме, скривил губы Стинов. – Если можно – в двух словах.