Чтение онлайн

— Но тут же… — Штерн огляделся и посмотрел в угол.

— Камеры, да. Но ты же теперь главный, — Турок посмотрел на тело Лисицына. — Вот и найди способ удалить, или утром хана тебе. Но мы с тобой ещё поработаем. И запомни, что из этой игры выхода нет.

На каких-то предметах в институте мне требовалось напрягаться, особенно на технических, в которых Туман в принципе не разбирался. Зато здесь немало помогала его память.

В каких-то надо было наоборот сдерживаться, чтобы не выглядеть подозрительно. Вот как на английском. Я читал текст вслух из учебника с кучей технических терминов, и старался делать так, чтобы у меня звучал твёрдый русский акцент, а не британский, или откуда там Туман родом. Вряд ли даже Ланге это знал.

А то будет странно, когда два года плавал и едва выскребал на трояк, а тут вдруг говорю и читаю на уровне носителя.

— Молодец, Лебедев, — похвалила меня преподавательница Анна Борисовна, когда я закончил. — Взялся за ум. Произношение бы ещё поправить, чтобы не звучать как русский мафиози в голливудском боевике.

Вообще-то, именно этого я и хотел, этого и добился. С акцентами Туман разбирался отлично, и я заодно.

Английский у нас шёл последний семестр, а у меня с ним раньше была куча проблем. Но в последнее время они ушли сами собой. Читаешь текст, и всё понятно, будто на русском прочитал. Даже фильмы могу смотреть без озвучки и субтитров.

— И телефон меньше других в руках крутишь, — продолжала она хвалить меня. — А то все нейросетями переводят, привыкли, расслабились. А не будет интернета, что делать будете?

— Страдать будем, Анна Борисовна, — произнёс Лёша.

В аудитории раздались смешки. Преподавательница продолжила что-то рассказывать по временам в английском языке, потому что мало того, что мы их не знали, так ещё и забыли. И всё это сдабривалось кучей железнодорожных терминов на английском.

Потом читали диалоги по ролям. Какие они там вежливые, на этой английской железной дороге. В наших депо без мата вообще не говорят.

А Лёша шёпотом рассказывал мне, как настраивал свой умный автоответчик, чтобы он узнавал мошенников и начинал тратить их время и нервы.

Но я же пока думал о другом. Написал Наташе: «Как дела?», она не отвечала. В сети в последний раз была в 07:09. Тогда мы проснулись, и девушка проверила телефон.

Учитывая, что в этом гаджете вся её работа, странно, что она офлайн. Или в городе снова вырубили мобильный инет, а она не в офисе? Но ведь у сотрудников «Контура» на служебных телефонах инет не глушится. Если он есть физически, и вышки целы, то и у них будет связь без всяких белых списков. Что подтверждало мои мысли, что это не совсем частная контора, или очень уж влиятельная.

Но беда в том, что мы вчера сбежали от задержания, и парочке оперативников настучали по головам. Лисицын обещал нас отмазать, хотя добавлял, что придётся потом лично поговорить с теми операми, чтобы они не затаили злобу, и проставиться. Вроде как, рабочие вопросы, мол, получилось так. А контакты у Леонида Аркадьевича в местной управе были серьёзные.

Впрочем, лишь бы Штерн не продолжил свои интриги. Думаю, Лисицын сделал выводы и прижал гадёныша, и я думал, чтобы такого добавить, чтобы Штерн не выплыл? Что-нибудь анонимно.

Но вскоре надежда быстро ушла, когда я узнал, что случилось ночью.

Я редко читаю новости с самого утра. Они здорово отвлекали от учёбы и сбивали с мыслей. А если читать всё, то можно вообще нифига не делать, а только «думскроллить», то есть потреблять один только негатив. После такого будет сложно сосредоточиться на чём-то важном.

Но всё же одну новость я увидел, когда открыл канал с новостями городского портала. И внутри всё похолодело.

«Глава филиала компании, занимающейся IT-безопасностью, скончался ночью от сердечного приступа на рабочем месте». И там же было фото Лисицына. Здоровый же вчера был!

Под новостью больше всего было реакций со значком огонька или большим пальцем, а в комментариях злорадствовали. Лисицын ведь работал в КГБ и ФСБ, а народ в интернете чекистов не любит. И все решили, что от него избавились свои, и уже вовсю строили теории заговора. Но суть даже близко никто не угадал, естественно.

Но это не просто звоночек, что надо напрячься. Это, мать его, целый набат. Пожар!

И в этот момент у меня в голове будто так — щёлк!

Дворец памяти стал тёмным, свечи затухли, огромные окна закрылись, заревел сигнал тревоги. Во всех помещениях загорелся красный свет, а во дворе появилась зенитка. Намёк понятен. Ждём нападения и огромных проблем.

Набрал Наташе сразу по номеру, но вызов сбросили. После от неё в чат пришло сообщение: «приезжай улица чкалова дом 15 жду».

Ни одного смайлика или скобочки, и ни одной запятой, хотя Наташа писала очень грамотно. Хотя какие смайлики или скобочки в такое время? Волнуется и переживает?

Но всё равно, как-то странно. Я представил карту города. Это было легко, она висела на стене во дворце памяти в виде одной из фресок. Указанное место как раз рядом с тем серым домом управления ФСБ.

Взяли её и меня хотят взять? Ещё не хотят далеко тащить. Фигу вам, буду её вытаскивать и вытащу в итоге. Но для этого надо понять, кто самая угроза.

Это ей прилетело в отместку за вчерашнее, ведь сейчас никто не прикроет, раз Лисицына нет. Вчера же операция сорвалась, а Штерн не будет ей помогать.

Возможно, он даже будет делать наоборот, продолжит свою старую схему, чтобы всё спихнуть на покойного Леонида Аркадьича, тем более, тот ответить больше не сможет.

И меня этот Штерн подтянет заодно, ведь это же я сорвал его планы. Причину он не знает, но подстраховаться захочет. И опера, особенно тот, кому Наташа врезала, будут рады отомстить нам за ту пробежку.