Резонанс бытия
Шрифт:
«Вот оно, окно в прошлое, — подумала Вика. — Хотя нет, не окно, а дверь. Дверь, в которую можно войти…»
В предыдущий раз, когда она была в обратных сегментах Безвременья, Софи сказала ей, что прошлое всех миров Вселенной, за исключением нарушенной реальности космического мира, незыблемо и неизменно. Позже она узнала, что это не совсем так, а Софи просто хотела успокоить её, уставшую от временн ых парадоксов и жаждавшую постоянства, определённости, уверенности не только в завтрашнем, но и во вчерашнем дне. На самом же деле обратные сегменты были больше чем просто гигантский исторический архив — прошлое, под влиянием нестабильности в настоящем, то и дело обретало гибкость, а Источник охранял его неизменность. Порой он сам не справлялся и прибегал к помощи людей. Так было тридцать с лишним лет назад, когда для устранения вреда, причинённого зародышами новых Вселенных, понадобились Вика и Тори.
Настоящее многих миров, в том числе и обоих космических, по-прежнему оставалось нестабильным, ведь зародыши никуда не делись и продолжали медленно развиваться. Однако, благодаря заботам Собирающей Стихии — раньше Софи, теперь Тори, — прошлому ничего не угрожало. Так, во всяком случае, считал Источник. А Вику он допустил в обратные сегменты совсем с другой целью. Вопреки своим принципам, он позволил ей ненадолго вернуться в прошлое — такова была плата за её услуги, без которых он не мог обойтись…
— То, что надо, — сказала Вика и принялась раздеваться. — Кстати, я очень надеюсь, что ты перенесёшь мою одежду к моменту выхода. Что-то не хочется остаться голышом, как тот король из сказки.
«Да, перенесу», — промолчал Источник.
Полностью раздевшись и сняв с себя все украшения, включая кольцо с Самоцветом, Вика вскочила на парапет и прежде всего убедилась, что к её ногам не пристало ни малейшей травинки. Она, безусловно, и так наследит, но было бы совсем уж лишним оставить на полу стебелёк диковинной травы лилового цвета.
— Я готова. Давай.
Мгновение спустя, Вика оказалась в комнате рядом с кроватью и почувствовала под босыми ногами мягкую ткань ковра. Немедленно воздействовала на обоих спящих чарами, призванными укрепить их сон, а затем ещё минуту простояла неподвижно с меланхоличной улыбкой на лице, вспоминая то прошлое, которое в данный момент находилось перед ней…
Однако, пора было действовать. Вика наклонилась над девушкой, убрала в сторону одеяло, а её подхватила на руки и вынесла из спальни. Оказавшись в коридоре, прошла в ближайшую комнату, тоже спальню, только свободную, гостевую, где осторожно положила свою ношу на застланную постель и включила верхний свет. Разбудить девушку или мужчину она не опасалась, а третий обитатель этой квартиры, точнее, обитательница, пятнадцатилетняя Юля, сегодня как раз отсутствовала, оставшись ночевать у школьной подруги.
Вика сняла с девушки коротенькую ночную рубашку — всё, что было на ней надето, поцеловала её в лоб и ласково произнесла:
— Я ничего у тебя не краду, правда? Просто добавляю нам ещё часик счастья. И тебе, и мне. Нам одной. Ведь ты — это я. Мы — единое целое.
Если не считать того, что Вика выглядела на несколько лет моложе, они и вправду очень походили друг на дружку. Разве что Викины глаза были не карие, а серые, волосы — немного светлее, черты лица — чуть чётче и правильнее, фигура — самую малость стройнее. Ещё у них отличались отпечатки пальцев, а генетический анализ выявил бы разницу в структуре ДНК, свойственную близнецам. Однако все эти различия — и в генотипе, и в фенотипе, — были привнесены искусственно, с помощью Источника. А от природы Вика и спящая девушка были совершенно идентичны. Мало того — раньше Вика была этой девушкой. Когда-то, в прошлом — в том самом прошлом, где она сейчас находилась…
Сосредоточившись, Вика привела в действие заранее приготовленное заклятие и минуту спустя стала точной копией себя-прежней. Чувствуя некоторую слабость (что всегда бывает после трансформаций, даже незначительных), она надела ночную рубашку и направилась к выходу. На пороге остановилась и снова повернулась к самой себе-спящей.
— Побудь пока здесь, я недолго. А потом верну тебя на место.
Закрыв за собой дверь, Вика прошла в комнату, где спал мужчина. Там забралась в постель, укрылась одеялом и какое-то время ничего не предпринимала, выжидая, пока её тело согреется. Наконец сняла с мужчины укрепляющие сон чары и легонько воздействовала на него другими, пробуждающими. Он пошевелился, раскрыл глаза — и встретился взглядом с её глазами.
Вика никогда не забывала, как он смотрел на неё, как улыбался, как говорил с ней. Об этом ей напоминали записи, которые она бережно хранила. Но она почти забыла его мысли — всю ту нежность, ту любовь, что он испытывал, когда думал о ней. И она почти забыла, какое блаженство охватывало её при одном лишь прикосновении к его мыслям.
— Не спится, милая? — спросил он. — О чём думаешь?
— Не о чём, а ком. О тебе, Игорь, — ответила Вика. — О том, как я люблю тебя.
— Я тоже люблю тебя…
Игорь хотел добавить «Тори», он всегда называл Вику этим вариантом имени, и настоящая Тори тут была ни при чём — тогда (сейчас!) он её ещё не знал. Просто так сложились обстоятельства, и Вика с этим смирилась.
Но на сей раз она не хотела слышать имени сестры. Поэтому быстро прикоснулась пальцами к губам Игоря, он прервался и стал целовать её ладошку.
— Давай сегодня, — предложила она, — ты будешь звать меня Викой. Просто так, ради разнообразия.
— Хорошо, Вика, — согласился он. — Звучит немного непривычно, ну и пусть. Всё равно ты — это ты. Самая лучшая на свете, самая прекрасная, самая замечательная. Каждый мой день с тобой — как светлый и радостный праздник. Каждая ночь с тобой — как волшебная сказка.
«Жаль, что эту ночь ты не запомнишь, — с грустью подумала Вика. — Но так нужно…»
— Игорь, — произнесла она, — я открою тебе одну истину.
— Какую?
— Даже через пятьсот лет я буду любить тебя. Всё так же сильно, как сейчас.
— И я тоже, родная, — сказал Игорь, привлекая её к себе. — Даже через тысячу лет. Даже через миллион. Мы будем вечно любить друг друга.
Вика не хотела думать о том, каким коротким оказалось это «вечно». Она выбросила из головы все мысли и целиком отдалась переполнявшей её страсти.
Но не только страсть переполняла её. Ещё и Сила Источника, слившаяся воедино с Силой Хаоса…
Через час с небольшим Вика замела за собой все следы и вернулась обратно в Безвременье. «Окно» не исчезло сразу с её возвращением, и она ещё несколько минут простояла на парапете, глядя на спящих себя и Игоря.
— Прощай, прошлое, — прошептала Вика, чувствуя, как ей на глаза наворачиваются слёзы. — Теперь прощай навсегда…
«Окно» растаяло в воздухе. Вика соскочила с парапета, первым делом восстановила свою обычную внешность, после чего не спеша оделась — все её вещи Источник услужливо доставил в этот сегмент.