Чтение онлайн

Рур тянется к сумке, вытаскивает кубик, как-то странно дергается всем лицом, говорит:

– Это Аль. Надо ответить. Я сейчас…Перескажете потом, если я пропущу что-то интересное.

Инхо треплет его по плечу и провожает взглядом, а потом дергает себя за мочку уха и поворачивается ко мне:

– Начинать все равно логичнее всего с пяти твоих будущих коллег и вашего ментора.

– Да я и не спорю. Логичнее. Процедить Ноо на предмет какой-нибудь интригующей мелочи в их профилях, которую пиджаки могли не заметить. Пригласить на чашку меффа. Очень внимательно слушать. Разболтать о себе что-нибудь провокационное… хотя о чем это я – сначала вам придется придумать о себе что-нибудь провокационное, а только потом разболтать. И снова очень внимательно слушать. И…

– И все это будешь делать не ты? – в мягкой улыбке Венц прячется лезвие. – Спасибо, маэстро пошаговых инструкций. Но мы и без твоих ценных указаний уже пообщались кое с кем из мехимерников. Илья Сансэ извинялся каждый раз, когда чашка, как ему казалось, чересчур громко звякала о блюдце – раз пятнадцать примерно. А в промежутках между извинениями мы обсудили красоту и удобство новейшей архитектуры, разницу между тремя рецептами домашнего пирога с римляникой и самый комфортный для обеих сторон способ подстричь когти коту. Или он гениальный актер, или это не тот мехимерник, который нас интересует. И скорее всего, второе.

Я киваю. Сансэ и мне всегда казался слизняком повышенной мягкотелости. А у персоны, создавшей то, с чем я столкнулся, хребет точно имеется. Можно ли скрывать такой все время? Не исключено… но и не слишком вероятно.

– А еще я поговорила с Кассиани, – вступает Юна. – И она звучит очень… целостно. Без, знаете, без серьезных трещин. Мелкие-то у всех есть, но чтобы взять и кому-то навредить… нужно, чтобы была хотя бы одна крупная, – глаза из темного облака волос сверкают в мою сторону. – То есть, не обязательно, что если человек звучит не целостно, он… злой. Те, кто обо всех переживает, часто звучат так же. Но я уверена… почти уверена: человек, который звучит, как Соня, ни в кого стрелять не будет. Ему это не нужно. То есть, ей не нужно.

– Очень любопытно. Жаль, что проверить нельзя… Но допустим.

Я автоматически тянусь пропустить между пальцев хвост, как обычно делаю, когда размышляю. Но на этот раз приходится пропускать между пальцев пустоту.

– Еще кто-нибудь с кем-нибудь что-нибудь?..

В этот момент возвращается Рур, и мне кажется, что он как будто стал меньше ростом. Но это впечатление испаряется, когда по пути к своему креслу он зарывается носом в шевелюру Юны, подпрыгивает, используя плечо Белого в качестве опоры, и стукает в воздухе одним буутом о другой.Потом плюхается в гелевую каплю и вопрошает:

– А чего все притихли? Эф_Имер успел что-то ляпнуть, пока меня не было?

Инхо снова кладет руку ему на плечо. Но отвечает не на его вопрос, а на мой:

– Я поболтал с Деми Доми.

Разумно. Не считая меня, кудрявый позер— самый мутный среди недозрелых мехимерников. Любитель напустить туману даже в ответ на вопрос «который час?».

– Говорил он много, и при этом не сказал ничего. Насколько я знаю, Доми всегда такой, но я все-таки надеялся дотянуться до чего-то настоящего… Пока не получилось. Видимо, его тоже надо поручить Юне. Что скажешь, Ю-Ю? Попробуешь поговорить с ним так же, как вчера с Эф_Имером? Ну, не так очевидно, само собой.

Юна кивает.

– Попробую. Хотя до вчерашнего дня я не применяла это… так. Но попробую… Только вы же понимаете, это все-таки не химический анализ: столько-то процентов правды, столько-то вранья, а еще в незначительных количествах присутствуют ложная уверенность и элементы сомнения.

– Ничего, – отвечает Инхо, – если не получится, придумаем другой способ его проверить. Что еще… а, да – еще Ликсгулял с Афейной.

– Эф_Имер же предлагает ее исключить… Или нет, как он там сказал?Поместить в конец рейтинга, – отзывается Рур, почесывая острый локоть и демонстративно не глядя в мою сторону.– Или мы все-таки будем с Эф_Имером спорить? Хотя бы иногда. Я, правда, за время прогулки не услышалот нееничего подозрительного. Но готов прогуляться еще раз… или даже не раз.

– Если хочется – гуляй с ней столько, сколько сочтешь нужным. Ради дела, ради тела – кстати, действительно выдающегося – мне без разницы. Главное, по сторонам смотри почаще. В твоем случае надежда больше на счастливую случайность.

Рур явно хочет что-то мне ответить, но сидящий рядом Инхо легонько тянет его за мочку уха, как часто тянет себя. И Рур только поджимает губы.

– А сам-то ты чем планируешь нам помочь? – интересуется Венц.

– Я? Я уже отправил мехиментору заявку на индивидуальное занятие. Так что в ближайшее время мне предстоит сыграть роль примерного ученика… Ну, и задать ему пару профессиональных вопросов с подвохом.

Отчасти это блеф. Я пока не знаю, что такого можно спросить у мехиментора, что помогло бы выяснить, не он ли отстреливает учеников в свободное от работы время.

– Кстати, стало бы гораздо проще, если бы мы поняли, какой у Стрелка мотив, – перевожу я тему.

– Так ты же у нас специально приглашенный эксперт по насилию и агрессии, – тут же цепляется Рур. – Вот и проясни для нас мотив.

– Моя… экспертность в этих сферах сильно преувеличена.

– Тобой самим. Всего лишь день назад, – напоминает Белый.

Возразить нечего. Поэтому я просто молча пожимаю плечами.

– Значит, сегодня мы вряд ли можем быть полезны друг другу чем-то еще. Когда ты планируешь поговорить с Ро? – спрашивает Инхо.

– Завтра. Послезавтра. Когда у него найдется время.

– Тогда… скажем, через три дня встречаемся здесь же и обсуждаем: кто что выяснил, понял, услышал, сообразил или проинтуичил. Надеюсь, хоть какая-то зацепка нарисуется.

Мне, стало быть, кивают в сторону двери.

И на первый раз действительно достаточно. А то я уже начинаю мечтать о специальной баночке, куда можно сплевывать яд.

– Ну, тогда приятно вам обсудить меня в мое отсутствие.

Я закрываю за собой тяжелую, как будто из настоящего дерева, дверь. Прислоняюсь к ней спиной и непривычно голым затылком. В конце коридора появляется мехозяйка Песочницы. Она с достоинством перебирает короткими лапками, вбирая в себя накопившуюся за день пыль. Изящный орнамент на промхитиновых пластинах переливается всеми оттенками синего.

Симпатичная.

Но мой Луу будетлучше.