Ричард Длинные Руки – коннетабль
Шрифт:
Я поспешно снял со спины Тиранита рюкзак и отбежал в сторону. Птицы, не обращая на меня внимания, опустились на землю красивым треугольником, горбатые клювы поднялись и одновременно вонзились в тело. А потом начали рвать мясо зубастыми, совсем не птичьими пастями.
Глава 8
Огибая холм в одиночку, я натрясся, как никогда в жизни. Из-под валунов высовываются стебли травы и тянутся в мою сторону, больше похожие на щупальца, из расщелин в каменной стене холма то и дело веет опасностью, дважды мимо пролетали некие птицы, но так стремительно, что я чувствовал только движение воздуха и видел промелькнувшую тень, после которой оставался запах нечистой шерсти. Под ногами шевелилась почва, я едва успевал отпрыгивать от высовывающихся клешней.
Соммерс уже нетерпеливо притопывал на той стороне. Завидев меня, изменился в лице.
– Почему один? Где Тиранит?
– Туман, – ответил я.
– Как?
Я коротко рассказал, Соммерс помрачнел, выругался.
– Вот так и попадаются самые умелые… Перестают остерегаться привычного. Были бы огненные кроты или ползущий мох – на вершину холма бы взбежал!.. Эх… ладно, пойдем. Я отыскал ее след.
Он повернулся и пошел быстрым шагом, я торопливо двинулся следом. Удивился, что Сомерс даже не поинтересовался, что именно я взял из мешка Тиранита, видно же, что теперь у меня он раздулся вдвое. Лучше бы спросил, было бы естественнее.
Около часа мы двигались в молчании. Соммерс то набирал скорость, то едва полз, всматриваясь в землю. Я так ничего и не увидел, даже рискнул перейти на запаховое зрение, но в странном мире, если бы и знал, как пахнет то чудовище из мускулов, все равно бы потерялся. Да и, похоже, чудовищная бодибилдерша нейтрализовала даже запах, однако Соммерс как-то ее след все-таки находил.
Потом он начал останавливаться все чаще, хмурил брови. Что-то его тревожило, но помалкивал. Когда я подходил и тоже начинал тупо смотреть в землю, он стискивал челюсти и шел дальше. Я чувствовал, как от него начинает веять опасностью, насторожился и старался держать ухо востро, хотя вообще-то уберечься от напарника невозможно.
Мы шли около часа, Соммерс вдруг сказал с неприязнью:
– След исчез. Переждем чуть.
Я спросил непонимающе:
– А что, он появится?
Соммерс прикрикнул рассерженно:
– Засунь свой язык к задницу и помалкивай! Я знаю, что делаю. Садись, отдыхай.
Он указал, где сесть, место удобное, спина упирается в каменную стену, никто не прыгнет сзади, слева тоже приличный выступ. От Соммерса все больше веяло злобой и опасностью, я прикидывал, как метнусь в сторону и выхвачу меч, если что вдруг, но кончик его длинного, как меч, кинжала с невероятной скоростью блеснул перед глазами и уперся в горло. Я страшился дышать, острое как бритва лезвие с легкостью рассекло кожу, кровь брызнула тонкой струйкой, потекла, щекоча грудь.
– Отвечай, – потребовал он, – какие заклятия у тебя на молоте?
– И ты меня отпустишь? – спросил я с надеждой.
Он коротко и зло хохотнул.
– Нет, убью.
– Так зачем же…
– Дурак, – сказал он. – Я убью тебя моментально. Милосердно! Даже не почувствуешь. А могу оставить с распоротым животом и вытащенными кишками. Ты будешь видеть, как звери дерутся за твои кишки и будешь знать, что скоро помрешь в жутких муках… Такое хочешь?
– Нет-нет, – сказал я поспешно, – не хочу.
– Тогда говори!
Лезвие шевельнулось, расширяя рану, но вглубь не пошло, опасно, могу умереть раньше, чем отвечу на все вопросы.
– Это сложно, – прошептал я, скосив глаза на блестящее лезвие, – там мало одного заклинания…
– А что нужно еще?
– Ритуал, – проговорил я, стараясь не двигать кадыком, – сперва ритуал, чтобы передать тебе…
Он подумал, сказал зло:
– Врешь.
– Клянусь, правда!
Его нож еще чуть надрезал кожу на моем горле. Мелькнула мысль щелкнуть пальцами и вызвать красного демона, но если Соммерс от неожиданности дернет рукой, острое лезвие отделит мою голову от плеч раньше, чем успеет сработать регенерация.
– А если и правда, – прорычал он угрожающе, – нет времени. Да и ты можешь задумать какую-то глупость. Значит, молот отпадает. Тогда как ты с луком? Я пробовал брать в руки, даже тетиву не сумел!
– С луком проще, – ответил я, соображая лихорадочно, – для него ритуалов не нужно…
– Хорошо-хорошо, – одобрил он. – А что нужно?
– Всего два пера любой птицы.
Нож в его руке ни на микрон в сторону, рука стальная, сам Соммерс задумался на миг, я старался даже не дышать, он сказал с угрозой:
– Перьев тоже нет.
– Можем добыть, – прошептал я. – Птиц много… а перья… любые…
– Нет, – отрезал он, – вдруг ты, хоть и дурак, какие-то трюки можешь? Последний вопрос: что у тебя еще из магического? Отвечай правду, мое терпение кончилось.
Я начал шевелить губами и вдруг увидел, как в нашу сторону приближается нечто мерцающее, словно рой мелких, одному мне заметных искр. На миг стена по ту сторону роя исказилась, словно по ней провели гигантской лупой.
Сердце застучало чаще, со спины Соммерса приближается некто, надевший личину незримости. Возможно, Соммерс способен рассмотреть, но не сейчас, когда напряженно следит за моей мимикой.
– Ну? – потребовал он.
– Ты прав, – прошептал я, – у меня кое-что есть…
– Говори, что?
– Отодвинь нож чуть-чуть, – попросил я, – а то я уже теряю сознание…
– Не бреши, крови вытекло совсем мало!
– Я не от потери, а от страха, – сказал я и понял, что говорю правду. – На мне еще волшебный пояс… но им тоже надо знать, как пользоваться…
– Как?
– Вообще-то просто…
– Как? – повторил он яростно. – Не дури мне голову, щенок!
– Сперва берешь одной рукой за пряжку…
Незримый человек приблизился на расстояние пяти шагов. Соммерс напряженно следит за моими губами, понимает, что мне терять нечего, могу рвануться из-под ножа, могу попробовать задействовать еще что-то, могу вообще выбросить неожиданный фортель, надо уловить прежде, чем я начну даже произносить заклинание…
– Ну, – сказал он люто. – Темнишь, парень! Со мной не играют. Раз так, то разберусь сам…
Сухо щелкнуло, голова его дернулась. Я инстинктивно вызвал полную регенерацию, горло кольнуло, а Соммерс медленно повалился в сторону. Я перехватил его руку и выдрал нож, лезвие обагрено моей кровью до самой рукояти.