Чтение онлайн

— Я понимаю, сэр.

— Я уже исключил бы любого другого студента. Знаешь, раньше мне приходилось выгонять даже сыновей кавалер-сенаторов. Я отчислил из Армедиуса внучатого племянника самого монарха. Но на твой счет я всегда медлил. Как думаешь, почему?

— Потому что учителя считают меня смышленым?

— Едва ли. Твои умственные способности как раз и есть причина для отчисления. Не слишком умный, но трудолюбивый ребенок симпатичен мне гораздо больше, чем обладающий огромным потенциалом, но тратящий его впустую.

— Ректор, я стараюсь, правда. Я…

Йорк вскинул руку, прерывая его.

— По-моему, в прошлом году у нас уже состоялся похожий разговор.

— Да, сэр.

Йорк помолчал пару секунд и вытащил листок бумаги. На нем было множество официальных на вид печатей — явно не направление на дополнительные занятия. Бланк на отчисление.

Джоэл ощутил прилив паники.

— Причина, по которой я дал тебе еще один шанс, Джоэл, заключалась в твоих родителях. — Йорк взял ручку с подставки на столе.

— Ректор, — проговорил Джоэл, — теперь я понимаю, что мне…

Йорк снова прервал его жестом. Джоэл чувствовал, как ректор сдерживает раздражение. Что делать, если он не позволит ему объясниться? Прошлой темной ночью безумный план казался толковым и смелым. Теперь же Джоэл беспокоился, что задуманное вот-вот пойдет прахом.

Ректор начал что-то писать.

— Я намеренно засыпался на этом экзамене, — сказал Джоэл.

Йорк поднял глаза.

— Я дал заведомо неверные ответы.

— И зачем, во имя всего святого, ты так поступил?

— Хотел завалить предмет, чтобы меня отправили на дополнительные занятия по истории.

— Джоэл, — сказал Йорк, — ты мог просто попросить профессора Кима, если хотел присоединиться к его летнему курсу.

— На его курсе будут изучать европейскую культуру во время чо-сенской оккупации, — ответил Джоэл. — Мне было нужно завалить именно историю рифматики, чтобы в итоге попасть на соответствующие занятия для отстающих.

— Ты мог бы обратиться к одному из профессоров с просьбой подтянуть тебя, — строго заметил Йорк. — Недобросовестность при сдаче экзаменов неприемлема.

— Я пробовал, — сказал Джоэл. — Профессор Фитч ответил, что обычным студентам нельзя заниматься с профессорами рифматики.

— Ну, я не сомневаюсь, что профессор Ким мог бы организовать какой-нибудь отдельный курс по… Ты обратился к Фитчу?

— Да.

— Но он рифматист!

— В этом все дело, сэр. — Как же еще объяснить? — На самом деле мне не так уж интересна история. Я хочу изучать рифматические линии. Мне кажется, что, если бы у меня получилось добиться индивидуальных занятий с профессором Фитчем и втянуть его в разговор о рифматике, то я смог бы поучиться защитам и атакам, несмотря на то что курс должен быть историческим.

Джоэл сглотнул в ожидании насмешки, которой награждали его остальные.

— Так вот оно что, — произнес Йорк. — С точки зрения подростка, в этом, полагаю, есть смысл. Сынок, почему ты не пришел и просто не поговорил со мной?

Джоэл моргнул.

— Ну, все думают, что изучать рифматику для меня — это проявление заносчивости, что я не должен беспокоить профессоров.

— Профессору Фитчу по душе, когда его беспокоят. Особенно, если это студенты. Он — один из немногих настоящих учителей в этой школе.

— Да, но он сказал, что не сможет заниматься со мной.

— Все из-за традиций. — Отложив прежний бланк, Йорк вытащил другой листок и неуверенно оглядел его.

— Сэр? — К Джоэлу начала возвращаться надежда.

Йорк отложил бумагу.

— Нет, Джоэл, — сказал он. — Фитч прав. Существуют правила, запрещающие обычным студентам посещать рифматические курсы.

Джоэл закрыл глаза.

— Однако, — продолжил Йорк, — я только что поручил Фитчу один очень важный проект. Ему наверняка понадобится помощь. И ничто не мешает мне приписать ему в научные ассистенты обычного студента.

Джоэл открыл глаза.

Ректор Йорк вытащил другой бланк.

— Конечно, учитывая, что вышеозначенный ассистент не станет его отвлекать. Я уже назначил Фитчу студента для дополнительных занятий. Не хотелось бы перегружать профессора.

— Обещаю, что не причиню никаких хлопот, — нетерпеливо проговорил Джоэл.

— Подозреваю, что, со всеми этими его попытками отделить рифматистов от остальных, профессор Нализар очень расстроится. Какая трагедия.

Йорк улыбнулся. Сердце Джоэла глухо бухнуло в груди.

— Конечно, — добавил ректор, посмотрев на часы, — я не могу ничего сделать, пока на тебе висят дополнительные летние занятия. По моим подсчетам, до конца пары Кима еще сорок пять минут. Как думаешь, ты успеешь заработать проходной балл, если вернешься в класс и воспользуешься оставшимся временем?

— Конечно успею, — ответил Джоэл.

— Что ж. — Йорк постучал пальцами по листку бумаги. — Этот бланк будет ждать здесь. При условии, что ты вернешься до конца дня со сданной историей.

В мгновение ока Джоэл вылетел за дверь офиса и побежал через лужайку на занятие Кима. Тяжело отдуваясь, он ворвался в класс. Перепуганные его внезапным появлением студенты все так же продолжали отвечать на вопросы экзамена.

Его собственный листок с ответами по-прежнему лежал на столе Кима.

— Ректор убедил меня попробовать еще раз, — сказал Джоэл. — Можно мне… новый тест?

Ким соединил кончики пальцев.

— Ты ведь не подсмотрел ответы, пока отсутствовал?

— Клянусь, нет, сэр! — воскликнул Джоэл. — В офисе могут подтвердить, что я просидел у них все время и не заглядывал в учебники.