Чтение онлайн

— Каким образом?

— Я выяснила, в какой приход он переехал, а затем анонимно сообщила им об этом. Я рассказала им ровно столько информации, чтобы мое обвинение в педофилии подтвердилось. Его репутация была разорвана в клочья; в конце концов, никаких реальных доказательств не потребовалось, а потом у него случился нервный срыв. Остальное ты знаешь.

— Похоже, в наши дни никаких реальных доказательств не требуется, — сказала Анна, качая головой.

— В его случае это было заслуженно.

— Но не в случае Билли.

— Нет. Нет. Хотя я не могу сказать, что не сделала бы этого снова, если бы пришлось, — сказала Мюриэл. — Если бы это означало защиту моей семьи.

Затем воцарилась тишина, пока Анна пыталась осознать все происходящее. Слои лжи. Так много вещей беспокоило ее, и, без сомнения, в ближайшие дни их будет еще больше. Одна из вещей, которая беспокоила ее прямо сейчас, заключалась в том, как ее мать поощряла маленьких Беллу и Джони дружить, если то, что она сказала, было правдой. Если бы их все время не сталкивали друг с другом, ничего этого бы не случилось.

— Если ты думала, что Джони — плохая, почему ты позволяла мне играть с ней?

Мюриэл вздохнула и пожала плечами.

— Потому что мы с Тиной были лучшими подругами. Я хотела, чтобы вы двое тоже были хорошими друзьями. — Мюриэл опустила голову. — Это облегчало жизнь; мы с твоим отцом могли бы проводить больше времени у Тины и Марка или наоборот, если бы вы играли вместе.

— Верно, — сказала Анна. У нее было предчувствие, что многие ответы на ее вопросы будут такими: «это облегчало жизнь». В какой-то момент она хотела задать все вопросы. Анна так устала, что ее веки налились свинцом. Она не была уверена, что сможет дождаться возвращения отца с Билли. И телом Джони.

Она вздрогнула.

— Похоже, это все время возвращается к тебе, мам. Не то чтобы я могла винить тебя за мои действия.

— Да, это так. Не волнуйся, я тоже виню себя. Я была так шокирована, когда ты наконец сказала, что причинила Джони боль, оставила ее лежать, не дыша, на траве возле живой изгороди по другую сторону тупика Билли. Когда Эрик вернулся с пепельно-серым лицом и рассказал мне, как он нашел ее, мы не были достаточно уверены, чтобы нам сошло с рук сказать, что это был несчастный случай. Как бы это ни было ужасно, я увидела в этом возможность брать Билли… в этом они были правы. И я бы предпочла, чтобы он сел за убийство, чем мои дочь или муж.

— Почему Билли не привел Нелл сюда? Не дал ей понять, что ему известна вся правда?

— Потому что, я полагаю, он знал, что за этим стою я. Тогда я была такой же хулиганкой, какой они считали Джони. Но я была взрослой… я должна была знать лучше. Тина, Билли, они хотели, чтобы я была тем, кто заплатит за это. Только не Нелл. Не ты.

— Как мне жить с осознанием того, что я убила ее; что я убийца детей, а не Жуткий Коули?

— Я не могу ответить на этот вопрос, дорогая. Но до прошлой недели ты жила хорошей жизнью, делала хорошие вещи. Продолжай делать это. Только время покажет, как ты будешь с этим справляться. Мне жаль, что это вышло наружу, правда жаль.

Эпилог

2019

Мейплдонская церковь

Четверг, 2 августа

Гроб был белым. Крошечным.

Тина Хейз шла рядом с Пэтом, склонив голову, когда он нес останки Джони по проходу.

Она ждала тридцать лет, чтобы упокоить свою дочь, наконец-то заполнить пустую могилу, за которой ухаживала все это время. Слезы, текущие по ее лицу, были слезами облегчения. Она потратила все слезы на горе за эти годы. Наконец-то она смогла попрощаться.

Лишь горстка людей присоединилась к Тине и Пэту, чтобы засвидетельствовать свое почтение, сидя тихо и очень неподвижно на первой скамье. Тина высказала свои мысли до начала службы: жителям Мейплдона здесь не рады. Это была только семья и честные друзья. Билли Коули там тоже не было. Как бы Тине ни хотелось, чтобы он был там, она знала, что его не подпустят ближе чем на десять миль.

Она разговаривала с ним несколько раз после того, как он нашел кости Джони. Он взял вину на себя, как и обещал. После того, как Эрик показал ему место, где они с преподобным Фарнли похоронили ее, Билли связался с полицией. Сказал им, что с тех пор, как его освободили, он был полон решимости вспомнить, где находится тело маленькой Джони Хейс, сказав им, что он посетил этот район, вспомнил местоположение и хотел поступить правильно.

Он знал, что интерес прессы будет повышен, но Лиззи помогла, она организовала эксклюзивное интервью с «человеком, который убил Джони Хейс», убедившись, что рассказала только то, что было необходимо, и завершила статью тем, что Уильям Коули был условно-досрочно освобожден из своего тридцатилетнего тюремного заключения и доказал, что он способен измениться; его опасность для общества была снижена благодаря успешному завершению необходимых программ реабилитации. Она повторила, что он останется на условно-досрочном освобождении до самой смерти, и что сейчас он пытается восстановить ту жизнь, которая у него осталась.

Лиззи была удивлена, что Билли отказался обращаться в высший суд, чтобы получить новую личность, предпочитая оставаться Уильямом Коули, несмотря на возможные последствия. Однако он держался в тени, оставаясь в фургоне на земле фермера. У Лиззи была настоящая история, записанная на ее телефон той ночью; она сохранила ее на всякий случай. Там было два отдельных аудиофайла: один из бунгало, а затем тот, который она инстинктивно начала записывать, когда вошла в дом Фишеров позже тем же вечером. Это был тот, который она скопировала на USB-накопитель.

Билли оставил записку для Тины. Дал ей открытое приглашение навестить его как-нибудь, если она захочет. Тина знала, что поддержит его. Это было самое меньшее, чего он заслуживал. Он совершил самоотверженный поступок, за который Тина никогда не сможет полностью отплатить ему. Уж точно такого, чего не смогли бы сделать Фишеры.

Несмотря на то, что Билли не смог присутствовать, Лиззи пришла. Они с Домом специально приехали сюда и снова остановились в отеле типа «постель и завтрак» «Булидж Бартон».