Чтение онлайн

– Ну ладно, – сказала Диана, выпрямляясь. – Надо взять себя в руки. Он не должен видеть наших слез. Нужно сделать все возможное, чтобы облегчить ему последние часы. Мы все в долгу перед ним.

Моди вытерла щеки краем фартука и кивнула. Когда она снова заговорила, голос выдал ее годы:

– Вам нет надобности опасаться, что старая Моди сделает что-то не так.

– Милая Моди, вы всегда делали то, что нужно. Не представляю, что бы я делала без вас.

Они вошли в комнату. Сэр Энтони – их сосед, сквайр, а также шериф Херефордшира – сидел у камина. При виде их он поднялся из удобного кресла, и лицо его отчетливо выразило облегчение. Однако Диана лишь слегка кивнула и направилась к огромной занавешенной кровати, где лежал Джордж Чарльз Натаниэль Уокер – последний граф Керлейна. Граф был бледен, дышал с трудом. Его сотрясающееся в ознобе тело едва различалось под одеялами. Промозглость, пропитавшая всех и вся в Керлейне, чувствовалась и в этой комнате, хотя на самом деле здесь было тепло – последнюю неделю огонь в камине поддерживался постоянно.

Доктор Рашфорд находился на своем посту у кровати больного. Суитин, прослуживший у графа более полусотни лет, находился рядом. Внешне камердинер, как и во все времена, казался человеком, вообще лишенным эмоций. Однако напряженная линия губ выдала тревогу. Диана ободряюще улыбнулась слуге и подошла к приемному отцу.

Когда она присела на краешек кровати, его веки слегка приподнялись.

– Диана? – с трудом произнес он и попытался нащупать ее руку.

Она накрыла ладонью его кисть.

– Я здесь, родной мой, – ласково вымолвила она.

– Ты нашла…

– Да. Я принесла все, что вы просили.

Он напрягся, и его рука на мгновение сжалась в кулак. Слова стоили ему неимоверного труда.

– Документ?

– Он здесь, у меня в руке. Передать его сэру Энтони?

– Нет. Ты… разверни его. – Граф закрыл глаза и прерывисто вздохнул. – Прочитай.

Диана послушно отложила в сторону бумагу, чернила и прочие предметы, которые он просил принести, и развернула толстый вощеный пергамент.

– Это свидетельство… – не веря себе, она взглянула на графа, – о женитьбе?

– Что? О женитьбе? – Сэр Энтони наклонился, чтобы заглянуть через плечо Дианы. – Да! Оно самое.

– О женитьбе моего сына, – слабым голосом произнес граф, – Чарльза…

Диана поняла, о чем речь, прежде чем услышала эти слова, но потрясение было слишком велико. Она покачала головой:

– Сэр, но вы всегда говорили, что он и та американка не состояли в браке. Она писала письма…

– Лгал, – сказал граф. – Я лгал. Не мог допустить… даже мысли о том, что… Чарльз и та… женщина… Бог простит меня, Диана.

Воспоминания лавиной обрушились на нее. Граф поссорился с Чарльзом и отрекся от сына, после чего тот уехал в Америку. В Теннесси он женился на некой Елене, но граф упорно твердил, что их брак незаконен, и отказывался считать детей, появившихся от этого союза, истинными Уокерами. Елена многократно писала графу, умоляя его признать мальчиков своими внуками. Граф оставался непреклонен. Своей единственной наследницей он сделал Диану. Со временем Керлейн должен был перейти к ней, а титул – первому ее сыну. Во всяком случае, граф ей так объяснял, и она ему верила. Документ, который она сейчас держала в руках, все изменил коренным образом.

– Сыновья, – тихо проговорила она, – сыновья Чарльза… старший из них станет графом.

– Графом, – благоговейным шепотом повторила за ней Моди. – Бог посылает нам спасение.

– Если бы я знала раньше, – посетовала Диана, – я бы уже написала ему письмо.

Граф содрогнулся всем телом и ухватился за ее руку.

– Пиши… сейчас, – сказал он, сжимая ее кисть холодными, как лед немощными пальцами. – Сэр Энтони… будет свидетелем. Удостоверит, что все по закону.

– Разумеется, Джордж, – заверил его сэр Энтони. – Даю слово чести.

– У Сиббли… мои распоряжения, Диана. Керлейн твой, как я и обещал. Лэд… мой внук, получит титул и станет графом. Накажи Фарреллу и Колвани… чтобы они почитали его… нового графа Керлейна. – Больной судорожно ловил ртом воздух.

– Конечно, мой дорогой, – торопливо пообещала Диана, наклоняясь к графу. – Вам не нужно ни о чем тревожиться.

Он задышал ровнее и снова открыл глаза.

– Письмо, Диана. Я скажу… что писать.

– Вы не должны утомляться.

– Я продиктую вместо тебя, Джордж, – предложил сэр Энтони. – У тебя нет сил для этого.

– Я справлюсь. – Глаза графа блеснули огнем неповиновения. Его характер остался неподвластен времени и болезни. – После стольких лет… это единственное, что я могу сделать для моего внука. Пиши, Диана.

Она послушно придвинулась к прикроватному столику, приготовила чернильницу и бумагу. Граф прикрыл глаза и начал говорить – медленно, с запинками, прерываясь для того, чтобы вдохнуть. И совершенно не обращал внимания на реакцию присутствующих, особенно Дианы. Она писала, стараясь подавить возникающие чувства. Он должен был сказать ей о своих планах задолго до сегодняшнего дня. Таким неожиданным известием он нанес ей жесточайший удар.

Когда послание было закончено, Диана сложила бумагу и надписала продиктованный адрес. Растопила немного воска и капнула на обратную сторону. Граф взял печать.

– Вы все свидетели, – с трудом вымолвил он. – Дело сделано.

Граф откинулся на подушки и улыбнулся. Она никогда не видела на его лице такой улыбки. Он выглядел довольным, умиротворенным. И гнев и обида Дианы растаяли как лед.

– Вам нужно передохнуть, – тихо проговорила она.

– Не сердись на меня, дитя мое. Я не мог оставить тебя одну в этой разрухе.

– Я не сержусь, – мягко сказала Диана. – Но не допущу ничего, что пошло бы Керлейну во вред.

– Я знаю. – В голосе графа явственно звучала усталость. – Ты всегда так любила Керлейн. Обещай мне…

– Что?

– Остерегаться Кардена.

– Игана? – удивилась Диана. Ей всегда казалось, что приемный отец хорошо относился к нему. Одно время граф даже поговаривал об их возможной свадьбе. Два соседних поместья тогда могли бы объединиться. Однако Диану всегда забавляла эта идея. Иган был ее другом детства и, кроме нее, не играл ни с кем. Теперь он превратился в обаятельного молодого человека, однако Диана относилась к нему по-прежнему. Для нее он так и остался смешным и довольно надоедливым мальчишкой. – Но вы же знаете, что Иган мне только друг. К тому же он уже несколько месяцев путешествует за границей.