Чтение онлайн

— Оливки противные.

— Знаю, да? — я усмехаюсь, и он тоже.

— Итак, какого размера будет ребенок-фрукт на следующей неделе?

— С инжир.

— Тоже гадость.

— Точно, — я снова смеюсь.

— Так когда же ребенок станет размером с достойный фрукт?

— Хм... ну, недель через пятнадцать он будет размером с яблоко.

— Против яблок я ничего не имею. Правда, в виде сока они вкуснее.

— И снова в точку.

— Мы что, в самом деле разговариваем сейчас о гребаных фруктах?

— Ага, — хихикаю я.

— Ты такая странная.

— Эй! Ты тоже говорил о фруктах.

— Потакаю тебе, Рыжая. Я просто потакаю тебе.

— Конечно. — Я закатываю глаза.

От этого разговора о фруктах чувствую, что хочу есть, а еще от запаха корн-догов, продающихся поблизости. Не то чтобы сейчас мне много требуется, чтобы испытывать голод.

Меня понемногу начинает сносить в сторону людей и продавца корн-догов.

— Ты голоден? — спрашиваю я. — Потому что сейчас я очень настроена на корн-дог. Угощаю, за то, что притащила тебя сюда.

Он бросает на меня взгляд.

— Ты не будешь покупать мне корн-дог, Рыжая. Я сам куплю.

— Уверен?

Еще один взгляд.

— Абсолютно. Жди здесь, вернусь через минуту.

Наблюдаю, как он, опустив плечи и голову, идет к продавцу, избегая зрительного контакта с кем-либо.

Отойдя немного назад, упираюсь задом в большой камень, чуть на него присаживаясь.

Не проходит и минуты, как ко мне подходит какой-то парень. У него короткие песочно-светлые волосы и коренастая фигура; я бы сказала, он ростом около шести футов и по-мальчишески красив.

Он останавливается передо мной с улыбкой, демонстрируя сверкающие белые зубы.

— Привет. Ты ведь работаешь в закусочной, да?

— Да.

— Меня зовут Брэд. — Он протягивает мне руку.

Я принимаю ее и пожимаю. Кожа его ладони мягкая. Будто его руки никогда не видели тяжелой работы.

— Кэрри. — Я отдергиваю руку.

— Значит, ты в городе недавно?

— Да.

— У нас здесь много туристов, но мало новых жителей. Что привело тебя в Каньон Лейк? — Он наклоняется, чтобы опереться о камень рядом со мной.

Меня пронизывает дискомфорт. Я немного приподнимаюсь. Что-то в этом парне мне не нравится. Теперь я прислушиваюсь к своей интуиции. Она, как правило, оказывается права.

— Захотелось сменить обстановку. — Я пожимаю плечами.

Он смеется.

— Ты не слишком разговорчивая, да?

Я смотрю на него. У него зеленые глаза. Цвет приятный, но взгляд не добрый.

Я снова пожимаю плечами.

Он снова смеется.

— Тебе понравился парад? — спрашивает он.

— Да. Никогда раньше не видела рождественского парада лодок. Было весело.

— Ты здесь одна? — спрашивает он, и мне не нравится этот вопрос.

— Я пришла с друзьями, — отвечаю твердо.

В разговоре наступает затишье, и мне очень хочется, чтобы он ушел. Но он этого не делает.

— Слушай… — Он почесывает подбородок. — Я видел тебя пару раз в городе и хотел поговорить. Кэрри, как по мне, так ты просто сногсшибательная, и я подумал, не хочешь ли ты как-нибудь встретиться со мной.

«Ох».

Его прямой подход на мгновение сбивает с толку. Собираюсь отказаться от его предложения, но у меня нет шанса.

— Нет, она ни хрена не хочет с тобой встречаться.

Моя голова поворачивается на голос Ривера, лицо, как грозовая туча, корн-догов нет и в помине. В глазах пылают огонь и ярость, и у меня складывается отчетливое впечатление, что Ривер не любит Брэда.

Брэд встает и смотрит на Ривера. Он издает смешок, и это не очень приятный звук.

— Ну-ну, посмотрите-ка, сюрприз века. Какого хрена ты здесь делаешь? Я думал, ты не покидаешь мавзолей, который называешь домом.

И, похоже, чувство неприязни взаимно.

— Пошли, отведу тебя к друзьям, — говорит мне Ривер, не обращая внимания на Брэда.

— Кэрри не хочет никуда идти. Да, Кэрри? До твоего появления мы мило беседовали.

Я открываю рот, чтобы заговорить, но Ривер опережает меня.

— Нет, ты к ней клеился, как ко всем, в ком бьется пульс. Пошли, Рыжая.

— Рыжая? Погоди-ка. Это становится интересным. Ты действительно дружишь с этим лохом скорострелом? — говорит Брэд, подергивая губами.

— А ты все еще записываешь на видео людей без их ведома, когда они занимаются сексом? — выпаливает в ответ Ривер.

«Что?»

Брэд смеется.

— Ты никогда не понимал шуток.

— Единственная шутка здесь — это ты.

— Ну, теперь это просто невежливо. И я считаю, будет справедливо, чтобы милая Кэрри узнала, с кем проводит время.

— Заткнись на х-й, Брэд, — рявкает Ривер.

И от этого Брэд улыбается еще шире. Глаза сияют злобным блеском.

Если не ошибаюсь, я уже предполагаю, что скажет Брэд.

Я двигаюсь и встаю рядом с Ривером.

— Я уже знаю, с кем провожу время, — говорю Брэду.

— Не уверен, сладкая. Знаешь, помимо его неспособности достаточно долго удовлетворять женщину, в нем течет дурная кровь. Его мать хладнокровно убила полицейского? Застрелила хорошего человека на кухне, пока он стоял и смотрел, как она это делает.

Ривер замирает рядом со мной.

— Не думаю, что это мое или твое дело. — Одному богу известно, как мне удается сохранять спокойный голос.

— Вот тут ты ошибаешься, сладкая, потому что человек, которого убила его мать, был моим дядей. Честный, хороший, законопослушный гражданин, который заслуживал лучшего, чем быть застреленным какой-то дешевой потаскухой, которая обманом заставила его жениться на себе и усыновить ее еб-нутого ребенка.