Чтение онлайн

Крук и Первак - хмуро сжали зубы. А Буслай в сердцах плюнул в сторону.

Вышата тяжело вздохнув, удрученно промолвил:

– Люди что волки. Сначала загоняют, а потом всех под один гребень равняют. Да и пес с ними. Кого не припекло, тот и не знает - сколь это больно.

– А князя, мы правда видели и даже говорили с ним, - светло улыбнувшись, продолжил он.

– И какой он?
– снедаемый любопытством, в изумлении спросил Ян.

– Высокий и сильный человек, - усмехнувшись ответил собеседник.
– Но главное, что справедливый и умный. Мы тогда пытались на рубку леса подрядиться. Да находившиеся неподалеку поляне, сильно возмутились. Княжий тиун Горазд, хотел уже нас прогнать - не с руки ему было, ради пятерых ненадежных чужаков, лишаться сотни рабочих рук. Да тут князь как раз, со своими ближниками случился. Ну и подъехал к разбору. Я в отчаянии и крикнул, что мол честно трудиться хотим, а нам не дают. Он и выяснил дело. Подумал малость и приказал Горазду нас на мельницу отправить. Сказав, что там нужна небольшая ватажка. И еще добавил, что такие люди как мы, менее спутаны обычаями и шире смотрят на мир - поэтому и в работе с 'механизьмами', не испугаются и быстрее приспособятся. Он бают часто, мудреные слова кажит.

Вышата гордо вскинул подбородок и выпрямился.

– И вот мы, уже третий месяц тут хозяйствуем. Управляющий ромей Ипатий, нами вельми доволен. Работы правда недавно прибавилось - так что оставайся с нами, как раз пригодишься.

Изгой, обвел взглядом своих товарищей, как бы спрашивая их мнения и не видя возражений, посмотрел на Яна. Тому, не оставалось ничего другого, как согласиться...

– Ух и здорово же!
– радостно воскликнул, захваченный быстрой ездой Ян. Когда, отвезя мешки с мукой в детинец, они с Вышатой на санях возвращались обратно на мельницу. Лошадь, запряженная в диковинный хомут, быстро тянула необычные сани - мчась с ветерком по наезженной колее. Для местных жителей, такие чудные 'волокуши' были в новинку. Как и лошадиная упряжь. Мимо проносились заснеженные и обработанные поля. Некоторые были обгорожены странными плетнями.

– Зачем это?
– поинтересовался Ян у Вышаты, указывая на непонятные ограждения.

Тот, усмехнувшись, неброско ответил:

– Крук сказывал, что князь приказал на полях такие плетни ставить, чтобы они снег задерживали. Тогда мол, больше влаги в земле останется на весну. Обильней урожай будет. Да и зимой, коли что высажено, снег как теплая перина от холода бережет.

Спутник, покачав головой, далее добавил:

– Тебе об этом, лучше с Круком потолковать - он хочет на будущий год в ратаи податься. Землю получить, плуг и скот. Жениться собирается. Ну и креститься, и русом стать. Старые боги нас отвергли, почему бы покровительство нового не принять? Не вечно же изгоем быть, коли такая возможность выпала.

Ян прекратил свои вопросы, надолго умолк и задумался. Потом, осторожно полюбопытствовал:

– А остальные как мыслят?

Вышата пожал плечами.

– Первак вон, хочет жениться на дочке мельника. У него интерес к 'механизьме' есть. Да и девка к нему неровно дышит. И хотя к ней, пытался свататься дружинник княжьего войска - Ирина отказала. Не по нраву пришелся. И самое странное, что отец ее поддержал. Ему воин зять - не по нутру. Хоть тот и человек зажиточный, да и почет большой. Однако, мало того, что он захочет стать главным в доме. Так и погибнуть может запросто. Мельница ему неинтересна - лишь воинские забавы в голове. Греку такое не по душе. Основательный и работящий Первак - ему предпочтительней. Если, конечно, крестится и в русы примут. Но за этим, дело не станет.

Вышата встряхнул поводьями и продолжил свою речь:

– Смелко, пока не подрастет, возле брата будет. Хотя... Отроку понравилось бортничество. А русы сами пчел разводят и для них дивные дома-ульи ладят. Вот паренек и заинтересовался их 'пасекой'. Может этим в будущем и займется. Ну а Буслай, желает умелым воином стать. Отомстить варягам и славу снискать. После Коляды, пойдет в дружину проситься. Там его спытывать будут. На силу, выносливость и ловкость. Ну а я, к Горазду в помощники хочу попробовать попасть. Грамоту и счет уже малость разумею, учится вон хожу к Мефодию. Крещусь и тоже русом стану.

...Ярмарка и народные гулянья в Киеве были в самом разгаре. Вдыхая полной грудью чистый морозный воздух и оставив друзей участвовать в зимних забавах, Ян неспешно шел к торгу. С удовольствием наблюдая, как со снежных склонов, с гиком и радостными криками скатываются сани с девушками и молодыми парнями. Как отроки и отроковицы, строят из снеговых кучугур крепости и весело играют в снежки. Глядя на царящее вокруг веселье и радостные улыбки, он добродушно улыбнулся, вспомнив как они с друзьями, недавно побывали на состязании лыжников - дивясь необычным снегоступам русов. На их длинных узких с загнутыми носами 'лыжах', с помощью палок - оказывается, можно быстро мчаться, преодолевая многие версты пути.

Выйдя к реке, бывший древлянин, увидел множество людей, катающихся по ледяной глади Славуты на 'коньках'. Это было еще одно развлечение, введенное князем. Конечно, большинство горожан скользили на резцах сделанных из костей животных и лишь знать русов, а также богатые гости - могли себе позволить железные коньки.

Достигнув наконец рынка, Ян оказался среди шума и гама толпы. Продавцы и покупатели, споро сновали среди прилавков и громко торговались между собой. Неожиданно, парень увидел знакомые лица - и его сердце учащенно забилось. Любава со своими родственниками, также была на базаре! Видимо, поляне из рода Лыбедь, тоже захотели посетить зимнюю ярмарку и праздничные гулянья в Киеве. Стараясь, не попасться им на глаза, юноша незаметно следовал за своей возлюбленной и ее родичами.

Вскоре, их внимание привлекла новая веселая забава. На небольшом свободном пятачке площади, были вкопаны три гладко очищенных и намазанных жиром высоких столба. На каждом из них, сверху висели дорогие и красивые вещи - яркое монисто, височные кольца и красные сафьяновые сапожки. Любой желающий, мог попробовать взобраться и достать их. Обступивший народ, всячески подбадривал молодцов, которые пытались залезть наверх и заполучить вожделенный приз. Однако, покуда ни у кого, ничего не выходило. Люди возгласами смеха и разочарования встречали неудачников, бессильно соскальзывавших вниз.

Ян увидел, как Любава смотрит на червленые сапожки и решился. В своих лесах, ему приходилось взбираться на самые высокие деревья. У него была медвежья хватка. Подойдя к столбу и сняв с себя свитку и обувь, парень обхватил ногами и руками блестевший от жира ствол. Очень медленно и осторожно, напрягая все силы, он стал постепенно подниматься в гору. Это оказалось очень тяжело и трудно. Пот заливал ему глаза, под ногтями выступила кровь, а руки сводило от судорг. Но сцепив зубы и прижимаясь лбом к дереву, Ян упорно лез вверх. Казалось, прошла вечность, пока он увидел, что сапожки уже находятся на расстоянии вытянутой руки. Понимая, что как только он освободит одну руку, то не сможет удержаться и непременно слетит вниз - бывший древлянин, резким движением схватил приз и обессилено соскользнул на землю. Стоящие вокруг люди, разразились одобрительными криками.

Оглядевшись, Ян, пошатываясь от усталости, прямо босиком направился к Любаве и с поклоном протянул ей сапожки. Окружающий народ, неистово приветствовал победителя, а глаза девушки просто засияли, когда она узнала своего милого...

– Кушай, кушай страву...
– заботливо говорила Мирослава, обращаясь к своей обедающей дочери.
– К свадьбе нужно, чтобы ты выглядела справной и красивой девушкой. И так уже заневестилась - семнадцать весен миновало. Давно пора замуж. А ты у нас, хоть ликом и пригожа, однако выглядишь стройной и худосочной - будто и не дочь зажиточного полянского волосдаря. Ну куда такое годится?! Стыдно ведь будет нашей семье, осенью перед беличами! Не по нраву ведь им придешься! А то, когда Жирослав сватать станет - позору не оберемся! Лепая и красная девица, должна быть в большом теле, чтобы и работу могла делать и детей в недород выносить. А так... Несмотря на благообразное личико, все воспринимают тебя совсем не статной купавой, а неказистой дурнушкой.