Шрифт:
Летопись Треф: Рокки Коннер.
Часть 1.
Глава 1
Раннее утро воскресенья. На улице довольно прохладно. Солнце начинает подыматься из-за горизонта, разрезая своими первыми лучами дымку тумана, и постепенно разгоняет его. Непоседы воробьи гурьбой носятся с куста на куст, безудержно балаболя. Им в ответ трещат сороки, оглашая, кто здесь главный. Жизнь бьет ключом, даже в такое время. Красота.
Именно так я воспринимал сие по-первости, но со временем оное превратилось в обыденность, а восхищение сменилось легкой формой недовольства. Недовольство за то, что меня, не выспавшегося, в мой единственный выходной, в такую рань посылают с бидончиком для молока и авоськой на центральный рынок нашего поселения, чтобы я успел купить весь товар из списка, начертанной тетей Самантой, в то время как остальные нежатся в своих теплых постельках.
В пути уже минут 30, плетусь не торопясь. На горизонте начинает вырисовываться силуэт рынка - ну наконец-то. Захожу через главные ворота. Справа, как обычно, сидит мадам "свиные ноги" - полная женщина лет 30, продавец свинины - здороваюсь с ней и прохожу далее. Через несколько шагов пути замечаю на дороге свежие "лепехи". Это значит, что Молочник уже здесь. Сразу к нему, но там уже очередь. Становлюсь в конец.
Молочник неторопливо обслуживает очередного клиента, параллельно интересуясь здоровьем его и его близких. Через минут 10 подходит и моя очередь.
– Что будешь брать?
– спрашивает молочник.
– Только молоко, - сверившись со списком, отвечаю я, и протягиваю бидончик.
– Тебе молоко из бутыли или свежее из-под коровы?
– Первое, - отвечаю я. С деньгами у нас напряженно - поэтому и первое.
– Хорошо. Может еще сметаны, масла?
– Нет, спасибо.
– 5 монет готовь. Как отец, он все в шахту ходит?
– Нормально, - отвечаю я, и протягиваю нужную сумму.
– Да, в шахту... на спину стал жаловаться.
Молочник возвращает полный бидончик молока и дает сверху еще маленькую баночку, говоря, что это помогает от болей, если содержимое втирать в больное место. Я благодарствую, Молочник в ответ кивает головой.
Именно в этот момент мне почему-то вспомнились слова отца, в которых он говорил, что он и Молочник (Фил) были лучшими друзьями с детства, но с приходом семейной жизни стали видеться очень редко.
Достаю снова список и анализирую, что еще остается докупить. Моська искривляется, так как одним из пунктов значится мука. А это значит, что придется идти к пекарю, и в другой конец рынка. Длинный путь - это не самое тяжкое; тяжкое - это возможная встреча с дочерью пекаря (точнее пекарши) - Гердой, которая как-то необычно реагирует на меня, когда я рядом.
С силой сминаю кусок бумаги, кладу его в карман и начинаю движение к поставленной цели.
По дороге натыкаюсь на лоток с безделушками. От изобилия значков, монет, свитков и непонятных штучек загораются глаза. Пялюсь на товар минут десять, затем останавливаю взор на значке, который представляет собой окружность и вписанный в нее знак Королевства (знак "трефы"). Старьевщик замечает мое внимание и спрашивает, выбрал ли я что-нибудь. Я указываю на значок. Старьевщик говорит, что цена - 2 медяка. Я начинаю рыться кармане, где обычно храню свои карманные деньги, но там нащупываю только одну монету. Говорю, что есть только это, показывая содержимое кармана. Старьевщик, взглянув на меня своим испепеляющим взглядом, соглашается на сделку. Улыбка расползается по моему лицу, и недовольство, которое я испытывал в начале пути, мгновенно исчезает.
***
В хорошем настроении подхожу к магазинчику пекаря. Вдохнув по глубже, толкаю дверь и вхожу внутрь. Дверной колокольчик выдает мое присутствие, на звук которого к прилавку подходит не пекарша, а Герда (девушка с чуть темной кожей с темно зелеными глазами в фиолетовой бандане из-под которой кое-где выглядывают пряди ее белокурых волос).
Девушка несколько секунд стоит с еле заметной улыбкой и пристально разглядывает меня. Я начинаю ощущать неудобство, и первым начинаю разговор.
– Привет, Герда, - говорю я, машинально подымая правую ладонь от волнения.
– Привет, Рокки, - отвечает Герда.
– Что будешь брать?
– Две большие пачки муки, пожалуйста.
– Ага, - отвечает девушка и снова устремляет свой взгляд на меня.
– Еще две пачки дрожжей и столько же "Геркулеса", - говорю я чуть громче.
– Хорошо, еще что-нибудь?
– Не, это все.
– С тебя 8 монет, - говорит девушка и отходит за товаром.
Я кладу нужную сумму.
Вдали слышится возня и упреки матери, что дочь плохо помогает своей матери и что дочери нет в нужном месте, когда так это необходимо.
Девушка возвращается и ставит собранный заказ на открытый участок прилавка, делая глубокий вздох. Я на автомате реагирую на импульс и перевожу взгляд с моего заказа на нее и вижу перед собой женское тело по пояс, которое до этого было скрыто высоким прилавком, в обтягивающей, мокрой от пота футболке, форму которой придает грудь по-моему уже 3 размера с выпирающими элементами пирсинга. Теперь уже я стою как загипнотизированный не в силах оторвать взгляд. Сердце стучит во всех частях тела, и начинает казаться, что штаны как бы... это... немного маловаты.
– Сегодня, ближе к вечеру, я планирую зайти к Фокси, ты дома будешь?
– вопрошает Герда, тем самым выводя меня из возникшего штопора.
– Ага, - говорю я на автомате. Забираю заказ, и иду к выходу.
– Молоко не ты оставил, - чуть смеясь, спрашивает девушка, глубоко наклонившись из-за прилавка.
– Точно, - говорю я, и разворачиваюсь.
Взгляд замирает, а рот приоткрывается. Передо мной на расстоянии вытянутой руки свисают две, будто капли росы, девичьи достопримечательности, которые с моего ракурса видятся мега выразительными. Штаны издает звук растягивающихся ниток. И, похоже, владелица достопримечательностей это замечает.
– Спасиб, - страдая от перевозбуждения, говорю я, беру молоко и тут вылетаю на улицу.
– Пока, - через смех выговаривает Герда.
Переступив через порог, делаю глубокий вдох.
Ну и девчонка! Да еще эти штаны ... но, блин, было реально "щекотно"!"
Ставлю ношу на крыльцо. По инерции засовываю руки в карман и вынимаю сегодня купленный значок. Улыбка появляется на лице и на душе становится лучше. Нацепляю значок на рубашку. Взваливаю ношу и иду домой.