Чтение онлайн

Кто бы вы подумали, был в обители смерти, когда я отправилась туда поднять шторы? Не кто иная, как мисс Беддоус. Почему-то она меня невзлюбила. Впрочем, это у нас взаимное. Она была явно разочарована, когда убедилась, что у меня не было другого дела, кроме как поднять шторы. Интересно, чего она ждала? Я слушаю из окон своей комнаты в башне звон колоколов ближней церкви, возвещающих миру о том, что скончалась Валерия Стреттон.

4 июля.Ко мне в комнату явилась с новостью Эдит.

— Почти решено, что отбывает мистер Рекс, — сообщила она.

— Отбывает? — эхом повторила я, что действительно означало: скажи еще что-нибудь.

— В Австралию отправляется. — Эдит лукаво улыбнулась. — Уж мы-то знаем, кто его там встретит.

— Там у Деринхемов отделение. И у нас тоже.

— Ну, теперь видите, чья возьмет?

— Блестящая стратегия, — согласилась я.

— Как вы сказали? — переспросила она, но не стала дожидаться объяснений — до того была уверена, что ее новости интереснее всего, что могла сказать я. — Мистер Бейнс сам слышал, как ее светлость разговаривала с мистером Рексом. «Ты должен самолично проверить, как там идут дела, — наказывала она. — Твой отец всегда верил в личные контакты».

— Личные контакты с Деринхемами?

— Да, только так можно поправить случившееся. В конце концов, теперь-то он имел время, которого просил, разве нет?

— Полагаю, что имел.

— Мистер Бейнс считает скорое отбытие мистера Рекса в Австралию почти решенным делом. Перемены никогда не приходят в одиночку. Сперва миссис Стреттон отходит… теперь мистер Рекс.

Я согласилась, что это будет в самом деле перемена.

5 июля.Доктор Элджин в подробностях расспрашивал меня о пациентке.

— Ей определенно не стало лучше, сестра.

— Особенно плохо себя чувствует в сырую погоду.

— Разумеется, это естественно. Ухудшилось состояние легких.

— И вдобавок сказывается астма.

— Я как раз собирался предложить вам попробовать при сильном приступе нитритамил. Не исключено, что он ей не показан. Порошок Гимрода доказал свою эффективность. Не то чтобы я был особый сторонник патентованных лекарств, но от этого по крайней мере нет вреда. Вам оно известно, сестра?

— Да, — ответила я. — Порошок поджигают, и больной вдыхает пары. Это средство помогало одной моей больной. И еще: я нашла в своей практике эффективным опускание горящей бумаги в раствор селитры.

— Гм… Но мы должны помнить о слабых легких. Я вам дам микстуру из йодистого калия и летучей соли с настойкой белладонны. Посмотрим, как подействует. Ее можно принимать каждые шесть часов.

— Да, доктор. И надеюсь, удержится теплая и сухая погода. От этого будет зависеть многое.

— Вот именно. По правде сказать, сестра, я считаю, ее вообще не следовало сюда привозить.

— Тогда, быть может, есть смысл порекомендовать вернуться?

— Нисколько не сомневаюсь в разумности такой рекомендации.

С этими словами он удалился на доклад к леди Кредитон.

8 июля.Сегодня мне встретился в саду Рекс.

— Улучили минуту для отдыха, сестра? — обратился он ко мне.

— Без этого не обойтись хоть изредка, — ответила я.

— Ну и как — способна прогулка заменить танец?

— Едва ли.

— И вы предпочли бы наряд леди-ключницы?

— Никакого сравнения.

— Вам все к лицу: ваш тип красоты не нуждается в обрамлении.

— Всякой красоте нужна оправа. Я слышала, вы скоро нас покидаете. Это правда?

— Почти решенное дело.

— В Австралию уезжаете, верно?

— Как вы обо всем осведомлены!

— В Замке хорошо налажена служба новостей.

— Ох уж эта прислуга, — вздохнул он.

— Я уверена, путешествие доставит вам удовольствие. Когда вы отбываете?

— Не раньше конца года.

— Значит, поплывете в австралийское лето, а нам предоставите одолевать тяготы зимы.

Он долго и пристально смотрел на меня. Я готова была обидеться, потому что не уловила и тени сожаления в его взгляде. А мне представлялось, он питал ко мне дружеское расположение. Увы, это был всего лишь легкий флирт. Да и могло ли быть по-другому?

— Надеюсь, — продолжала я, — сэр Деринхем и его дочь, которые, говорят, уже находятся в Австралии, устроят вам очень теплую встречу.

— Надо думать, устроят. — Вдруг он сказал: — Поговаривают, что миссис Стреттон вернется в родительский дом.

— Неужели?

— В самом деле. Доктор уже имел беседу с моей матерью. По-моему, он считает во всех отношениях разумным, чтобы миссис Стреттон вернулась в привычный климат.

— Понятно, — сказала я.

— Будущее вашей больной, разумеется, как-то коснется и вас, — заметил он.

— Конечно.

— Моя мать собирается с вами говорить на эту тему. Ее предложение будет для вас полной неожиданностью.

— Могу себе представить.

Мы стояли у пруда, любуясь, как плавал взад-вперед древний карп. Рекс перевел разговор на Австралию: он уже побывал там несколько лет назад. Великолепный порт, сказал он. У него всегда было такое чувство, что он туда еще вернется.