Чтение онлайн

– Да, да! – воскликнула Анна и в смущении позволила князю Петру обнять себя.

– А я? Я-то что же – стала никто и не нужна никому? – запричитала Полина.

– Шла бы ты отсюда побыстрее, – неласково сказал ей Корф. – Ты теперь птица вольная – езжай, куда глаза глядят, и не возвращайся.

Полина всхлипнула и, утирая рукавом слезы, выбежала из кабинета.

– Удивительная история! – прослезилась Наташа.

– Надеюсь, папенька, больше вы не станете принуждать меня выходить замуж за барона Корфа? – настороженно спросила Лиза.

– Прости и ты меня, – кивнул князь Петр, раскрывая объятия и другой своей дочери. – Я был слеп и безумен. Но это все в прошлом, и по прошествии траура мы отпразднуем сразу две свадьбы!..

– А что намерены делать вы? – тихо спросил Александр, садясь в карету вслед за Наташей, когда, попрощавшись со всеми, они собрались вернуться в Петербург. – Разве мы едем не во дворец? – удивилась она.

– Нет, конечно, нет, – поспешил успокоить ее Александр. – Просто я хотел знать, каковы ваши личные настроения?

– Я все еще не разобралась в своем чувстве к... – начала Наташа и покраснела.

– В своем чувстве ко мне? – Александр пытливо заглянул ей в лицо.

– Я бы хотела остаться верной подругой принцессе Марии, – тихо сказала Наташа. – Она, как я слышала, в скором времени возвращается ко двору, и вы обвенчаетесь с ней.

– Я буду делать все, что требуют от меня интересы государства, ибо только недавно я понял, как это важно – быть для своих подданных государем, – вздохнул Александр.

– А я буду счастлива служить вам, – прошептала Наташа и отвернулась, опасаясь, что Александр заметит слезы у нее на глазах.

За окном проплывал знакомый зимний пейзаж, но что-то неуловимо изменялось в нем. Тени заметно удлинились, снег, пропитанный приближающимся теплом и по-весеннему солнечным воздухом, стал рыхлым и потемнел. Вокруг все наполнилось нежным древесным ароматом, и птицы защебетали. О чем? О любви!..

Эпилог Чего еще больше желать? Анна, официально записанная как Анастасия Долгорукая, обвенчалась с бароном Корфом там же в Двугорском, и сразу после свадьбы молодожены уехали в Париж, куда Владимир получил назначение в должности помощника военного атташе при посольстве России. Под своим прежним именем – Анна Платонова – его очаровательная и талантливая супруга блистательно дебютировала на сцене Гранд-Опера, спев Розину в опере Моцарта «Свадьба Фигаро», и на следующее утро проснулась знаменитой.

Перед отъездом из Двугорского Анна сердечно простилась с Марфой и все звала ее с собой, но та отказалась. Князь Петр нанял для нее лучшего адвоката, и тот приложил всевозможные усилия, чтобы судья счел ее действия в отношении Сычихи – произведенными в состоянии аффекта. И потом князь Петр сам лично поручился за нее. Фрол Прокопьевич не стал препятствовать освобождению Марфы, и по выходу из заключения она впервые смогла обнять свою потерянную двадцать лет назад дочь.

Марфа была счастлива – девочка выросла настоящей красавицей. А какая умница, и характером выдалась в нее... Но Марфа не осталась с молодой баронессой – она отправилась в монастырь замаливать свои грехи перед Господом.

Лиза и Михаил венчались позже в Петербурге, после того, как княгиня Мария Алексеевна прошла полное обследование у известного специалиста по душевным болезням. И, отпраздновав скромно бракосочетание Репнина и Лизы, князь немедленно увез жену в Баден-Баден – исцелять организм, отравленный ревностью.

По обоюдному соглашению на управление имениями породненных семейств поставили Никиту, а Соня наотрез отказалась покидать Двугорское, и, по слухам, нового управляющего последнее время все чаще стали видеть в обществе младшей княжны Долгорукой. Татьяна к лету, как и говорила Варвара, родила – мальчика: принимала у нее Сычиха. Чудный получился младенец – крепенький и здоровый, и крестили его Андреем.

Полина вместе с бывшим управляющим Корфов бежали в Москву, и по дороге Карл Модестович обнаружил в вещах Полины свои пропавшие в имении деньги. Он опознал их по особой метке, которую делал для себя, подсчитывая ассигнации. По этой причине подельники подрались, но потом все же помирились и решили открыть совместно немецкую пекарню, где готовили бы разные вкусности и любимый Модестовичем штруделъ с яблоками.

Забалуева по личному распоряжению Александра и при его надзоре отправили в пересыльную тюрьму, но далее его след таинственным образом потерялся. Видно, не пришло еще время падения его могущественного покровителя. Впрочем, это – уже совсем другая история...