Роковухи
Шрифт:
Браво, Элли! Патроны дома? Разве что дома у миссис Мэллой. Твое счастье, если в приступе склероза Рокси запамятовала зарядить пистолет. Иначе не миновать тебе расходов на новый плащ и протез.
— Не могу поверить! — С жалобным стоном Наяда рухнула на диван. — Это дурной сон! Чтобы Лео ушел к этой мымре? От меня?Я ж на него надышаться не могла. Пылинки сдувала. Дьявольщина! Нужно было прислушаться к словам старой мудрой совы, тетки Эт. Она мне в свое время все уши прожужжала: "Наяда, куколка, не повторяй моей ошибки. Не возводи секс в культ. Мужское орудие — не та ось, вокруг которой вертится наша жизнь". А я? Только посмотри на меня! Читаю лекции дамочкам! Учу их уму-разуму! Раздаю советы, как удержать мужей… А моего… моего собственного… захомутала какая-то побитая молью кляча!
Некоторым — обойдемся без имен — слезы категорически противопоказаны, поскольку от глаз остаются едва приметные щелочки, зато нос раздувается на пол-лица. Наяда плакала изысканно. Хрустальные капли подчеркивали длину и густоту черных ресниц; нежный румянец сгустился до оттенка дамасской розы. Боже правый, ну как мог Лайонел бросить такую женщину? В чем же кроется пресловутый магнетизм Глэдис Шип? Не в ее же гнусавом смешке?.. А может, она знает о мужчинах нечто такое, что неведомо остальным женщинам?..
— Мне очень, очень жаль… — Я присела рядом с очередной жертвой дамы, которая, если хорошенько подумать, вполне заслуженно могла претендовать на звание роковухи.
— Спятить можно! Безмозглая квочка агитирует "милых дам" выворачиваться наизнанку, а сама ни сном ни духом о том, что вытворяет ее муженек!
— Ты же хотела как лучше.
— Пропади все пропадом! Что теперь со мной будет?
— У тебя есть друзья…
— Я о деньгах! "Само Совершенство" на грани краха. А Лео… То щедр как царь Мидас, то жаден до идиотизма. Не глядя вышвырнет сотню фунтов на галстук, а попробуй выбросить засохший кусок хлеба! Печенку проест. Раньше он засыпал меня кредитками, но не удивлюсь, если при разводе и фартинга не даст.
— Нужно обратиться…
— К хорошему адвокату? — Наяда расхохоталась, глотая слезы. — Знаешь что, Элли… Я крепкий орешек. Нищенское отродье, которое с детства ловило медяки за свои кренделя на стойке бара, так просто не сдастся!
Дом, милый дом…
Фредди и миссис Мэллой вернулись к своим родным очагам. За окнами Мерлин-корта уже стемнело, когда малыши наконец дождались от мамочки ужина. Ужина, но не стопроцентного — каюсь! — внимания. Вынув из пухлого ротика Эбби соску, пока моя изголодавшаяся принцесса не проглотила целиком пустую бутылочку, я потерла теплую спинку, дождалась положенного звука и уложила одну половинку своего сокровища в креслице.
— Вот так! Умница моя!
— Агу!
— Ваша очередь, юный джентльмен.
Пока Тобиас шнырял по кухне, принюхиваясь к сладко-молочным ароматам, я устроилась с Тэмом в кресле-качалке и подоткнула салфетку.
— Bon appetit, сынуля.
Даст бог, ничего не случится. Бен, как и обещал, вернется домой поздно, а я успею закруглиться с делами. Все же забавна эта женская потребность доложить главе дома о проделанной работе и получить одобрение. Психологи пусть остаются при своем ученом мнении, а я останусь при своем. Корни нужно искать в далеком прошлом. Когда неандерталец вваливался в пещеру и натыкался на гниющие после вчерашнего ужина кости, он требовал от жены отчета. И этими же костями затыкал ей рот, вздумай она поинтересоваться, добыл ли муженек мамонта честной охотой или же выиграл в покер за каменным игральным столом.
Мирно покачивалось кресло. Тэм, педант до мозга костей, весь в любимого папочку, обстоятельно и методично поглощал ужин, а на сердце моем лежала тяжесть. Связавшись с "Совершенством", я подвела не только себя, но и миссис Мэллой, и всю женскую половину человечества! Тетушка Наяды оказалась права. Непомерную цену заплатит тот, кто сотворит себе кумира. Достаточно вспомнить миссис Хаффнэгл и бедную миссис Норман-Дорман… На зомбированную миссис Мэллой страшно смотреть… А Наяда так и вовсе раздавлена! Эти уже поплатились. Но где гарантия, что смерть и страдания обойдут менястороной?
— Мамочке очень стыдно, — сообщила я близнецам. — Чему она вас, спрашивается, учит? И что скажет папочка, если… когдаузнает всю эту историю?
— У-у-у! — Эбби прижала ладошку к округлившимся губкам.
— И не говори! — Потирая спинку Тэма, я изображала папочку на тропе войны. В лицах. — "Силы небесные, Элли! За кого ты меня держишь? Я что, по-твоему, неодушевленный предмет? Игрушка? Никто и никогда меня так не унижал!"
Уложив детей, я вернулась на кухню и бросилась шарить по ящикам. Что за черт! Куда подевалось руководство? Должно быть, Фредди стащил… Ах вот оно где!
Дрожащими руками я вытащила брошюру из-под тостера с твердым намерением разодрать в клочья и спалить, если удастся, — колдовские книги, говорят, огонь не берет. В доказательство своей магической силы буклет сам раскрылся на пятой главе.
Кто из вас занимается любовью в кромешной тьме, милые дамы? Лес рук? Глазам не верю. Что за радость терять время на то, чтобы нащупать друг друга, если можно наслаждаться божественным видом обнаженной…
— У-у-у! — Повторив возмущенный возглас своей принцессы, я была готова совершить акт вандализма, но не успела — кто-то стучал в дверь со стороны сада.
Сколько уж твержу себе… Сперва подумай, Элли, потом делай.Все без толку. Разумеется, я крикнула: "Войдите!" — после чего вросла в землю, не успев избавиться от распроклятого руководства. Здрасьте! Наш недостойный замок почтила присутствием преподобная Эвдора. Волосок, как всегда, к волоску, любезная улыбка на месте, в затянутых черной лайкой ладонях — продолговатая стеклянная кастрюлька.
— Прошу прощения за внезапный визит. Мне бы следовало позвонить заранее, но…
— Полностью с вами согласна! Тем и хороши соседи, что могут в любую минуту заглянуть на огонек.
— Надеюсь, я не прервала ужин.
— Боже упаси! Бен работает допоздна, а я… так, вдохновлялась литературой. — Дура! Отвечай теперь на расспросы. Что за книжка, да о чем, да кто написал.
— Очень мило.
— Позвольте… — Чуть не ляпнула "вашу кастрюлю". Соображать надо, Элли. Она же решит, что у тебя до ужина руки не дошли. — Позвольте ваше пальто.