Чтение онлайн

Она поняла, что он ее разыгрывает, но не захотела поддержать этот тон.

– Вы всегда такая серьезная, Эдди?

Ей вдруг вспомнилось: они играют в прятки в амбаре, бегут к ручью, волосы развеваются на бегу; Керби догоняет ее, увлекает на траву.

Да, она тогда совершила глупость. А Керби просто использовал ее, а затем покинул ради мечты о приключениях. Больше она не будет столь безрассудной. Эдди считала, что Керби ушел на войну не ради идеи. Он хотел избавиться от нее и ребенка. Джон ждал ответа на свой вопрос. Эдди, не зная, как выйти из неловкого положения, сказала первое, что пришло на ум:

– Я не разрешала вам называть меня по имени. Он рассмеялся.

Эдди почувствовала теплое дыхание на шее. Она выпрямилась и, насколько это возможно в данной ситуации, попыталась отодвинуться от него. Эдди посмотрела на руки, державшие вожжи. Они были покрыты красивыми черными волосиками. Длинные пальцы, короткие и чистые ногти.

Это было глупо, но у нее перехватило дыхание, а сердце стучало, как после быстрого бега.

– Направо, – велела она, когда они добрались до колеи, которая проходила через хлопковое поле.

Фургон въехал в густую рощу. Сверху в листве ярко сияло солнце. Было совершенно тихо, раздавалось только чавканье копыт.

Кар! Кар! Ворона покружилась над ними и нырнула вниз.

«Кар! Кар!» – звучало как дерзкий вызов. Затем от вершины деревьев их приветствовал разноголосый хор пичужек. Снова наступила тишина, пока издалека не донеслась песня дрозда.

Молодой олень с оленихой появились из леса, пробежали впереди них по дороге и снова скрылись в чаще.

– Думаю, их ждут охотники.

– Это земля Бердселла. Никто, кроме него, здесь не охотится.

– Что он за человек и почему хочет купить вашу ферму?

– Он намного лучше Реншоу.

– Ну, это нетрудно, – сухо заметил Джон.

– Он одним из первых здесь поселился. Отец прибыл позже и купил землю рядом с ним. У Бердселла двое сыновей, и он мечтает о ферме для каждого их них. И… не хочет, чтобы Реншоу завладели моим участком. Один из его сыновей, который вернулся с войны, повздорил с Реншоу из-за негра. Эти мальчики пошли воевать не потому, что были сторонниками рабства. Им претила сама мысль, что придут янки и будут тут командовать.

– Бердселл в курсе, что проповедник хочет отдать Колина Реншоу?

– Не знаю. Он не лебезит перед Сайксом, как другие.

Собаки разных пород и размеров с лаем выскочили навстречу и окружили непрошеных гостей. Белобородый, седой человек, сидевший в кресле на крыльце, прикрикнул на них, и они отбежали, но не далеко, а улеглись во дворе, с подозрением глядя на визитеров.

Бревенчатый дом с наклонной крышей, закрывающей и переднее, и заднее крыльцо, казалось, простоял вечность. По краям крыши в небо целились дымовые трубы из камня.

Дом окружал ухоженный сад, который пронизывали струны с привязанными тряпицами для отпугивания птиц.

Джон остановил лошадь у коновязи, помог Эдди сойти и слез сам. Он прошел вслед за ней к крыльцу.

– Добрый день, мистер Бердселл.

– Привет, Эдди, – ответил старик, глаза которого впились в Джона.

– Это мистер Толлмен, мой… друг.

– Привет. – Джон сделал шаг вперед и протянул руку.

– Не многих я знавал с такой фамилией. Однажды встречался с парнем с этим именем у Форт-Смита. Правда, столько лет прошло.

– Это мог быть мой отец, Рейн Толлмен. Он объявился тут сорок лет назад.

– Угу, наверное, это был он. Ты на него похож, как я вижу. Садитесь, садитесь. – Указав на удобные камышовые кресла, хозяин повернул голову, и пухлая симпатичная женщина так быстро появилась в дверях, что было очевидно – она подглядывала.

– Привет, Эдди.

– Привет, Клорис. Это мистер Толлмен. – Затем, обращаясь к Джону, Эдди представила ее: – Клорис замужем за Альфредом, сыном мистера Бердселла.

– Выпьете что-нибудь холодненькое?

– С удовольствием, – пробормотала Эдди.

– Я догадываюсь, что ты приехала не просто так, Эдди, – сказал Бердселл, как только Клорис ушла в дом. – Что ты задумала?

Эдди глубоко вздохнула:

– Вы все еще хотите купить мою ферму?

– Ты готова продать или это разговоры вокруг да около?

– Я хочу продать сегодня.

– Почему сегодня?

– Ну… я…

– Она выходит замуж, – мягко сказал Джон; затем, обращаясь к обернувшейся к нему в изумлении Эдди, добавил: – Думаю, мы должны сказать всю правду, дорогая. Мистер Бердселл, Эдди боится разговоров насчет своего замужества, так как после известия о смерти Керби прошло слишком мало времени.

Клорис принесла ведерко воды. Она протянула ковшик Джону.

– Великолепная вода, – оценил он после нескольких глотков.

– Лучшая в Озарке. – Бердселл подождал, пока Клорис ушла в дом, и переспросил: – Почему сегодня?

– Собираюсь вернуться к себе на ранчо в Нью-Мексико и хочу увезти Эдди с собой. Я подрядился сопровождать караван, и люди ждут меня.

Эдди молчала. Этот человек так ловко лгал!

– Завидую тебе, парень. Когда я сюда пришел, это была необжитая страна. Орби Джонсон, папа Эдди, появился несколькими годами позже. Сначала мы были одни, затем понаехала всякая шваль, – ругнулся он. – Орби был отличный работяга. Помог мне вырастить персики. Он был бы рад, что Эдди выходит за стоящего человека. Тот ее парень был чепуховый человек.

Хотелось закричать! Откуда Бердселл знал, что Толлмен – хороший человек? Как он догадался про Керби? Она собралась спросить, но передумала, увидев, что Джон смотрит на нее, предупреждая взглядом о молчании.

Эдди сжала губы, но в глазах затаилась обида.

– Думаю, Сайкс не задержится забрать у тебя сирот. Слышал, Реншоу берет парня. Клорис говорила насчет девочки. Впрочем, не знаю, ей еще надо подрасти, пока она станет помощницей.

– Они поедут со мной, – мягко сказала Эдди. – Я… объяснила мистеру Толлмену, что не могу с ними расстаться. Мистер Бердселл, давайте поговорим о ферме…