Чтение онлайн

Она поняла. Она легонько вздохнула, сдаваясь, и ответила ему благодарным взглядом за поддержку.

– Вы уже пытались дважды убить Аллу Владимировну, – продолжал Кис. – Но в первые два раза у вас еще не было в распоряжении ее записки, которую вы украли с тумбочки из прихожей, куда ее положила Ирина. Эта записка сильно облегчила вашу задачу. А как же вы собирались обставить «самоубийство» Измайловой до нее?

– Как-как, – буркнула Света. – Заставила бы ее написать под диктовку. Я тогда с иглой ядовитой приходила, со шприцем, – чего б она, отказалась, что ли? Только мне не повезло! Один раз машина заорала, в другой, когда я уже до снотворного додумалась, чтобы никто не просыпался от шума, – так Нора встала и прямо на меня поперла… И вы еще тут приплелись: то замок поменяли, то цепку на дверь навесили… А не то я б давно уже… А как вы догадались, что я этой ночью приду?

– Так я же вам уже объяснил, – любезно откликнулся Кис, – я вас просто вынудил! Вы подслушивали, как всегда, из комнаты Элеоноры разговоры, которые велись в гостиной, я это понял и разыграл для вас спектакль: нарочно сказал, что передаю Измайлову следствию. Что же вам оставалось еще делать?

– А как я, по-вашему, в квартиру вошла? Все замки закрыты, и цепка тоже!

– Так вы вовсе не уходили из квартиры, Света, вы спрятались в темной комнате. Это же проще простого: другого решения не было. А уж как и где там спрятаться, вы это знали лучше всех: вы же занимались всей одеждой в доме, раскладывали ее по полочкам… Да и никто особо в комнату эту не заходит. Так, изредка вещь какую-нибудь взять…

Света помолчала, переваривая услышанное. Алексею показалось, что больше всего на данный момент ее расстроил сам факт ее разоблачения. В их тандеме с Антоном Света была, несомненно, интеллектуальным лидером, что сформировало у нее крайне высокое мнение о своих умственных способностях. И теперь Света никак не хотела признать свои проколы, не желала с ними смириться. Она даже не осознавала последствия, ей грозящие, в виде тюремного заключения – она была огорчена, как ребенок, который старательно спрятался и был слишком быстро обнаружен взрослыми…

– А как вы вообще догадались, что это я? – почти обиженно спросила она.

– А вот это было не так просто, – порадовал ее Кис. – Сначала мне пришлось понять, что убийства випов с покушениями на Измайлову не сочетаются. Была у меня, признаю, версия, что сын Аллы Владимировны решил отомстить всем: и матери, и ее поклонникам, из-за которых она ребенка бросила, как он – или, точнее, вы – думали…

– А что, неправильно думала? – с вызовом вскинулась Света.

– Неправильно, – кивнул Кис. – Алла Владимировна не хотела отдавать ребенка. Ее к этому вынудил муж, убедив, что мальчик родился дебилом и долго не проживет.

– Не хотела бы, не вынудил бы! – отрезала Света.

– Света, вы ведь убийца. Вам ли другим мораль читать? – холодно спросил Алексей.

В ответ Света только злобно насупилась.

– Я продолжу, с вашего позволения. Итак, была у меня версия, что все это дело рук Антона. В ней имелась легкая психологическая натяжка, хотя бы потому, что приемные дети, сироты, подкидыши, как правило, стремятся разыскать своих родителей, с тем чтобы принести им свою любовь, а не мстить…

Но Света не дала ему закончить фразу:

– Не нужна Тошке ее любовь! У него одна любовь – я! За всех сразу! – гордо вскинула она голову.

– Этого я не знал, признаюсь, – кивнул Кис, – и отнес поначалу столь тотальное желание мести за счет некоторой умственной отсталости Антона. Но этой версии мешало наличие сообщницы. У сообщницы не может быть желания мести по определению: ей Измайлова никто. Но для простой помощницы она помогала чересчур активно! Обычно роль сообщницы ограничивается шпионажем – подслушала, подсмотрела, ключи выкрала… Дело, однако, в том, что в нашем случае сообщница сама – лично! – покушалась на Измайлову!

– А с чего вы взяли, что это я была?

– В ту ночь, когда всех разбудила сигнализация, Алла Владимировна видела вас, Света. Она вас, конечно, не узнала, но заметила, что человек был среднего роста. Среднего! А ваш брат – высокий мужчина: я его приметил, когда он следил за мной… Измайлова находилась в кровати, а из лежачего положения тот, кто стоит, всегда кажется выше, чем на самом деле. Следовательно, человек был и впрямь невысокого роста, иными словами, не Антон, а его сообщница… И тогда я стал искать ее мотив. Сообщницей могла оказаться либо приемная мать, либо сводная сестра, на худой конец просто подружка Антона, но все-таки где же ее мотив? Кстати, вы мне солгали, сказав, что вам двадцать восемь лет. Вам тридцать один… Или тридцать два.

– И что с того?

– Ничего. Вы солгали нарочно, чтобы я в случае чего не соотнес вас по возрасту с его сводной сестрой. И я довольно долго и не соотносил… На том этапе для меня существовала просто абстрактная сообщница, у которой был свой интерес… Какой же? И однажды я додумался: наследство! Алла Владимировна завещания не написала, только собиралась…

– А вот и написала! – Света торжествовала, увидев, что детектив знает не все.

Кис повернулся к Измайловой. Он вдруг вспомнил ее странные, наигранные интонации, когда в первую же их встречу зашла речь о ценностях и завещании.

Алла явно смутилась.

– Простите, я не хотела вам говорить, иначе бы мне пришлось рассказывать о ребенке… Тогда я еще надеялась, что эта тайна останется только моим достоянием, – грустно усмехнулась она. – Я действительно написала завещание на моего сына, хотя и не знала, жив ли он… В завещании было предусмотрено вознаграждение для тех, кто разыщет его после моей смерти. И, кстати, там же была предусмотрена часть наследства для семьи, его воспитавшей, вне зависимости от того, жив ли еще мой сын… Однако потом я себе сказала, что я просто свихнулась на старости лет. Врач недвусмысленно предупредил: ребенок дотянет не больше чем до пятнадцати лет, а скорей всего, не доживет и до них… И тогда я решила раздать имущество всем моим работницам. Но завещание пока не переписала. Мне это, знаете… К этому больно прикасаться.

– Вы говорили кому-нибудь о намерении переделать завещание?

– Не «переделать», так как никто не знал о первом завещании, кроме, похоже, Светы, – усмехнулась актриса. – Но Ирочке, да, я как-то сказала ей, что собираюсь отписать им всем значительную часть имущества…

– А вы, Света, как водится, подслушали разговор? И вас, конечно же, никак не устраивало «всем», вы хотели заполучить все полностью для Антона и для себя лично. И поскорее, пока Алла Владимировна не переделала завещание.