Чтение онлайн

Поутру позволил себе подрыхнуть подольше - вчера вечером Сеяшантери, используя свой Талант, намагичила что-то с остатками рыбы, заверив, что ещё сутки по такой жаре с ней ничего не случится. Так что вершу вечером поставлю, если до этого, конечно, что-нибудь ещё из памяти не выужу.

Окончательно проснулся от неуловимо ритмичного шелеста песка и травы, басовитого гудения воздуха. Опрокинув в лицо скорлупку с водой, выбрался из расщелины, посмотреть, что же создаёт столь мелодичную музыку природы. Как вышел, так и залип.

По свободному от габаритной зелени пятачку перед разломом летала стремительная тень. Движения были настолько быстры, что детально разобрать картинку было невозможным в принципе: вот размазанный росчерк крутится у дальнего конца полянки, а вот - молнией преодолев всё свободное пространство, оставляя за собой медленно опускающиеся фонтанчики песка - уже вертится с противоположного края. Иногда тень замедлялась на сотые доли мгновения, замирала, застывала в простой с виду стойке, но настолько хитрой по части возможных вариантов дальнейшего действия, что становилось ясно - передо мной - настоящий Мастер.

Эльфийка использовала длинный шест, со стороны боевой части расщеплённый на метёлку из несколько длинных полос - совсем как бамбуковые шесты в китайских боевиках. Замерев на миг, Сеяшантери вновь срывалась в бой-танец, иногда всё же удавалось рассмотреть некоторые связки ударов, и в такие моменты приходило понимание: ничего подобного на Земле я не видел. Плавность движений, удары из самых невозможных положений, и всё это люто замешано на совершенно нечеловеческой пластике эльфийского тела.

Сколько любовался на её разминку, не знаю. Просто в какой-то момент осознал, что мельтешение тени на полянке прекратилось, а Сеяшантери, раскрасневшаяся, тяжело дышащая, но невообразимо довольная, стоит, опираясь на шест, и счастливо улыбается. Длинная коса, едва-едва не достающая до щиколоток, выглядит так, словно её только что заплели: волосок к волоску в сложном узоре плетения, и ни одного выбившегося, растрепавшегося.

Вчера я ей оставил обе рубашки - на выбор. Дивная предпочла чёрную, и во время её разминки я искренне считал, что она именно в неё и одета. Но нет, ошибался. С кожи Сеяшантери словно бы испарялась настоящая тень, со всеми сопутствующими эффектами: марево, струйки дыма, постепенно истончающиеся и теряющиеся в воздухе. Спустя несколько секунд эльфийка полностью избавилась от теневого дыма, оставшись в тугой узкой повязке на груди и чём-то, похожем на обтягивающие шортики, длинной на полпальца ниже промежности. И та, и другая часть туалета совершенно не отражали солнечный свет, разделяя бледное тело Сеяшантери на три фрагмента: ноги, живот, плечевой пояс с головой и руками.

Толкнув шест ногой, девушка обернулась вокруг оси, закручивая по спирали оружие, и, уместив его на плечах, подмигнула. Издевается, егоза! Знает ведь, что эстет во мне начисто давит всё половое влечение и просто исходится слюной по великолепию действительно совершенного, всесторонне развитого тела.

– А что это был за дым?

– Да так, - отмахнулась, словно от чего-то несущественного, Сеяшантери, - вторая боевая Печать, ранг два-тренировочный. Ничего особенного.

Угу, совсем ничего.

– А почему лицо не было укрыто?

– И это заметил?
– удивлённо задрала бровку девушка.
– Глазастый ты, Никас. Или я слишком медленная.

Ловко подхватив трепанированный кокос, эльфийка в пару глотков осушила его.

– Лицо открыто, потому что второго тренировочного ранга. На третьем и выше оно закрыто.

– Хм... А что даёт первая Печать? А есть третья?

– Любопытному гоблину в песках Шэннэнстали добрые дэвы нос обглодали, - хитро улыбнулась эльфа и вновь подмигнула. Потом уже серьёзным тоном добавила: - Надеюсь, тебе не придётся видеть использование три-тренировочной, и уж тем более - полноценной активации Печати.

Я пожал плечами:

– Хозяин барин, а мне просто интересно. А там, на корабле?..

Сеяшантери только покачала головой:

– Застали врасплох. Пока стабилизировала твои поля после Слияния, выложилась по полной, да и хватанула от какого-то твоего защитного механизма уйму сырой энергии, вот и пришлось срочно уходить в глубокую медитацию, упорядочивать свои собственные структуры, пока вразнос не пошли. Так и скрутили...

– А можешь просветить, что за чудной материал используется в твоём белье?

– Никас, ты порой так говоришь и спрашиваешь о таких общеизвестных вещах, словно из Леса только сегодня утром вышел. Как можно не узнать единственный в своём роде паучий шёлк, производимый исключительно кланами тирэльнаров и семейными мануфактурами ореад Срединных гор?

Я почесал в затылке и беспомощно улыбнулся:

– Кто все эти слова?

Сеяшантери, отправившаяся было вглубь микропещеры, споткнулась и едва не влетела внутрь головой вперёд - от этого действия её спас шест, уткнувшийся в скалу по обе стороны расщелины.

– Никас, а тебе точно ядром по голове не прилетало?

– Ну а что я могу ответить? Ведь действительно либо не знаю, либо не помню. Вообще, может, это эхо Слияния так шалит?

Сеяшантери задумчиво закусила губу.

– А ведь вполне может быть, Никас.

– Кстати, а ты о нём вчера так и не рассказала, - подловил я эльфийку.
– Хотя и обещала.

– Минуту, - эльфа ненадолго скрылась в пещере, вернувшись уже в рубашке, наброшенной на плечи. Кивнула на кострище: - Пока готовим завтрак, расскажу.

И рассказала.

Говорила девушка долго, пересыпала речь множеством отсылок на труды каких-то древних и уберископаемых учёных, забивала промежутки просто цитатами из книг и буквально по памяти зачитанными здоровенными кусками текстов из различных философских, религиозных, изыскательных и публицистических трактатов, так что к концу её повествования спать хотелось неимоверно, а информация спокойно протекала промеж ушей, не оседая посерёдке.

Но, в целом, если отбросить пафос, достойный алогичного превозмогалища уровня сракотонника, кое-что становилось ясным. Имеются в Хинан-Дере некоторые разумные, способные хотя бы раз в жизни, но удачно пробудить свой Талант и использовать его по максимуму. Зачастую это выражается в известных даже на Земле деяниях, проходящих под общим шифром "скрытые возможности человеческого тела в экстремальных ситуациях": с дырой в груди, оставленной ядром, боец люто бьётся, не обращая внимания на вылетающие из него ошмётки внутренних органов, путешественница, ранее не державшая в руках ничего, кроме походного ножа, встретив медведя-людоеда или королевского червя Песков, умудряется сбежать от них либо, того веселее, ещё с живых спустить шкуру; нищенка из самых захудалых кварталов свободных городов, защищая детей от изъятия на эксперименты чёрным магам, голыми руками рвёт отлично вооружённый, готовый ко всему на свете отряд матёрых наёмников; брошенный посреди океана - доплывает до материка, попутно отбиваясь от морских хищников, и так далее.