Чтение онлайн

— Анна Сергеевна!

Она дернулась… напряженно застыла… медленно повернула голову.

— А… Это вы…

Уголки губ слегка дрогнули. Напряжение, сквозившее в позе, исчезло.

— Вы уезжаете? — спросил Рюмин.

Он видел свое нелепое, раздутое отражение в зеркальных стеклах ее очков. Да он, наверное, так и выглядел — нелепо.

Анна села на заднее сиденье и захлопнула дверь.

Капитан подбежал к окну.

— Куда?

Вяземская не отвечала. Она смотрела прямо перед собой, в затылок шофера. Подошел Северцев, отстранил капитана.

— Куда? — спросил его Рюмин.

— Вам не следует это знать, — сказал Александр.

— Почему?

— Так нам будет спокойнее. Видите ли, капитан… — Северцев посмотрел ему прямо в глаза. — Смерть ходит за вами по пятам…

Александр сел в машину рядом с Вяземской, что-то сказал водителю. Машина медленно тронулась и покатила прочь со двора. Анна так и не обернулась.

— Счастливого пути… — прошептал Рюмин. Достал из кармана связку ключей и побрел к «восьмерке». Как ни странно, он чувствовал облегчение.

Северцев нагнулся к водителю.

— Сначала — на Братиславскую, потом — в аэропорт.

— Как скажете, — флегматично отозвался шофер. — Счетчик тикает.

— Мы не опоздаем? — спросила Анна. Александр посмотрел на часы.

— Нет. У нас в запасе — примерно час, даже чуть больше.

Он оглянулся и стал смотреть через заднее стекло.

— Что там? — сказала Вяземская.

— Смотрю, не увязался ли за нами наш сыщик…

— Смешной… — Анна улыбнулась. — Просидел всю ночь у подъезда… Охранял.

— Или — следил?

Вяземская от неожиданности потеряла дар речи. Такая возможность ей в голову не приходила.

— Зачем ты это сказал? Хочешь меня напугать? Тебе мало вчерашнего? Ведь ты так не думаешь, правда?

— Я уже не знаю, что думать, — вздохнул Александр. — Слишком много совпадений.

— Постой, постой… — у Анны пошла кругом голова. — О чем ты говоришь?

Северцев повернулся к Анне, понизил голос до шепота.

— Посуди сама. Рюмин всегда на правильном пути, но почему-то всегда опаздывает. Почему?

У Вяземской бешено забилось сердце, дыхание стало частым и прерывистым.

— Кто придумал затею с Интернетом? — продолжал Александр. — Кто вытащил тебя в ресторан? Кто мог подбросить записку, пока мы ходили мыть руки?

Анна искала ответ. Какой-то веский довод вертелся у нее в голове, но она никак не могла вспомнить. Наконец вспомнила.

— Нет! Рюмин не может быть убийцей. Убийца — брат Лизы, Кирилл. Он младше ее, а Рюмину сорок. Или даже больше. Он слишком старый. Слишком старый, понимаешь!

— Да, может, никакого брата нет и в помине! Откуда ты про него знаешь?

— Ну как «откуда»?

— Кто тебе про него сказал?

— Кто? Кто… — мысли путались, Анна лихорадочно пыталась собрать их воедино. — Кто мне сказал… Кто…

Внезапно она замолчала. Ответ был очевиден. Рюмин.

— Я хочу покончить с этим раз и навсегда! — твердо сказал Северцев. — Другого такого случая не будет!

Он посмотрел в окно. Машина катила по Красной Пресне. Они миновали площадь Восстания и выехали на Садовое кольцо.

Александр похлопал водителя по плечу.

— За Смоленской площадью сверните в Кропоткинский переулок. Дом двадцать три.

От бульвара генерала Карбышева до «Войковской» — рукой подать. По пустынным, не забитым транспортом магистралям — пять минут езды, не больше.

«Хорошенько высплюсь, — подумал Рюмин. — Вечером — в зал. Но сначала…».

Надо было завершить все дела.

Ровно в десять капитан остановился у метро «Проспект Мира». Прямо под запрещающим остановку знаком.

Рюмин зашел в магазин «Продукты» и направился к желтому киоску с логотипом «Кодака». Отдал квитанцию и услышал:

— Сто двадцать два рубля сорок копеек.

Капитан расплатился, взял пухлый пакет с фотографиями. Подмигнул девушке, выдававшей заказы.

— Хочу собирать семейный альбом.

«Вот только семьи нет», — добавил он про себя.

— Лучше поздно, чем никогда, — изрекла девушка.

Рюмин натянуто улыбнулся и пошел к выходу. Это слово — «поздно» — неприятно резануло слух. С некоторых пор оно раздражало. Наверное, потому, что капитан чувствовал — ему действительно многое уже поздно.

Он вскрыл пакет на улице, не доходя до машины. Вытащил сразу всю стопку снимков, развернул их, подобно вееру, и понял — что-то не так.

Покойному Рудакову нельзя было отказать в художественном вкусе и чувстве гармонии. Фотографии — качественные, с интуитивно подобранной композицией, в центре — ключевая деталь. На некоторых снимках, хотя и далеко не на всех, попадался Рюмин. Но он нигде не был в центре.

«Значит, — подумал капитан, — Рудаков следил…».

Вовсе не за ним. Рудакова интересовал другой человек…

Такси остановилось перед воротами института имени Сербского. Северцев положил на пассажирское сиденье пятисотрублевую купюру.

— Мы скоро вернемся. Через пять минут. Водитель, не оборачиваясь, пожал плечами.

— Дело ваше…

Александр вышел, открыл перед Анной дверь. Они вошли через проходную, и тут Вяземская вспомнила, что пропуск остался дома. Правда, он и не потребовался: охранник узнал Анну. Сегодня дежурил тот самый, который внимательно изучал ее фотографию. Он, кряхтя, вылез из своей будочки, расправил кустистые рыжие брови. Из кончика носа потешно торчали короткие жесткие волосы.