Ромашка с шипами
Шрифт:
— Пошли, — командует он Никите.
— Куда? — удивляется тот.
— Делать омлет.
— Ты что, совсем охренел?
Артур подходит к Никите, берет его за плечо и тащит за собой. Тот пытается вырваться, но силы не равны. Никита выше, но Артур шире в плечах и мощнее. Он тащит своего младшего родственника, как пес тащит щенка — легко и небрежно.
Открывает дверь в свою квартиру и заталкивает его туда.
— А как же яйца? — спрашиваю я.
Он оборачивается, еще раз окидывает меня своим грозовым взглядом, и произносит:
— Эти я тебе категорически не рекомендую.
Дверь захлопывается, я стою и растерянно пялюсь на нее.
Что это было вообще?
Глава 18
Ева
Вчера Артур увел у меня Никиту и больше я его не видела. Что он с ним сделал, хотела бы я знать? Посадил в кладовку и лишил сладкого?
Вообще Никите можно только посочувствовать. Иметь такого властного дядю — не сахар.
И да, у них странные отношения. С одной стороны, Артур ему вроде отца. Настоящего у Никиты нет — сбежал, когда он был совсем маленьким. С другой стороны — Никита пытается быть с Артуром на равных. Иногда у него получается. А иногда нет…
Время от времени Артур начинает командовать, и не подчиниться ему практически невозможно. Он уверен, что лучше знает, где его племянник должен учиться, чем подрабатывать и с кем общаться.
Так что ссоры между ними не редкость.
При этом Никита очень благодарен Артуру за все. Когда они с мамой перебрались в Москву, Артур сначала поселил их у себя, а потом купил квартиру. Он и другим сестрам помог всем, чем можно, от жилья до работы.
Я так поняла, он у них — глава семейства. Обо всех заботится. И все его слушаются…
Вот и Никита вчера ушел и не вернулся.
А я, может, хотела провести с ним приятный вечер!
Хотя, с другой стороны, если его так легко увести — то зачем он вообще мне нужен?
Мы с Артуром встретились у дома. Я шла из магазина, он — не знаю, откуда.
— Ты вчера вероломно лишил меня вечернего развлечения! — заявляю я вместо приветствия.
— Ты про Никитоса? — спрашивает он.
И забирает у меня тяжелый пакет.
— Ага, — отвечаю я. — Про него. Мы собирались повеселиться. И тут вломился ты своими яйцами…
— Никитос тебе не подходит, — с обычной невозмутимостью произносит Артур.
Я задыхаюсь от возмущения.
— Это не тебе решать!
— Мне.
— А ты, случайно, не зарываешься?
— Я твой надзиратель, забыла? Вот и надзираю по мере сил.
— Ты не можешь запретить мне встречаться с Никитой!
— А я тебе и не запрещаю. У меня другие методы воспитания.
Мы входим в подъезд, стоим у лифта.
— Могу себе представить… Ты его запугал?
— Ну что ты. У тебя сложилось неправильное впечатление обо мне. Я не запугиваю. Я даю человеку добровольно сделать выбор.
Ничего не понимаю. О чем он вообще говорит? И почему у него такой самодовольный вид? А, впрочем, он у него всегда такой…
— Что ты сделал? — допытываюсь я.
— Я сказал Никите: выбирай, или Ева или новая тачка.
Ни фига себе! Вот это методы воспитания!
Мы поднимаемся на лифте, я смотрю в серо-синие глаза Артура и обалдеваю от его наглой самоуверенности. Кем он себя считает? Вершителем судеб?
— И что Никита? — спрашиваю я.
— А ты как думаешь?
Я думаю, что он выбрал не меня. Я со вчерашнего дня его не видела и не слышала.
И, честно говоря, меня это радует. Если бы Никита, не дай бог, пожертвовал ради меня новой машиной, о которой наверняка давно мечтал… Это была бы слишком большая ответственность.
Мы знакомы всегда один день. И я сама не знаю, нужен ли он мне.
А ему, конечно, новая тачка нужнее!
Я смотрю на Артура и выдаю:
— Ну ты… монстр.
— Я? Да я сама невинность.
— Змей-искуситель, — продолжаю я.
— Он сделал свой выбор. А ты что выберешь? Эспрессо или капучино?
— Чего? — теряюсь я.
— Зайдем ко мне, выпьем кофе.
Неожиданное предложение.
— Ты предлагаешь зайти к тебе?
— По-дружески. На кофе.
— Так мы друзья? — спрашиваю я.
— Конечно.
— Ну… ладно. Кофе у тебя хороший. Отчего бы не выпить.
Мы входим на кухню.
Я сажусь на высокий стул. Смотрю, как Артур колдует у кофемашины. Значит, он предлагает мне дружбу… После всего, что он тогда наговорил. И после того, как он отвадил от меня собственного племянника.
Что это будет за дружба?
Хочу ли я с ним дружить?
Я сама не знаю, чего хочу. Одно я знаю точно: навязываться ему я больше не буду. У меня есть гордость. А у него есть индюшка. Видимо, он питает к ней пылкие чувства.
Артур ставит передо мной чашку с ароматным кофе.
— Это нечестно, — вырывается у меня.
— Хочешь двойной?
— Я не об этом.
— А о чем же?
— Ты отобрал у меня хорошего парня. Я осталась одна. Мне грустно и одиноко. А у тебя есть Роксана.
— У меня нет Роксаны. Мы расстались.
Моя рука застывает на полпути к чашке.
Вот это новости! Артур бросил индюшку. Он свободен. И он предлагает мне кофе… и дружбу.
Для начала.
Я беру свой латте и вижу, что рука слегка дрожит. Ставлю его на место. Не хочу, чтобы Артур это заметил. Он не должен понять, что я внутренне ликую.
Он свободен!
Не судьба мне сегодня выпить латте. Сначала рука дрожала от радостного волнения, а потом…
Потом началось нечто невообразимое.