Чтение онлайн

empty-line/>

Я не стала становиться в позу и настаивать на своем. Давно не видела Ленку такой счастливой. А такой влюбленной – вообще никогда.

Как хорошая подруга я не должна мешать ее счастью.

Но я уже сказала Артуру, что не приду! Не просто сказала, а торжествующе заявила. Щелкнув его по носу.

После этого возвращаться, поджав хвост… Это исключено! Я слишком гордая для этого.

И что мне теперь делать?

Ночевать на улице?

* * *

Артур

Эта гребаная пятница когда-нибудь закончится?

Я весь день мечтал упасть на диван перед телевизором, тупо пялиться в него пару часов, а потом завалиться спать пораньше. Мне нужно отдохнуть!

Я устал. Я на пределе.

Мне вымотали нервы на работе, а теперь еще эта малолетняя коза играет на них ламбаду…

Да пошла она! Я спать.

Ничего с ней не случится. С ее пирсингованным хорьком я побеседовал. Телефон его взял. Предупредил, что если что – кишки на столб намотаю. Он усек.

Блин…

Все же этот способ нельзя назвать стопроцентно надежным. От этих отбитых малолеток можно ожидать чего угодно. Налакаются убойных коктейлей, почувствуют себя терминаторами и забудут про все внушения…

Пофиг. Я сплю.

Я упал на диван. Закрыл глаза. Начал проваливаться в дремоту.

Мысли путались, напряжение потихоньку отпускало… И тут перед моим внутренним взором возникла малолетняя коза. Такая, какой я увидел ее в аэропорту. Растерянная, ошарашенная. Трогательная.

Я тогда подумал, что Ева – скромная милая девочка, которой будет сложно в большом городе.

Как я ошибался!

У этой девочки острый язык, язвительный ум и непревзойденная способность бесить людей. Блин, она же обязательно найдет неприятности на свою маленькую попку!

Берегов она не видит, дерзит всем подряд. А там алкоголь и похотливые мужики…

Я не помню, как слетел с дивана.

Очнулся уже в прихожей. В джинсах и косухе. Надел кроссовки, взял ключи от машины и, тихо матерясь, вышел из дома.

Ну почему я не могу просто выспаться?

За что мне все это?!

Давненько я не бывал в клубах.

А, впрочем, тут ничего нового. Женские тела разной степени оголенности, извивающиеся под музыку. Развязные малолетние озаботы, вихляющие тощими задницами. Вальяжные випы, развалившиеся на своих диванах и лениво скользящие взглядами по танцополу. С целью снять кого-нибудь на ночь.

Похоть и порок, как я и говорил Еве.

А вот и она.

Я, наконец, нашел ее взглядом. Она у барной стойки. Пирсингованный хорек Дэн пьет текилу, а Еву спаивает коктейлем. Насколько я понимаю, это пина-колада. Сладкое пойло для девочек, обманчиво легкое, но коварное.

Девочка выпивает несколько таких вкусняшек, где ром не чувствуется из-за кокоса, ананаса и еще какой-то адской хрени. И потом сама выпрыгивает из юбки.

Из Евиной гипотетической юбки, больше похожей на пояс, и выпрыгивать не надо.

Я пробираюсь к барной стойке.

Но, когда я там оказываюсь, козочка уже скачет на танцполе. А рядом с ней – пирсингованный козлик. Пристроился сзади, трется о ее попу… Козел!

– Кофе! – бросил я бармену, поймав его вопросительный взгляд. – Двойной эспрессо.

Может, взбодрюсь хоть немного.

Перед операцией по транспортировке козы в стойло.

Сначала я просто наблюдаю за брачными играми юных козлят. Дэн все активнее лапает мою подопечную. Она все сильнее от него отодвигается. Он не понимает намеков – видно, залился текилой по самые брови.

В конце концов Ева не выдерживает, оборачивается и залепляет ему пощечину.

Ты моя козочка! Врежь ему посильнее.

Потом она что-то зло высказывает обалдевшему Дэну… Эх, жаль я не слышу! С наслаждением бы послушал, как она оттачивает свой острый язычок на других.

Ева пробирается сквозь толпу. Озирается по сторонам. Похоже, ищет свою подружку. Той нигде нет, скорее всего, они с белобрысым заперлись в туалете и играют в кроликов.

Моя растерянная девочка не знает, куда податься. Сейчас я ей подскажу!

Когда мне удается до нее добраться, возле нее уже трутся два борзых оленя. Которые, естественно, мнят себя львам, королями саванны. Оба еле держатся на ногах и при этом тянут свои ручонки к Еве.

С каким наслаждением я бы повыдергал эти ручонки! Сорвал бы на оленях всю накопившуюся злость и усталость.

Но я держу себя в руках. Просто беру их за шкирки и стукаю лбами.

Олени пытаются борзеть. Одного я легко укладываю на пол, второй стухает сам.

Ева смотрит на меня глазами, полными восторга.

– Поехали домой, – говорю я ей.

Ева

Боже, Артур, ты просто супер! Ты самый лучший! Я тебя обожаю!

– Ты мой герой! – шепчу я.

И бросаюсь ему на шею.

Вижу его удивленные глаза.

Чувствую вкус его губ. Они сладкие. Но с горчинкой. Как благородный темный шоколад. Как терпкая вишня в коньяке. И в темном шоколаде… Люблю эти конфеты.

И Артура.

Сейчас я его безумно люблю!

Его губы размыкаются. Пробуют на вкус мои. Он целует меня! Страстно, горячо. По-взрослому.

У меня кружится голова, в животе беснуются птеродактили, а в ногах такая слабость, что Артуру приходится меня держать.

Он сжимает мою талию. Прижимает меня к себе. Сильно. Жадно.