Чтение онлайн

— Тогда им придётся сгореть. — приговорила Дейнерис двадцатитысячную орду дотракийцев.

Эта история началась в пустыне, где Дейнерис умирала от жажды, вместе со своими детьми. Её спасла женщина по имени Эрэл Год Тар. Она напоила её водой, а затем привела к источнику воды. Визерион и Рейгаль еле доковыляли до водопоя, где вдоволь напились.

Селение лхазарян оказалось наполнено добрыми людьми, которые приютили её, а также продали ей двух старых быков, которых она купила по золотому дракону за голову, чтобы накормить драконов. Визерион не мог питаться самостоятельно, поэтому Рейгаль жёг мясо за двоих.

Кризис миновал, Дейнерис выяснила, что селение Лирдо было маленьким и подчинялось какому-то распорядителю, заседающему в крупном поселке, что расположен в двух десятках миль севернее.

Власть она взяла быстро и решительно. Теперь она внимательно прислушивалась к советам древнего валирийца. Во время медленного умирания от жажды вполне нормально видеть галлюцинации, но вот одна галлюцинация осталась с ней и после спасения. Он просил называть себя Корлисом, но дома своего не назвал. Дейнерис относилась к ситуации спокойно, так как знала возможности этого фантома — они ничтожны. Но её слегка беспокоило, что в её голове у кого-то есть свои секреты. Корлис обмолвился однажды, что был влиятельным магом и архонтом когда-то давно, ещё до Рока Валирии. И нет, у Дейнерис не обнаружилось каких-либо способностей к магии, о чём она очень сожалела. Зато Корлиса очень удивила её несгораемость. Он никогда с подобным не сталкивался, поэтому эта тайна всё ещё оставалась неразгаданной.

Возвращаясь к лхазарянам. Распорядитель сгорел в собственном доме, а два селения были поставлены перед фактом перехода управления к Дейнерис. Она быстро сколотила ополчение, которое вооружила переделанным в какое-никакое оружие сельскохозяйственным инвентарём. Никчёмные и слабые ополченцы не являлись действительной силой, так как были безумно трусливы, но нужны были для утверждения королевской власти. Ведь власть такая штука: Если её никто не видит, то её вроде как и нет…

Селение за селением, она захватывала Лхазар без какого-либо значимого сопротивления от лхазарян. Дотракийцы не зря прозвали их ягнячьим народом.

Первые конфликты с воинственными кочевниками начались два месяца назад, а месяц назад пришла новость, что кхал Мун собирает Большой кхалазар, чтобы покарать "наглую Королеву Ягнят и её летающих баранов, один из которых пердит огнём". Дейнерис в тот день чуть не улетела лично сжигать кхала Муна, не способная терпеть такое оскорбление, но Корлис образумил её — иногда есть польза и от воображаемых перед глазами мороков.

Восьмитысячная армия лхазарян, собранная впервые в истории, сейчас стояла лагерем в десяти милях от двадцатитысячной орды дотракийцев. Шансы на выживание у лхазарян ничтожны, так считают все, даже сами лхазаряне. Но дотракийцы не до конца понимают, с кем связались. Дейнерис пережила на своём коротком веку десятки кровопролитных войн, где научилась "учиться у врагов". Кое-что она подсмотрела у новогискарцев, кое-что у армии лорда Уизли, итийцев, а кое-что посоветовал и Корлис.

Лагерь окружён ямами и кольями, а также изобретением Рональда Уизли — "чесноком". Металлический в нужных количествах произвести не удалось, поэтому усыпали землю вокруг лагеря деревянным "чесноком". Среди воинов-лхазарян преобладают лучники, арбалетчики и копейщики. В лагерь попасть сложно, он оборудован стационарными щитами, которые лхазаряне притащили в степь на своих спинах. Воины пусть и отчаянно трусят, но Дейнерис они боятся больше, чем дотракийцев. Убежать им не удастся, так как вокруг лагеря смерть. Уверенности в отваге лхазарян у Дейнерис нет, более того, у неё есть некая "антиуверенность" в их отваге. "Приходится работать с тем, что есть". — философски изрёк однажды Корлис, который отчаянно скучал по войскам Старой Валирии.

Но были и положительные моменты. У Дейнерис драконы, у неё некоторое количество бочек с нефтью, которые она скинет на дотракийцев, у неё тактика и стратегия, у неё ум. А у дотракийцев только голая и тупая сила.

— Госпожа, дотракийцы выдвинулись! — упал на землю начальник караульной службы, выполняющий ещё и обязанности главного по разведке.

— Все по местам! — приказала Дейнерис.

Войска оперативно рассредоточились по оборонительным позициям, тщательно вырытым и оборудованным.

— Сегодня дотракийцы найдут на землях Лхазара смерть! Впервые! От наших рук! От моего пламени! От ваших ударов! От ярости угнетённого Лхазара! — произнесла Дейнерис короткую вдохновляющую речь и села на Рейгаля, который взметнулся в небо.

Восторг от полёта уже не кружил голову, но вызывал легкое чувство эйфории. Это навсегда, как сказал Корлис.

Дейнерис собрала некоторый неполный портрет Корлиса. Он валириец, древний. Явно участвовал в войнах против Гискарской империи, так как очень и очень хорошо осведомлён об организации гискарских легионов и мерах борьбы с ними. Он драконий всадник, он из какого-то чрезвычайно сильного дома, так как властью от него просто пахнет. Это проявляется в одежде, которую он носит, в манерах, в речи. Он очень умен, умеет быть вежливым, терпелив и предельно внимателен к деталям. Например, он обнаружил среди прислуги миэринского лазутчика, который выдал себя легкой тенью иностранного акцента. Он маг — несколько раз демонстрировал морочные заклинания, которые сейчас лишь иллюзия в её голове. Вот и выходит, что Корлис — один из правителей Валирии, который неоднократно избирался архонтом, умеет править, а также очень хорошо воевать.

Но одна вещь выбивалась из образа прирождённого правителя и воителя. Его чувство справедливости и постоянный упор на "разрушение колеса"… Его мечта — построить общество социальной справедливости, где сильный не бьёт слабого, богатый не помыкает бедным, где нет голода, где благоденствие и порядок. Это именно его идеи легли на благодатную почву тогда ещё слегка наивной Девочки-на-Троне, которая была "за всё хорошее и против всего плохого". А потом всё пошло наперекосяк.

Сейчас он не прячется от неё на задворках разума, не пытается действовать тайно. У них есть договор, который регулирует их взаимоотношения — "Внутренний пакт", чётко разграничивающий сферу деятельности обоих сторон, что увеличило эффективность совместных действий на недостижимую ранее высоту.

Внизу, на земле, разворачивалось сражение, которое должно было по всем канонам местных сражений, закончиться драматически для лхазарян. Но сегодня другой день, особенный.

— Дракарис… — больше для себя прошептала Дейнерис.

Рейгаль выпустил струю пламени, которая диагонально перечеркнула лавину дотракийцев.

По брюху дракона застучали стрелы. Пусть стучат. Рейгаль вырос и отъелся достаточно, чтобы иметь толстую шкуру, неуязвимую для стрел, да и бронзовая броня, повешенная на брюхо специально на такой случай, минимизирует шансы на случайное повреждение.

Пламя превратило в пепел сотни дотракийцев, вместе с лошадьми. Дейнерис бросила взгляд на лагерь. Лхазаряне стоят, дотракийцы наступают. Вроде ничего необычного, кроме летающего над всем этим дракона, нет, но чудеса начнутся через несколько мгновений.

Началось. Кони падают, люди с ними. Даже деревянный "чеснок" весьма эффективен. Почему никто не додумался до этого раньше?

Очередная порция пламени сжигает очередные сотни дотракийцев. Заход на второй круг. У дотракийцев нет осадных орудий, поэтому опасаться нечего. На спине Рейгаля Дейнерис распорядилась установить стеклянный козырёк, защищающий от ветра, из-за чего стал возможным полёт на высоких скоростях. Дейнерис и не подозревала, насколько быстрым может быть дракон.