Рорк – искатель приключений

Москва

Выбор развлечений, позволявших скрасить унылое дождливое воскресенье, был невелик, и одно из них – возможность провести время в постели с роскошной женщиной. Увы, получалось, что сегодня Рорк О'Мэлли лишен и такого удовольствия.

Я не сумел этого добиться, пожаловался он самому себе, повалившись на кровать и подкладывая себе под голову одну из пуховых подушек.

– Ты же никогда не работаешь по воскресеньям. Черт возьми, ты не уходила на студию раньше полудня…

Кроме всего прочего, Наташа, должно быть, устала. Большую часть ночи они провели в казино «Royale», самом элегантном московском казино, размещенном во дворце, в котором некогда останавливались члены царской семьи, выезжая на скачки. В отличие от суровых времен коммунистического правления в наши дни ночная жизнь Москвы может соперничать с развлечениями Нью-Йорка или Парижа; многочисленные ночные клубы начинают принимать гостей около полуночи и не закрываются до восхода солнца. Поэтому Рорк вместе со своей подругой только три часа назад возвратился из казино в гостиницу, и поспать за это время им удалось очень немного.

– Я уже говорила тебе: звонила Анна и сообщила, что заболела гриппом! – прокричала из смежной ванной комнаты Наташа Андропова.

– Черт побери, она, вероятнее всего, просто приятно проводит время в постели с одним из операторов телестудии. – Рорк разочарованно нахмурился при виде Наташи, которая появилась в дверях ванной, облаченная в кружевное французское нижнее белье, придающее ей еще больше пикантности и соблазнительности; от нее исходило благоухание дорогого ароматизированного мыла, составляющего часть фирменного сервиса московского пятизвездочного отеля «Балчуг Кемпински».

– Некоторым женщинам доступно понимание приоритетов, – пошутила Наташа, продемонстрировав все зубы в очаровательной улыбке наподобие тех, которые каждый вечер сияют на лицах ведущих московского телевидения, выступающих в программах международных новостей, и съехидничала: – А некоторым женщинам нравится исполнять роль палочки-выручалочки на выходные дни.

Будучи сам весьма честолюбивым, Рорк не мог не признать, что Наташа, без сомнения, самая целеустремленная женщина из всех, которых он когда-либо знал. В конце концов именно это качество привлекало его в ней прежде всего.

– Почему бы тебе не вернуться сюда после передачи? – предложил он. – Мы могли бы прекрасно скоротать вечер вместе.

– Звучит соблазнительно. – Она сняла с плечиков в шкафу шелковую блузку и свой новый костюм от Армани. – Однако, к великому сожалению, у меня другие планы.

О мой Бог! Он прищурил глаза. В тоне ее речи появилось нечто новое, и Рорк заподозрил, что она кое-что скрывает.

– Полагаю, если бы ты настроилась провести время со своим старинным дружком, то призналась бы мне в этом. Особенно учитывая, что мы намерены продолжать сотрудничество над сюжетом и все такое прочее.

Прежний Наташин возлюбленный был известным авторитетом в кругах русской мафии. Они вроде бы вместе росли в каком-то маленьком городке под Минском, и, хотя сама она, казалось, не задумывается над тем, что интимная связь между красой и гордостью телевещания и представителем преступного мира не только компрометирует ее, но и откровенно скандальна, всякий раз, когда Рорк вспоминал об этом – что случалось все чаще и чаще, учитывая его собственный интерес к постоянным разборкам и вооруженным стычкам мафиозных группировок, – его коробило от Наташиного циничного представления о нравственности.

Приходилось напоминать себе, что в отличие от Америки в России никогда не было пуританства с его жестким влиянием на всю общественную жизнь и мораль, а если бы пуритане здесь сегодня объявились, то, несомненно, Наташа сбежала бы подальше от Москвы. Учитывая все препятствия, которые ей пришлось преодолеть в жизни, чтобы добиться нынешнего положения, он не имел никакого права осуждать ее поведение, тем более что его отношения с самой сексапильной телеведущей России строились на деловой основе. С примесью небольшой дозы пылкого, но ни к чему не обязывающего секса.

– Конечно, если бы я встречалась с Дмитрием, то не таилась бы от тебя.

Вряд ли стоило верить ее словам: опыт научил Рорка не доверять Наташе, что не мешало его влечению к ней. Вот и сейчас, как только она уселась в обитое парчовой тканью кресло и начала натягивать чулки, он почувствовал прилив безудержного желания.

Круто меняя тему разговора, он заявил:

– Очень плохо, что во время передачи они усаживают тебя за стол. Если бы ты сидела на высоком табурете, то телезрители получили бы возможность любоваться твоими ножками, и твой рейтинг подскочил бы до потолка.

Она рассмеялась:

– Благодарю, но баллов моего рейтинга хватило, чтобы получить предложение от телекомпании Си-Эн-Эн.

– В самом деле? – Для него это было новостью. – Так когда же это произошло?

– После того, как я выпустила в эфир свой сюжет про оперативников ЦРУ, работавших в штате редакции «Москоу таймс».

Для Рорка это был больной вопрос. Картинно скрестив руки на обнаженной груди, он заметил:

– Насколько мне помнится, первоначально сюжет принадлежал мне.

Ее улыбка продолжала оставаться профессионально приветливой, но взгляд сразу стал холодным.

– Ты все равно его бы не использовал.

Возможно, она была права.

– Мне пришлось уехать, чтобы проверить сведения из моих источников.

Наташа вздохнула, гибким движением поднялась с кресла и скользящей кошачьей походкой, которая прошлой ночью в казино приковывала к ней взгляды мужчин, приблизилась к кровати.

– Пожалуйста, милый мой, – она погрузила свои изящные длинные пальцы с маникюром в его темные волосы, – давай не будем пережевывать старую историю. В конце концов, я ведь уже извинилась за это небольшое недоразумение. – Ее губы легко коснулись его лица.