Чтение онлайн

– Я боялась, вам не понравится, - блеснула улыбкой Демельза.
– Ей-богу.

– Остроумный ответ, мэм, - заметил Тренеглос. Он начинал понимать, почему Росс рискнул навлечь на себя гнев общества, женившись на служанке.

– У вас есть еще?

– Песни или ответы, сэр?
– улыбнулась Демельза.

– Я прежде не слышала этот отрывок, - молвила Элизабет.
– Он меня очаровал.

– Песни, милaя, - сказал Тренеглос, поднявшись на ноги.
– Я знаю, что ответов вам не занимать.

– Джон, - сказала его жена.
– Нам пора.

– Но мне здесь хорошо. Спасибо, Верити. Отлично выдержанный портвейн, Фрэнсис. Где ты его раздобыл?

– У Тренкромов. Хотя последняя партия качеством похуже. Придется обменять.

– На днях я прикупил неплохой портвейн, - вставил Джордж.
– К несчастью, уже обложенный налогом, и он обошелся мне почти в три гинеи за тринадцать кварт.

Фрэнсис насмешливо выгнул бровь. Джордж был хорошим другом и нетребовательным кредитором, но не мог удержаться, чтобы не упомянуть в разговоре стоимость своих покупок. Это был почти единственный признак, напоминавший о его происхождении.

– Как вы справляетесь со слугами, Элизабет?
– певуче протянула Рут.
– Мне приходится с ними несладко. Матушка сегодня утром заметила, что их желаниям нет предела. Нынешняя молодежь, говорит она, только и думает, как возвыситься над своим положением.

– Еще одну песню, Демельза, пожалуйста, - прервала их Верити.
– Как называлась та, которую ты не хотела сыграть, когда я у тебя оставалась? Помнишь, рыбацкая песня.

– Мне они все нравятся, - оживился Джон.
– Дьявол, я и не подозревал, что мы в столь одаренном обществе.

Демельза осушила наполненный бокал. Её пальцы пробежались по струнам арфы, издав изумительный звук.

– У меня еще одна есть, - мягко произнесла она. Мгновение она смотрела из-под опущенных век сначала на Росса, а затем на Тренеглоса. От выпитого вина глаза её светились.

Она запела тихим, но ясным голосом.

Я подозревал, она мила,

Подозревал, женой чужой была.

Меня отец предупреждал,

Закон чтоб я не нарушал

Я видел, что она дерзка,

Что любовь тут не близка

Милейшая шалунья

Каких прежде не видывал я

Без тайных порывов души

Воззвал я к пламени свечи

В любви, как на войне, все средства хороши

Но благие порывы меня подвели

Слова отцовские впустую прошли

Милейшая шалунья

Каких прежде не видывал я

Здесь она остановилась и на мгновение открыла глаза, бросив взгляд на Джона Тренеглоса, прежде чем пропеть последний куплет.

Гнездышко уютное согрело нас вокруг

И дома не застал вернувшийся супруг

А юность наша была так сладка

И юность эта так коротка

Спешит кукушка теперь домой

Блужданья эти утомляют порой

Милейшая шалунья

Каких прежде не видывал я

Джон Тренеглос восторженно заревел и хлопнул себя по ляжкам. Демельза подлила себе портвейна.

– Браво!
– воскликнул Джордж.
– Мне нравится эта песня. Звучит легко и приятно. Прекрасное исполнение!

Рут поднялась со своего места.

– Пойдем, Джон. Уже рассветет, пока мы до дома доберемся.

– Вздор, дорогая, - Джон потянул за цепочку брегета, но часы не желали выползать из его глубокого кармана.
– Кто-нибудь знает, который час? Сейчас не должно быть и десяти.

– Вам не понравилась моя песня, мэм?
– спросила Демельза у Рут.

Губы Рут слегка разжались.

– Отнюдь. Я нашла её весьма поучительной.

– Половина десятого, - сообщил Уорлегган.

– В самом деле, мэм?
– спросила Демельза.
– Я удивлена, что вас нужно просвещать в подобных делах.

Кончик носа Рут побелел. Сомнительно, что Демельза поняла всю подоплеку своего замечания. Но после пяти больших бокалов портвейна она не была расположена взвешивать все достоинства и недостатки своей остроты, прежде чем ее произнести. Демельза почувствовала, что сзади подошел Росс и коснулся рукой ее плеча.

– Я совсем не то имела в виду, - с невидящим взглядом ответила Рут.
– Позвольте мне поздравить вас, Росс, со столь искушенной в искусстве развлечения женой.

– Вообще-то неискушенной, - ответил Росс, сжав руку Демельзы, - но она быстро учится.

– Выбор преподавателя многое значит, не так ли?

– Да, - согласилась Демельза.
– Росс столь добр, что способен даже хмурую глупышку превратить в блестящую красавицу.

Рут потрепала её по плечу. Она наконец получила желанный удобный случай.

– Не думаю, что вы можете судить об этом лучше остальных, моя дорогая.

Демельза посмотрела на нее и кивнула.

– Нет. Пожалуй, мне стоило сказать - всех, кроме самых хмурых.

Прежде чем обмен колкостями принял серьезный оборот, вмешалась Верити. Гости постепенно расходились. Даже Джон наконец оторвался от стула. Все медленно вышли в прихожую.

На фоне смеха и прощальных разговоров все надели плащи, а Рут сменила свои изящные туфельки на туфли с пряжкой для верховой езды. Её сшитый по последней моде плащ вызывал восхищение. Однако прошло еще добрых полчаса, прежде чем закончился обмен душевными прощаниями и новогодними пожеланиями, и ни одна шутка не осталась без ответа. Наконец, под стук и цокот копыт гости выехали на дорогу, а большая дверь захлопнулась. Полдарки вновь остались одни.