Чтение онлайн

Он уселся в кресло тетушки Виолетты, откинулся на спинку и закурил сигару.

– Прошу прощения, мистер Фиблинг, – сказала Инес, – но я обычно не разрешаю курить здесь.

– Не беспокойтесь, я дождусь мою любовь на крыльце, там и покурю. 

Зейнаб пришла позже, чем обычно. Причина была в Кармел, которая капризничала и не хотела идти в школу, а Брин решил морально ее поддержать и завалился на пол в истерике. Но этого она, конечно, не могла объяснить Инес.

– Отец вчера избил мать, и мне пришлось о ней позаботиться.

– Сочувствую, – Инес захотелось сказать, чтобы она оправдывалась, когда приходит на работу вовремя, а не когда опаздывает, потому что опаздывает она почти ежедневно. Однако не говорить же ей такое на фоне их семейного скандала.

– Как мама себя чувствует?

– Вся в синяках. Сказала, что позвонит в полицию, но это только разговоры, она никогда не звонит.

В магазин вошел Мортон Фиблинг с погашенной сигарой.

– Сегодня моя любовь, моя драгоценная выглядит еще прекраснее, чем обычно. Ведь пришло время птичьих песен, а на нашей земле уже кричат черепахи!

– Черепахи не умеют кричать, – сказала Зейнаб, потом смягчилась. – Мы ведь сегодня ужинаем в «Ле Гаврош», так?

– Все так звездочка моя. Я хочу, чтобы ты познакомилась с моим другом Орвилем. Он заглянет только на пять минут, чтобы познакомиться. Он умирает от желания тебя увидеть. Сейчас он переживает второй развод, и очень страдает.

– Это тот, которому принадлежат все эти отели, да?

Будь Фиблинг понаблюдательнее, он заметил бы, как глаза Зейнаб загорелись сильнее обычного, но он видел лишь ее длинные черные волосы, полуоткрытые губы и белый пушистый свитер.

– Он самый. У него есть один пятизвездочный на Бермудах, там специализируются на проведении свадеб. Я считаю, что мы могли бы подумать о…

– Почему бы и нет, – радостно сказала Зейнаб, принимая бархатную коробочку из рук Фиблинга.

По субботам, когда не надо идти на работу, Уилл любил поваляться в кровати. Предстоящий вечер его не пугал и особого волнения не вызвал, единственное, о чем он беспокоился, – как вести себя должным образом. Давно, в детском доме, он видел фильм о молодом человеке, который на свидании подарил девушке цветы. Уилл иногда приносил цветы Бекки и видел однажды, как она выбирает букет нарциссов для знакомого. Возможно, Уилл купит букетик для Ким.

Он встал и приготовил себе завтрак из таких, которые делают дети, – кукурузные хлопья и черный хлеб с джемом. Несколько кусочков. Когда Бекки спросила, что он хочет получить в подарок на рождество, он ответил – тостер. Но она почему-то не подарила ему это. Она ведь дарила ему электрический чайник и даже микроволновку. На газовую конфорку он не рассчитывал – слишком дорого. После завтрака Уилл вымыл тарелки и кружку, из которой пил молоко. Затем навел порядок в квартире, вытер пыль и пропылесосил. Помыл раковину и слив в ванной, решив оставить душ на потом, а сначала побриться. Однажды, когда они с Бекки ходили по магазинам, ему захотелось купить себе бритвенный станок, но Бекки почему-то эта идея не понравилась, и она купила ему электрическую бритву. Он брился не каждый день, ведь он был блондином, но перед свиданием с Ким побриться надо.

День намечался замечательный. Уже сейчас он был замечательный – голубое небо с мелкими белоснежными облачками. Много солнца и первые цветы просто повсюду – даже на Эджвер-роуд. Весна пришла.

А скоро весна станет еще красивее. Проходя по Черч-стрит к Лиссон-гроув и по Лиссон-гроув к Гроув-энд, он рассматривал нарциссы в садах больших домов, хотя названия этих белых цветов с оранжевыми сердцевинками он не знал. А другие, с красными бутонами, знал – это тюльпаны. В воздухе стоял запах гиацинтов, а у многоэтажки, там, где Гроув-энд уходила в противоположную сторону от Эбби-роуд, цвело розовое дерево.

На Хай-стрит Сент-Джонс-Вуд, он вошел в цветочный магазин и купил для Ким букетик фиалок, выбрав их потому, что они хорошо пахли. Она сможет взять его с собой в кинозал и нюхать, пока идет фильм. Уилл купил также пиццу на обед и стаканчик шоколадного мороженого и попросил продавца завернуть его в несколько газет, чтобы не растаяло, пока он дойдет до дома.

Холодильник у него был небольшой, не намного больше микроволновки, но в него помещался пакет молока, пачка масла, кусок мяса или курицы. Уилл неплохо умел считать по граммам и миллилитрам, но ему плохо давались фунты и унции. Бекки же не разбиралась в граммах, и Уилл обожал подсказывать ей в магазинах, он очень гордился этим. Он понимал, что уступает многим людям в уме и что никогда не станет умнее. Ему доставляли огромное удовольствие моменты, когда он мог делать что-то, что не могли другие, например, знать, что четырнадцать градусов выше нуля – это тепло для марта, или помнить, как выглядят пять сантиметров, или знать, как собирать некоторые вещи. Бекки однажды заказала по почте тумбочку, которая пришла в виде досок в коробке, и она не знала, что с ними делать. А Уилл знал. Он внимательно изучил инструкцию по сборке, и через час отдельные части сложились в прелестную тумбочку с ящиками и дверцей, которая открывалась и закрывалась. Одной важной чертой Уилл уж точно отличался от умелого десятилетнего ребенка: он не хвастался своими достижениями, как любят хвастаться дети. Он, возможно, мог упомянуть о своем успехе один раз, но не чаще.

Уилл пообедал и принял душ, все за собой убрал и тихонько сел, ничего не делая, думая о предстоящем вечере.

Ким окликнула его из фургончика брата, который взяла на вечер. Фильм «Сокровище с Шестой авеню» шел в Уорнер-Виллидж, расположенной на Финчли-роуд. Там была стоянка, куда Ким припарковала машину так, чтобы ее не задели и не зажали. Нарядный Уилл, в белой рубашке, голубом галстуке и кожаном пиджаке, преподнес ей букет фиалок, и она выглядела по-настоящему довольной. Даже сказала, что еще ни один парень не дарил ей цветов. На ней была фиалковая майка и белый пиджак, и когда она приколола к отвороту букетик, Уилл подумал, что цветы ей идут.

В кинотеатре он купил огромный стакан кока-колы и два еще более огромных пакета попкорна. Он не мог вспомнить, ел ли когда-нибудь раньше попкорн, но очень рад был попробовать. Уилл никогда не отличался красноречием, и в этот раз в основном говорила Ким, а он сосредоточенно слушал. Она рассказывала о семье, о матери, отце, брате Кейте, брате Уэйне, погоде и еще о том, каково быть парикмахером и добираться на работу общественным транспортом. Она спросила, куда он собирается летом. Будь Уилл утонченнее и опытнее или хотя бы сообразительнее, он бы понял, что последний вопрос – главный из всех, что парикмахеры задают своим клиентам. Но его обычно стригла Бекки, и поэтому он ответил со всей прямотой: он поедет туда, куда решит поехать его тетушка. И добавил с грустным видом, что его мама умерла, но он любит весну, потому что весной появляются цветы. Узнав о его матери, она посочувствовала ему и сказала, что не представляет ничего хуже смерти матери, но, возможно, ее место заняла тетушка? Уилл подтвердил, что так и есть, и они стали пить колу и есть попкорн. Быстро прошли рекламные ролики и начался фильм.

Ким заранее сообщила, что любит Рассела Кроу и Сандру Буллок и Уилл, увидев актеров на экране, обрадовался, что узнал их. Сюжет оказался не очень сложным. Главными героями были грабитель и его девчонка, а также их закадычный друг, об актере, игравшем его, Ким ничего не знала. На этот раз вместо ограбления банка троица планировала разжиться ювелирными украшениями. Британским зрителям было непонятно, где именно разворачивалось действие. Возможно, в Нью-Йорке, а возможно, и в любом другом большом городе Штатов. На экране виднелись небоскребы, мелькали витрины модных магазинов и жилые улицы, лучами расходящиеся от центра.