Чтение онлайн

Джереми и забыл об этом празднике, который будет уже в ближайший понедельник Он ничего не планировал на этот день, но когда Инес спросила, вспомнил, что давно не навещал мать. Из всего населения Соединенного Королевства, да и целого мира, Александр Гиббонс любил одного-единственного человека – Дороти Маргарет Гиббонс. Он уже несколько недель не видел ее и с удивлением обнаружил, что не был в Окстоне с марта.

– Я навещу мать, – сказал он.

– Ах да, она ведь живет где-то в Мидлендс?

– В Маркет Харборо, – сказал Джереми, частично солгав. Его мать жила в пригороде Ноттингемшира, но пусть Инес считает, что мать Джереми Квика живет в другом месте. Все равно она не узнает правду. – А вы?

– Я обычно езжу в гости к сестре и ее мужу. Они живут в Хайгейте.

Поговорив о том, где, скорее всего, будут отдыхать Зейнаб, Уилл с его тетей, Людмила Гоголь, Фредди Перфект, Мортон Фиблинг, Роули Вудхауз и мистер Хори, они замолчали, потому что говорить стало не о чем. Джереми допил чай, поблагодарил Инес и отправился к метро, где сел на кольцевую линию, чтобы доехать до Кенсингтон-Хай-стрит.

Подозрения Джереми насчет того, что Инес изменила свое отношение к нему, имели под собой основание. Она, конечно, не догадывалась, кто он на самом деле, но была уверена, что он обманывал ее относительно Белинды и ее матери. Инес решила, что он фантазер не меньший, чем Зейнаб, и даже похлеще Людмилы. В самом начале их знакомства она действительно допускала возможность романтических отношений с ним. Она решила тогда, да и сейчас продолжала думать, что он выделяет ее среди остальных. Как-то раз он даже заинтересовался ее необычным именем. Возможно, она переоценила его знаки внимания. Она, выражаясь старомодно, посчитала его человеком достойным во всех отношениях, и вскоре поняла, что ошиблась.

Но об этом нечего сожалеть, и обвинять никого не стоит. Она отнесла чашки на кухню, вымыла их, и вынесла стенд с книгами на улицу. Вчера купили около четырех – рекорд? Она очень надеялась, что сегодня не нагрянет полиция. Она уже так устала от них: от наглости Зулуеты и грубых манер Криппена.

Но никто не пришел, даже Зейнаб. Инес заметила на улице Фредди, гуляющего в компании своего друга Анкара, парня лет пятнадцати или шестнадцати. Она не сомневалась в том, что их дружба совершенно невинна – просто Фредди играет роль папаши. Интересно, как они познакомились и что их привлекло друг к другу. Они оба относились к той категории, которую довольно нелепо называют «этническим меньшинством». Но ведь не все азиаты так дружны, как Фредди с Анваром. То, что связывает людей друг с другом, всегда остается загадкой.

Шел уже одиннадцатый час, а Зейнаб все не появлялась. Инес набрала номер ее мобильного. Телефон оказался отключен. Она еще подождала. Потом вспомнила об адресе, который Зейнаб дала полиции, и поискала номер телефона ее родителей в адресной книге. Трубку взяла женщина. Инес предположила, что это ее мать, и поинтересовалась, где Зейнаб.

– Она все еще в кровати, – с набитым ртом ответила Рим Шариф. Она как раз ела шоколадное яйцо, оставшееся с Пасхи. – Говорят, вирус какой-то.

– То есть она больна и не придет на работу?

– Угадали. Я собираюсь поехать к ней позже. Все?

– Передайте ей, пожалуйста, чтобы перезвонила Инес.

– Ладно. Пока.

Что значит «собираюсь поехать к ней попозже?». Куда? Неужели Зейнаб успела переехать к Роули Вудхаузу или Мортону Фиблингу? Инес уже подумывала позвонить Мортону, если удастся найти его телефон в справочнике, но тут он явился собственной персоной, на своем зеленом «пежо». Сегодня Мортон надел белый костюм и черную рубашку, оставив расстегнутыми две пуговицы на груди. Шея у него была дряблая и похожа на куриную.

– Где же та, которую любит душа моя?

– Я бы сама хотела это знать. Кажется, она в кровати, с каким-то вирусом. – Инес сказала это так, словно у Зейнаб какая-то неприличная болезнь.

Обычно Инес не позволяла себе грубость, но ее настроение с самого утра было ужасным. Тем не менее она сдержалась и не стала советовать Мортону позвонить миссис Шариф.

– Не сомневаюсь, что она свяжется с вами, – печально сказал он и добавил: – А я собирался отвезти ее в Найтсбридж, на примерку свадебного платья.

«Все это в рабочее время. В мое время», – раздраженно подумала Инес.

– Боюсь, что ваш поход придется отложить. – Но Мортон выглядел таким несчастным, что Инес стало жаль его. – Я уверена, что с ней ничего серьезного.

– Вы очень добры, – сказал Мортон и добавил, впервые за все время: – Не буду вас задерживать.

Как только ядовито-зеленая машина отъехала, на улице показался Уилл Коббетт. Он нес в руках что-то, похожее на лопату, завернутую в два пакета. Инес услышала, как он поднимается по лестнице. Это не может быть лопатой, зачем она ему? Уж точно не для того, чтобы вскапывать эту пародию на палисадник перед ее домом, где не земля, а каменная глина. Может, у Бекки есть сад… Стоило Инес подумать, что она сидит в пустом магазине без дела, зашел покупатель. Он ничего не купил, зато следующий попросил отложить старые дедушкины часы и сказал, что вернется за ними через час, на машине.

Фредди явился уже без Анвара Гоша. Как обычно, не поздоровавшись, он пустился в описание своего утра. Начал с того, как он увидел в комнате солнечные лучи, напомнившие ему счастливое время, проведенное в Барбадосе, и закончил рассказом о том, как они с Анваром пили фруктовый коктейль в кафе.

Затем, заметив табличку «продано» на часах, он открыл дверцу, изучил устройство и спросил:

– А где наша вечно цветущая Зейнаб?

– Пожалуйста, не трогай маятник, Фредди. Она заболела. Какой-то вирус.

– О, бедняжка. Не одиноко теперь одной в магазине?

Инес поняла, что сейчас начнется, но была не в силах остановить его.

– У меня предложение. Что, если я займу ее место? – Он наверняка заметил испуганный взгляд Инес, но неправильно его истолковал. – Не надо беспокоиться. Мне можно не платить. – Фредди оглянулся, словно ожидая увидеть шпионов из Министерства социального обеспечения, лежащих на тротуаре и подслушивающих под дверью. – Только между нами: мне нельзя получать зарплату. Иначе потеряю пособие. – И добавил с надеждой: – Если только мы не придумаем способ их обмануть.