Чтение онлайн

Илья напрягся:

– Помощи? Какого рода?

– Дабы выяснить поскорее судьбу вашего брата, мне нужно как можно больше сведений о нём. Расскажите, что делал Василий Иванович перед таинственным своим исчезновением, как вёл себя… Ещё очень хотелось бы выслушать ваше предположение, кто мог сообщить журналисту Терехову о бриллианте.

Глызин-младший заволновался ещё сильнее, и сей факт тоже не ускользнул от внимания поручика: «И этот что-то знает… Но скажет ли?»

– Уверяю вас, сударь, в последние дни в нашей конторе ровным счётом ничего не происходило… То есть… я хотел сказать, всё было как всегда… А касаемо бриллианта я и сам в недоумении, кто мог про него рассказать… Может, прислуга?

Полянский кивнул:

– Не исключено. Тогда, простите за прямолинейность, ещё один вопрос: была ли у вашего брата любовница?

– Думаю, да… Сужу, правда, лишь по тому, что он стал реже посещать контору. В последнее время мне приходится одному заниматься всеми делами, – непритворно вздохнул Илья Иванович.

– Так, так… И вы никогда не видели его пассию?

– Ни разу. Однако мне кажется, что она – из обедневших дворян…

– Интересное умозаключение… И почему же вы так решили?

– Сам не знаю… Просто брат очень сильно изменился после знакомства с нею… Стал как-то пренебрежительно относиться к окружающим…

– А как считаете, Илья Иванович, мог ваш брат бросить семью и уехать с этой женщиной, скажем, за границу? – спросил Полянский.

– Исключено. Василий никогда бы не бросил торговое дело. Он очень им дорожил.

– Так, так… Можете ещё что-нибудь добавить?

– Нет, пожалуй… Я рассказал вам всё.

– Что ж, тогда позвольте откланяться.

«Интересная семейка… – размышлял Полянский по дороге на Пречистенку. – Пропал почтенный отец семейства, успешный купец… Близкие же родственники явно темнят, не договаривают чего-то…»

Казённый экипаж остановился около дома купца Глызина. Алексей Фёдорович вышел из экипажа и осмотрелся. К владениям Глызиных примыкали дома известных и благородных московских фамилий.

«Да-а, хорошо нынче купцы живут, коли селятся среди аристократов! Видать, доход от торговли имеют немалый…»

Анастасия Николаевна к визиту поручика отнеслась спокойно:

– Я ждала вас, сударь. И готова ответить на все ваши вопросы.

– С вашего позволения, Анастасия Николаевна, я хотел бы осмотреть кабинет вашего мужа и опросить прислугу.

Женщина смахнула со щеки набежавшую слезинку:

– Да, да, разумеется. Я пришлю дворецкого, горничную и гувернантку.

– Благодарю. А другая прислуга в доме есть?

Госпожа Глызина подивилась настырности жандарма.

– Есть, конечно… Две кухарки, кучер, прачка, истопник, садовник…

– О, сударыня, у вас довольно приличный список прислуги! Вероятно, ведение домашнего хозяйства требует немалых сил?

Женщина тяжко вздохнула:

– Да, да, вы совершенно правы… Однако идёмте, я провожу вас в кабинет мужа.

Полянский пристрастно осмотрел письменный стол купца Глызина, но, увы, не обнаружил ничего подозрительного.

– А где ваш муж хранил бриллиант? – поинтересовался он у хозяйки.

Та подошла к стене и сдвинула картину в сторону:

– Вот здесь. Но я не знаю шифра.

– Не суть важно…

Полянский внимательно обследовал сейф: следов взлома заметно не было.

– Как думаете, бриллиант по-прежнему здесь, в сейфе? – спросил он хозяйку.

Анастасия Николаевна пожала плечами:

– Понятия не имею. Увы, в последнее время муж редко посвящал меня в свои планы… Хотя… кажется, он отвёз камень в банк Петровского.

– Петровского? – машинально переспросил поручик.

– Да. Перед тем, как пропасть, Василий Иванович посещал этот банк вместе с дворецким.

– Так, так… – Полянский расположился за письменным столом. – Начнём, пожалуй, с дворецкого.

Макар, дворецкий Глызиных, робко вошёл в хозяйский кабинет. Полянский по привычке, появившейся у него отчего-то именно во время службы в жандармерии, многозначительно протянул:

– Так, та-а-ак… Ну, присаживайся, голубчик.

У дворецкого сердце упало в пятки: невольно он ощутил на руках и ногах холод кандалов.

– Расскажи-ка мне, любезный, что интересного происходило в последнее время в семействе твоих хозяев?

Макар сжался от страха, однако промолчать не посмел:

– Вы, сударь, небось, хотите знать про барина нашего, Василия Ивановича?

– Верно, верно. Хочу разобраться, отчего он пропал, – подтвердил Полянский.

– Так вот, господин жандарм, что я вам скажу… – Макар осёкся и с опаской оглянулся на дверь.

– Не бойся, говори. И называй меня лучше Алексеем Фёдоровичем или господином следователем.

– Хорошо, господин следователь, – кивнул дворецкий. – Соображения у меня, господин следователь, некоторые имеются…

– Так, так… И какие же? – подался вперёд Полянский.

– Не так давно приезжал Илья Иванович, младший брат нашего барина. Так вот промеж них ссора вышла. Вроде как из-за бриллианта энтого… Василий Иванович не хотел им с братом делиться…

«Вот она – ниточка!» – решил про себя поручик, а вслух сказал:

– Делиться, говоришь?.. А разве не сам Глызин-старший привёз сей камушек из Франции, как в газете пишут?

– Да то мне неведомо, господин следователь. Знаю только, что барин с барыней повздорили с неделю назад, вот она в него шкатулочкой и пульнула… Шкатулочка та пополам раскололася, а камушек драгоценный из неё случайно и выпал. Вот как всё было. А сама-то шкатулочка вроде как барину нашему досталася на войне во Франции как трофей.