Роза. Истории Дормера

Что значит имя?

Роза пахнет розой,

Хоть розой назови её,

хоть нет.

Вильям Шекспир

"Ромео и Джульетта".

"Ваша жизнь кончена? Вам плохо? Невыносимо? Откройте своё сердце! Признайтесь откровенно в том, что вас беспокоит!

Прожитые годы, которые не способен спрятать никакой самый дорогой крем и лучший макияж? Лишние килограммы? Или любовь, которая заплутала где-то?

Не стоит отчаиваться! Потомственная колдунья способна решить любую проблему!

Доверьте судьбу профессионалам! Мы не подведём!".

Роза глаз не могла отвести от толстенькой старушки и пушистого чёрного кота, улыбающихся с буклета, рекламирующего сомнительные магические услуги. В ужасе прикрыла глаза.

До чего она докатилась!

Вцепилась обеими руками в сумку Гермес, поджала пальцы в дорогих лодочках от Маноло Бланик и сделала вид, что происходящее её ничуть не волнует.

***

Наверное, каждая из нас однажды чувствовала себя неудачницей. Некрасивой, неумной, никому не нужной и ни на что не годной. Выброшенной на обочину жизни. Или забытой где-то на полке, в кладовке, на антресолях. Да, где угодно! Там, куда разумные, хозяйственные люди пихают не нужные, но вполне себе полезные вещи.

Они достают их оттуда иногда. По нужде. В связи с полезностью. И возвращают назад, до следующего раза. Который, кстати, может наступить через пол года или год, или через два, или вообще когда-нибудь...

– Вряд-ли можно чувствовать себя большей неудачницей, чем я!- думала Роза Михайловна Видаль, в девичестве Торопова.

С опаской оглядывалась вокруг, но привычно держала "лицо" успешной, деловой, состоявшейся женщины. Чего не отнять у неё, это признавали даже завистники: "У Розочки имеются колючки и она никогда не теряет присутствия духа".

– Трудно чувствовать себя большей неудачницей, чем я!- снова и снова думала Роза Михайловна.

Голова под очень дорогим, из неокрашенных натуральных славянских волос париком, создающим "полную, идеальную картину здоровых, родных волос" нещадно чесалась. Хоть продавец-консультант в салоне уверяла её, что вещь "полностью натуральная, гипоаллергенная и обработанная от всех возможных паразитов и микроорганизмов".

Девушка, видимо, хотела блеснуть эрудицией, а у Розы теперь, при воспоминании о "микроорганизмах" не просто почесуха начиналась, а дикий, нестерпимый зуд и паника. Хотелось стащить с себя жуткую "вещь" и забросить куда-нибудь подальше. Совсем подальше. Чтобы никто никогда не нашёл.

Только одно удерживало её - чувство собственного достоинства. Сверкать плешивой головой... Что может быть ужаснее для женщины? Даже если тебе сорок лет и ты похожа на "белую ворону, умирающую от чахотки".

Это, если что, слова свекрови. И белые вороны не бывают чисто белыми. Скорее уж серыми. Такого же "мышиного" цвета, какими были русые волосы Розы. Когда они ещё были... До того момента, пока не выпали почти все от непонятной хвори.

Началось это четыре года назад...

В этом месте своих воспоминаний Розе пришлось покрепче сжать зубы, чтобы не застонать вслух. Потери близких каждому из нас даются тяжело. А уж потери детей...

Роза переносила свою потерю тяжело. Дочь, так и не родившаяся живой, была для неё такой же реальной, как небо и солнце на небе. Она даже снилась ей. Маленькая девочка, похожая на неё в детстве, смешная, кудрявая, с яркими глазами и солнечной улыбкой...

Она любила свою неудачницу-мать. Улыбалась ей, протягивала руки, словно желая обнять её. И что-то пыталась ей сказать. Очень настойчиво пыталась. Роза не слышала. Совсем. Не понимала, чего её девочка хочет. Тоже пыталась дотянуться до неё, но только отдалялась. Ия начинала кричать и будто боролась с чем-то. Ей так нужно было, чтобы мама услышала её...

В этом месте кошмара Роза просыпалась в холодном поту. Молча. Она научилась сдерживать крик. Мужу не нравилось, когда она будила его воплями. Роза вполне серьёзно предлагала ему перебраться в другую спальню. Или она уйдёт. Места ведь хватает, более чем.

Надеялась, если честно, что он согласится и отпустит её. Не отпускал... Странное дело. Он злился на неё, читал нотации на тему того, что она позорит его своей внешностью, глупостью, необразованностью и много ещё чем, но не отпускал.

Не давал ей развода. Имел, судя по некоторым слухам любовниц, но каждый вечер забирал её с работы, вёз домой и торчал рядом с женой. Если она категорически отказывалась посещать театры, выставки и пафосные тусовки. Странно. Многое в их браке было, как теперь понимала Роза очень и очень странным...

Он ведь был успешным человеком. Всегда. Ещё с универа, где они с Розой познакомились. Ну, как познакомились? Сказать так можно было с сильной натяжкой. Она увидела его первой. В компании "золотой молодёжи".

Роза не была заучкой. Весёлой, компанейской, но только в "своей" компании. Она, в отличие от знакомых девочек, совершенно не стремилась попасть в мир "для избранных". Тем более, что в силу ума и того, что выросла в очень дружном, "семейном" дворе, где все знали подноготную друг друга, видела гораздо больше, чем её подруги.

Она, говоря по секрету, ранжировала людей именно так: навешивая на них знакомые "шильды", как выражалась её соседка и тёзка тётушка Роза. Дама она была сердечная, необъятная, кудрявая и настолько ехидная, что попасться к ней на язык опасались самые отъявленные хулиганы, пьяницы и сплетницы их мирка.

Роза любила свою "маленькую подружку", выросшую без матери. Маленькую Розу воспитывал дед, бывший военный, суровый, молчаливый, но добрый, как мало кто. Дедушка научил внучку не бояться внешности, возраста или чинов, находить подход к любому. Не из хитрости или корысти, а от заинтересованности и любопытства. Роза-старшая научила разбираться в людях.