Рождённая героем

В желании покорить и расширить горизонты человек способен проникнуть даже в самые отдалённые уголки галактики. Нужна только точка опоры, для того, чтобы очередной форпост человечества позволил раздвинуть границы непознанного и дал возможность нанести на карты новую область космического пространства. Трудная, сложная и порою опасная для жизни работа. И можно считать невероятным везением, если бесстрашным исследователям космоса попадётся пригодная для жизни планета или хотя бы большой и удобный для подлёта астероид, годный для закладки космической базы.

Но что делать, если вокруг звезды вращается только астероидный пояс, богатый полезными и очень редкими минералами, но состоящий из сравнительно небольших кусков когда-то целых планет, разорванных тяготением почти погасшего светила. А дальше простирается необъятный и бескрайний космос? И чтобы добраться до ближайшей звёздной системы, заселённой людьми, потребуется несколько недель полёта на гиперскорости! Выход только один – постройка космической станции.

Именно такой станцией и была Домус, в которой размещался стандартный комплекс, включающий в себя множество предприятий по переработке добытых руд. Помимо заводских модулей, станция обеспечивала комфортные условия жизни для многочисленной армии шахтёров, добывающих полезные руды в гигантском астероидном потоке.

Вот уже три века оторванная от всего человечества холодным и безжизненным пространством, станция оставалась единственным островком безопасности, источником тепла и света для населяющих её людей. А за три прошедших столетия, Домус, из небольшого перерабатывающего комплекса, превратилась в настоящую колонию с населением в десять тысяч человек. За столь крохотный по меркам вселенной срок, на станции сменилось несколько поколений людей, которые родились, выросли и умерли в стенах своего космического дома.

Как и в любой нормальной колонии, очень много усилий было сосредоточено на воспитании подрастающего поколения. Ведь дети - это будущее и надежда любого общества. Правда, замкнутый мир станции требовал особого подхода к обучению своих юных жителей. И хотя современные технологии, безусловно, облегчали работу многочисленным воспитателям и наставникам, однако огромное влияние на становление личности по-прежнему оказывала семья. К сожалению, профессия шахтёра считалась одной из самых опасных, и редко какой месяц обходился без случайных жертв. Причины аварий были абсолютно разными, начиная от поломки старого корабля и выхода из строя, например, навигационного оборудования, до глупейшей ошибки, совершённой человеком. 

Несмотря на подробный разбор трагедий, ставших причинами гибели людей, и многочисленные инструкции по правилам безопасности, безрадостная и сухая статистика регулярно пополнялась новыми цифрами. Всё это приводило к тому, что многие дети имели только одного родителя, либо полностью находились на попечении у родственников, которые, конечно, не могли обеспечить полноценную замену настоящим отцу с матерью.

Центральный и самый защищённый модуль станции назывался "Детским" и был полностью отведён под многочисленные учебные классы. Отделения для самых маленьких и тех, кто постарше, в свою очередь делились на несколько учебных потоков, среди которых существовала здоровая конкуренция. Каждый поток имел собственного куратора, ответственного за обучение и успеваемость своих подопечных. Увы, но, несмотря на огромные достижения человечества в строительстве космических кораблей, многоуровневых станций и множество колонизированных планет, развитие и воспитание детей редко обходилось без всевозможных эксцессов. Как и многие тысячелетия назад, эти "цветы жизни", частенько доставляли много хлопот и не все из них можно назвать приятными.

В одном из кабинетов, имевшем на двери табличку с надписью: "Куратор третьего учебного потока. М. Сангри", как раз происходил разговор о недостойном поведении одной из учениц. Девушку-подростка, стоящую на вытяжку перед очами молодого мужчины, можно было описать словосочетанием "очень миловидная". Тёмно-русые волосы до плеч, пухленькие щёчки и слегка вздёрнутый носик на фоне озорно поблёскивающих глаз, невольно располагали и вызывали улыбку. Правда, сам куратор, который в данный момент времени читал девушке индивидуальную лекцию: "Об отсутствии мозговой деятельности у отдельных представительниц прекрасного пола", вместо слова "миловидная", с удовольствием бы использовал "хулиганка", "бунтарка" или другие менее литературные аналоги. 

Однако стоит отдать должное мужчине, он старался достучаться до одной из своих подопечных, взывая к её совести, к памяти достойных предков и здравому смыслу. Но, откровенно говоря, получалось у него не очень хорошо. Если точнее, то господина Сангри не отпускало ощущение, что он разговаривает со стеной, что конечно не добавляло ему радости. И если бы он мог влезть в голову к своей ученице, и прочесть её мысли, то расстроился бы ещё больше, ибо мыслями девушка по имени Мира витала где угодно, но только не здесь.

Возможно, кому-нибудь и доставляло удовольствие слушать пафосные и мотивирующие речи, но только не Мире. Более того они навевали на неё скуку и вгоняли в полусонное состояние, и, чтобы не зевнуть во весь рот, ей приходилось проявлять некоторое усилие. А с высоты своих четырнадцати биологических лет девушке казалось, что взрослый и сознательный человек и без всякого словесного стимула способен сделать свою работу на "отлично". Себя она относила именно к таким взрослым и сознательным людям, правда другие взрослые, которые постарше, почему-то не соглашались с её мнением и считали Миру сумасбродной, неконтролируемой и взбалмошной. И вот откуда они взяли такую характеристику? Она даже слов таких не знает. Нет, знает, конечно, но искренне недоумевала, когда слышала подобное в свой адрес. Однако, обладая всепрощающим и добродушным нравом, Мира не обижалась. Правда, немного смущало, что её замечательные и положительные качества мало кто видел, а большая часть знакомых, считали её злопамятной и язвительной стервой. "Но это, наверное, от того, что все они, слепые и бесчувственные сволочи", – думала Мира. 

В целом, Мире было плевать на мнение большинства, а людей, которых она уважала и была готова признать их шефство над собой можно пересчитать по пальцам одной руки. И молодой куратор, чей голос, шумовой завесой гремел где-то на краю сознания, в это число не входил. Столь избирательный подход к выбору авторитетов немного усложнял ей жизнь, но что-то менять в себе она совершенно не собиралась. Всем не угодишь, а жить как все - соблюдая множество правил - скучно и не интересно. К её сожалению данный философский принцип постоянно приводил её к нелепым ситуациям, в которых она почему-то представала в глазах окружающих каким-то чудовищным монстром.

Вот и сейчас она оказалась в кабинете старшего куратора её учебного потока не просто так, а из-за пристрастия к научным исследованиям. Хотя она всего лишь хотела проверить слова наставницы Ланы о морозоустойчивости некоторых видов земноводных. Якобы некоторые из этих тварей во время сильных холодов способны впадать в спячку, а потом просыпаться, когда станет теплей. Кто ж знал, что абсолютный ноль и безвоздушное космическое пространство смертельное сочетание даже для этих интересных животных. В общем, эксперимент прошёл неудачно, и маленький Жмук умер, не приходя в сознание.