Чтение онлайн

Она извивалась в его руках. Казалось, еще секунда, и она умрет от желания.

Зак словно почувствовал это и вдруг одним точным движением вошел в нее.

Этого оказалось достаточно для Элен. Все ее тело пронизала волна спазмов. Никогда в жизни ей еще не было так хорошо.

Она закинула ноги на бедра Зака, прижимаясь к нему еще теснее, и полностью подчинилась его ритму.

Зак взглянул на нее. Щеки Элен пылали, губы жадно искали его поцелуев, глаза сверкали от обжигающей страсти. Он увеличил темп, движения его становились все более и более настойчивыми, подводя Элен к настоящему оргазму. Вдруг в ней что-то взорвалось, и она вскрикнула, заплакала от наслаждения. Сразу вслед за ней, не в силах больше сдерживаться, Зак застонал в упоении. Теперь Элен плакала уже оттого, что доставила ему это счастье.

Все, что произошло между ними, было поистине прекрасно!

Вот уже два года она хранила это ощущение, потому что ни до, ни после того дня между ними ничего не было.

А вчера? Что же случилось вчера ночью?

Элен вздрогнула — дверь без стука отворилась, и в комнату вошел Зак. Она даже не успела прикрыться простыней. Под его насмешливым взглядом она вспыхнула, но быстро взяла себя в руки. Не мог же он, в самом деле, знать, о чем она сейчас вспоминала!

— С добрым утром, — подчеркнуто сухо произнес Зак.

Он поставил на столик возле кровати поднос с чашкой кофе, стаканом апельсинового сока и тостами. Значит, он еще помнит ее вкусы, значит, ее привычки, хотя он почти насильно сделал ее своей женой, не выпали начисто из его памяти.

— С добрым утром, — натягивая на себя простыню, ответила Элен и поморщилась. От запаха пищи у нее закружилась голова. Да, все-таки вчера она выпила лишнего. Перед Заком извиняться ей не хотелось, но Эмили и Грэгу, видимо, придется как-нибудь объяснить свое поведение. И сделать это надо будет сегодня вечером на «втором» празднике Эмили. Господи! Как же ей не хотелось идти на эту вечеринку! От одной мысли о громкой музыке ее начало мутить.

Зак хмыкнул, подошел к окну и резким движением раздвинул шторы. Комнату заполнил солнечный свет.

Он снова повернулся к Элен, напряженно наблюдавшей за ним, и вопросительно поднял бровь.

Все это время ее мучил один вопрос: было или не было? Было ли что-нибудь между ними этой ночью? Держал ли он ее снова в своих объятьях, ласкала ли она его тело, сладкое воспоминание о котором не покидало ее вот уже два года? Да и сейчас, стоило ей только о нем подумать, ее бросало в дрожь.

Зак усмехнулся, словно прочитав ее мысли, подошел к кровати и присел рядом.

— Как спалось?

Элен сглотнула. Как ей спалось? Даже на это она не могла дать ясный ответ, не в состоянии вспомнить, что последовало за поцелуем в дверях его дома.

Он медленно поднял руку и погладил ее по горячей щеке.

— Когда я проснулся утром, ты спала как младенец, — чуть хриплым голосом произнес он.

О Боже, значит, они все-таки спали вместе! Какое-то чутье и что-то в его взгляде подсказывали ей, что они не просто спали этой ночью!

Нет, не может быть! Ведь их близость в день похорон Барбары так четко запечатлелась в памяти Элен! Сейчас же она абсолютно ничего не помнит. Она в смущении отвернулась.

— Тебя что-то беспокоит? — спросил Зак, проводя пальцем по ее нижней губе.

Беспокоит? Ничего себе, подумала Элен, да она сейчас просто расплачется от отчаянных усилий вспомнить хоть что-нибудь.

Но она не расплакалась.

От его ласки тело Элен напряглось помимо ее воли, соски набухли, к низу живота прихлынула теплая волна желания. Но Элен увернулась от его руки.

— Не надо, Зак, — проговорила она. — Что бы там ни было сегодня ночью, я ничего не помню.

Она думала, Зак рассердится, вспылит, наговорит ей массу неприятных вещей, но вместо всего этого он сел еще ближе, почти касаясь ее бедром. — Может, освежить твою память? — насмешливо спросил он и стал медленно, очень медленно наклоняться к ней.

Сердце Элен вдруг дернулось и забилось где-то в горле, губы, не желающие слушать голос рассудка, раскрылись ему навстречу… Но в последнюю секунду Элен удалось овладеть собой и стряхнуть с себя сладкое воспоминание той близости. Она вышла из оцепенения и откатилась на другой край кровати (туда, где он спал ночью?). Судорожно поискала глазами, что бы накинуть на себя и скрыться в ванной — привести себя в порядок.

Зак неторопливо поднялся с постели, как бы не замечая, что Элен уклонилась от его поцелуя, томно потянулся и лениво направился к огромному, от пола до потолка, гардеробу.

Небрежным жестом он провел рукой по вешалкам, выбрал что-то и бросил на кровать.

— Вот, возьми!

Элен инстинктивно протянула руку и поймала то, что белой птицей летело к ней. От этого жеста простыня соскользнула с ее груди, обнажая розовые соски. Зак оценивающе рассматривал ее.

С вызывающим видом Элен вздернула подбородок. Она уже не девочка, ей тридцать пять, и она уже занималась любовью с этим человеком два года назад, а может, и сегодня ночью. Так что же она, как застенчивый подросток, стесняется предстать перед ним обнаженной! Тем более что Зак явно наслаждался ее нерешительностью.

Хоть бы вспомнить, что было ночью, вернулась она к мучившей ее все утро мысли. Она должна вспомнить.

Элен спокойно откинула простыню, поднялась и стала натягивать белую шелковую рубашку Зака.

Он все еще стоял у раскрытой створки гардероба и следил за каждым ее движением. Элен застегнула пуговицы, под внимательным взглядом Зака ее пальцы слегка дрожали.

Рубашка едва доходила ей до бедер, оставляя открытыми длинные стройные ноги и подчеркивая своей белизной золотистый оттенок ее кожи. Элен намеренно не смотрела в сторону Зака, но чувствовала, что он не сводит с нее горящих глаз.

— Я позвонил твоему отцу и успокоил его, что ты цела и невредима, тихим голосом сообщил Зак.

Голова ее дернулась будто от удара — она обернулась. Боже праведный, отец! Ни сегодня утром, ни вчера вечером она ни разу о нем не вспомнила. В висках снова застучало, и она болезненно поморщилась.

— Голова болит? Сейчас принесу таблетки, — суховато сказал Зак и вышел в ванную комнату, прилегающую к спальне.

Конечно, болит, и в основном от тебя! — раздраженно подумала Элен, слушая, как он возится в поисках нужного лекарства. Значит, отцу теперь известно, где она провела ночь. А ведь она могла что-нибудь насочинять например, что заночевала у Эмили и просто забыла позвонить ему и предупредить, чтобы он не волновался. Дурацкий звонок Зака все испортил. Конечно, смешно до сих пор отчитываться за каждый свой шаг, но она прожила с отцом так долго, что это просто вошло в привычку. И, кстати, еще не бывало, чтобы она не ночевала дома!