Шрифт:
– Ах, да. – Иван поправил ворот рубашки и улыбнулся. – Знаете какие-нибудь мистические истории? Наши любят у костра рассказывать страшилки… что уж, я сам таким занимаюсь иногда.
– Почему это так популярно? Никогда не понимал. – Игорь увильнул от ответа. – Есть же пугливые дети.
– Ночь, костер и люди, собравшиеся в круг. Все условия для мистики. Ладно, я так, поинтересовался. Это не входит в условия договора. А кстати, какие там были требования?
– Справки, медосмотр, курсы, экзамены. Не соскучишься.
– Ну здорово, «Северная тропа» когда-то была маленьким уголком в этом лесу, а теперь развилась в полноценный бизнес. Я застал практически все этапы развития, с каждым годом мы совершенствуемся. Так что, уверен, вам здесь точно понравится.
– Что насчет названия? Его придумывают просто так? Почему именно «Северная тропа»?
– А, да это скорее сложилось с историй об этой местности. – Иван посмотрел на еловый лес. – Когда-то давно здесь был самый обыкновенный глухой лес. Потом всякие лесники-грибники начали теряться, поступало много звонков о пропаже родственников и тропу от главной дороги обозначили синими ленточками. Вроде еще табличка стояла «Северная тропа». Отсюда и пошло название.
– И что, никто не нашелся?
– Нашлись, конечно. Лес-то не шибко огромный, в основном все ориентировались по течению реки и блуждали по двое суток. Пропавших без вести не было. Ну, насколько мне известно.
– Значит эти страшилки рассказывают дети?
– О да. Воображение у детишек хоть отбавляй. Да чего говорить, сами совсем недавно были детьми и рассказывали страшилки. – Иван припал спиной к деревянной двери домика вожатых, сложив руки на груди. Он всмотрелся в лицо собеседника, словно где-то уже видел эти темные кудрявые волосы с мелкими завитками, впалые карие глаза с золотистым отливом и нос с приметной горбинкой на вытянутом худощавом лице. Но никак не мог вспомнить на кого же он похож. – И я здесь был тем еще шутником.
– Вы здесь были ребенком? Ого. – усмехнулся Игорь. – Должно быть это увлекательно.
– Не то слово, ага… но я был не спецом по страшилкам. Позже вас познакомлю с нашим болтуном, он продемонстрирует свои таланты.
– Знает много страшилок?
– Да. Банальщина, но всегда работает. Особенно с новенькими детьми… и вожатыми.
Игорь расплылся в улыбке:
– Боюсь на меня это не действует. Я реалист и в сверхъестественное не верю.
– Что, и заблудшие души в этих лесах не всколыхнули бы сердечко?
– Тогда нужно было сказать, что те лесники-грибники все же не нашлись.
– Точно… но есть один случай, про который нежелательно говорить. В прошлом году случился несчастный случай с охранником на въезде. Внезапный сердечный приступ. Бедняга прямо сварился в будке на солнцепеке пока его не заметили. Жуткая смерть.
– Какой ужас… сочувствую. Детям же не рассказали? И правда жутко.
– Ха-ха, не было такого случая. – Иван не сдержал смех, качая головой. – Я его только что придумал. Вот так это и работает, пробуйте, воображайте. Вы откуда?
– Из Краснодара.
– Совсем рядом, почти местный.
За домом послышались шаги по лестнице, а затем и громкий гогот:
– Ванёк, ты тут? Я ща такое… ой, здравствуйте.
– Добрый день, я Игорь. – протянул руку парень. – Только закончил курсы и меня направили к вам.
– Алексей. – ответил рукопожатием гоготун. – Зачем формальности, можешь звать меня Лёха. А ты не слишком взрослый для вожатого?
– Ээм… – Игорь замялся, непонимающе хлопая глазами. – Мне на днях стукнуло девятнадцать, это много уже?
– Да шучу, ё-моё! – засмеялся Алексей. – Это мой отборочный экзамен на чувство юмора. Ты его завалил.
– Лёш… – Иван махнул рукой.
– Выходит, это тот самый болтун. – улыбнулся Игорь. – Всегда восхищался людьми, способными так умело находить общий язык с незнакомцами.
– Добро пожаловать, Ихорь! – Алексей широко улыбнулся. – Мы поладим!
Насчет второй фразы Игорь не был уверен, отмечая у себя в голове бескультурное поведение собеседника, дерзкий взгляд и немного раздражающее произношение буквы «г» как «х».
– Тогда идем, я все покажу. – кивнул Иван.
– Ладно, потом поховорим. – помахал Алексей. – А, это. По стаканчику пропустим, Ихорь? Не пьешь? Жаль, ну увидимся тогда.
Иван показывал местность лагеря как собственный дом. Раньше здесь стояли разноцветные ветхие домики с облезлой краской и противными скрипучими дверями, унылые грязно-серые заборы и засохшие цветы. Теперь же, каждое здание, будь то жилой корпус или столовая, выстроились в одном стиле с преобладанием натурального дерева.
– Очень красиво. – кивнул Игорь. – Так уютно, по-домашнему. Деревянные домики как в деревне.
– Ага. – цокнул языком Иван. – Только такая мебель сейчас дороговато стоит, мода на минимализм и уют. Когда уже ведут в моду советские ковры? У меня их целых три ненужных. – рассмеялся Иван, проводя дальше мини экскурсию.
Жилые фасады дети раскрашивали яркими маркерами, и не просто загадочными завитушками, а продолжением прошлых рисунков, что создало много уникальных картин. Иван показал каждое помещение, каждую площадку для активного отдыха, залы и игровые. Игорь с интересом наблюдал и за играющими в волейбол детьми и отметил, что никогда не мог нормально отбить мяч.
– Ну, я вам так скажу – все приходит с опытом. Я тоже не умел в детстве играть в футбол, но отец таскал меня по спортивным секциям и… я все равно не научился. – рассмеялся Иван. – Ожидал другой концовки? Не против если на «ты»?
– Да, нормально.
– Мы стараемся научить наших детей, что слушать взрослых нужно, но идти все-таки своей дорогой. Это важно.
– Мне это не знакомо, родители, наоборот, все делали для меня и позволяли самостоятельно принимать решения. А твой отец-то сам кем стал?