Чтение онлайн

– Здоровеньки булы, Юрец! Як себе почуваеш?

Корнилов расплылся в улыбке еще до того, как обернулся на голос. Бамбуло. Чертов Стук. Вот уж кого он действительно рад будет видеть! Но Степана не было. Вместо него перед Корниловым стоял знакомый Сфинкс.

– Я не стану с тобой разговаривать!

– Брось, дзюдоист! – сфинкс разинул рот, что, наверное, должно было означать улыбку. – Уже разговариваешь.

– Ты – Сфумато. Ты хочешь свести меня с ума!

– Эх, Корнилов, Корнилов. Все мы здесь не в своем уме – и ты, и я.

– Со мной пока все нормально, – Юрий понимал, что оказался втянутым в какой-то нелепый спор, но остановиться не мог. – Почти нормально.

– Чушь! – возразил сфинкс. – Если бы ты был нормален, то не оказался бы здесь, в нашем маленьком Египте.

Корнилов хотел что-то ответить, но вовремя себя одернул. Он вспомнил – дальше последуют рассуждения о нормальности собак и ненормальности кошек. Диалог Алисы с Чеширским Котом. Сфумато играет с ним. Пробралось в память, вытащило оттуда воспоминания о любимой книжке. Игнорировать проклятого сфинкса. Отвернуться.

Юрий так и поступил. Но едва он успел отвернуться, как оказался в руках пары чудищ с человеческими телами и головами гиппопотамов. Они схватили Корнилова под руки и потащили в самую большую из пирамид.

– Значится так, Юрец, – сказало одно из чудищ голосом Мамона. – Сейчас мы окунем тебя в Нил. Если вынырнешь раньше, чем пройдет три месяца, не получишь сан владыки. Сечешь?

Гиппопотамы превратились в обычных людей – парней в пятнистой форме. А интерьер пирамиды оказалось очень похожим на убранство особняка под красной черепичной крышей. Корнилова ввели вниз по какой-то лестнице. В темноту. Он попытался вырваться, но оказался слишком слабым. Пришлось поддаться. Вместо темноты Юрия ждал свет. Такой ослепительный, что пришлось зажмуриться. Он услышал множество голосов и тихую, ненавязчивую музыку. Где-то совсем рядом разговаривали, иногда смеялись.

– Если не веришь мне, дорогуша, спроси у нашего милейшего доктора: наличие у мужчины миллиардных активов очень плохо влияет на его половые инстинкты.

Какие, к чертовой бабушке, активы и половые способности олигархов? А вот какие, Корнилов: тебя переодели в клоуна, чем-то опоили. Поставили опыт. Не будет никакого боя. Жуковские уроды решили над тобой посмеяться. А ты купился, придурок. Теперь получай по полной программе.

Юрий открыл глаза. Мраморная плитка, расписанная картинками из славного прошлого Египта. Боги с головами зверей и птиц, меднокожие люди в белых туниках. Синие воды реки и отдыхающие на берегу крокодилы. Единственным, что нарушало эту гармонию, была забранная решеткой дыра на расстоянии метров в сто. Корнилов опустил глаза. Прямо у ног хромированная круглая пластина с отверстиями. Слив. О черт! Да это же бассейн!

Юрий не ошибся. Он действительно стоял у стены бассейна. Над головой – голубой потолок с множеством вмонтированных в него ламп. И главное – голоса не были галлюцинацией. На высоте двух метров бассейн заканчивался изящным парапетом из круглых камней. За ним были расставлены столики, за которыми сидели люди в нарядных одеждах. Женщины в вечерних платьях, мужчины во фраках словно бы прилетели в две тысячи тридцать третий год на машине времени. Они улыбались друг другу и пили шампанское из хрустальных бокалов, которые разносили на подносах молодцеватые официанты в красных жакетах. На обнаженных шеях неброско поблескивали бриллиантовые колье. Не меньше двухсот человек. Бледнолицая жуковская элита. Кроты. Первым кого узнал Корнилов, был кряжистый веселый полковник, завербовавший его на поединок. Фрак шел ему гораздо меньше, чем военная форма. Наверное, поэтому и чувствовал себя вояка довольно скованно. Ему явно приходилось делать над собой усилие, чтобы отвечать на вопросы платиновой блондинки, которая судя по прическе и красному платью с непомерно большим декольте, косила под Мэрилин Монро.

Пир во время чумы. Неужели все эти люди не понимают, что мира к которому они привыкли больше нет, а общество в котором они вращались, стало архаизмом?

Не хотят понимать. А зачем? Запасов оружия, собранных Садыковым им хватит еще надолго. Так почему бы не и не жить среди иллюзий, подкрепленных вещественными доказательствами? Рублевка она и в Африке Рублевка. Хочешь не хочешь, а факт налицо: наличие у мужчины миллиардных активов и его низкая потенция здесь пока еще в силе.

В этот момент Корнилов встретился взглядом с еще одной знакомой. Татьяна не вписывалась в общую компанию из-за того, что явилась сюда не в вечернем платье, а в голубом комбинезоне. На коленях у нее лежала книжка. Тонкие пальцы нервно теребили корешок «Трех мушкетеров». Девушка не улыбалась. Наоборот, в ее глазах отчетливо читалась тревога.

С чего бы это? Да с того, Корнилов, что праздник продолжится небольшим спектаклем и ты в нем исполнишь роль бога, борющегося за белую корону Верхнего Египта.

Благодаря Татьяне Юрий вернулся от созерцания рублевских весельчаков к себе любимому. В правой руке он, оказывается, сжимал в руке меч, врученный ему военными, а в левой держал щит. Временная отключка не просто прошла. Юрий чувствовал себя превосходно. Кровь просто бурлила в венах и он готов был свернуть горы. Айболит, скорее всего, вколол ему наркотик, резко повышающий выброс в кровь адреналина.

Поединок все-таки состоится и тот, кто станет противником выйдет из той самой закрытой решеткой дыры.

– Интересно, куда подевался Умар?

Опять этот мягкий и вкрадчивый голос над головой.

– Наверное, вытаскивает из нафталина свою очередную пассию.

Смех. Сытый смех опытных сексуальных кошек.

Значит, они дожидаются Паука. У тебя Корнилов есть еще несколько минут, чтобы продолжить наблюдения. Ошибочка. Нет никаких минут. Импозантный мужчина с длинными седыми волосами, игравший на рояле, оторвал руки от клавиш. Музыка стихла. А кавалеры и дамы начали вставать.

– Приветствую вас, жители Рублевкой Империи!

Говорил, несомненно, Паук. За столько лет он так и не смог избавиться от южного акцента. Корнилов пожалел о том, что не может видеть Умара – тот находился в мертвой зоне, над головой. Зато Юрий видел Татьяну и ее взгляд адресованный Умару. В нем столько ненависти, что девушке пришлось опустить глаза.

– Сегодня у нас великий день! Ровно пятнадцать лет назад Рамзес Первый объявил о создании Империи. С тех пор мы прошли долгий и сложный путь. Многие сомневались в жизнеспособности нашей системы, но теперь мы можем с уверенность заявить всему миру – Рублевке удалось сохранить свою самобытность и выйти из всех испытаний с высоко поднятой головой!

Раздался гром аплодисментов. Когда наступила тишина, Ахмаев заговорил вновь, но уже с другой интонацией.

– Все знают, что стабильность и процветание Империи всегда были смыслом моей жизни. Именно поэтому последние годы я носил в своем сердце тяжелую ношу. И все ради того, чтобы не позволить врагам поколебать священные устои Рублевки. Сейчас, когда я убежден, что нашему сообществу ничего не грозит, могу открыть вам, друзья, печальную тайну: фараон Рамзес Первый отправился в загробный мир.