Чтение онлайн

Не встречала в приличных домах…

Иван Выговский

Всем по чарке, старшинам отдельно!

Я нижайший твой преданный раб!..

– 6-

“Ромодан”

Афанасий Ордин-Нащокин

(читая царю Алексею Михайловичу

письмо Андрея Толстого)

“… Приезжал до меня Брюховецкий –

Джура Юрия, дельный казак –

С подтверждением прежних известий

О последних свершённых делах.

В сентябре же, в Московское царство,

Обездолив её рубежи,

Вторглись с юга Выговского части;

С ними вместе татары пришли.

Ядра пушек под каменном рвались;

В треске залповом, в бездне огня,

Город штурма три дня дожидался…

Штурм начался четвёртого дня.

крымцы, сербы, валахи, черкасы

Шли на приступ в отрядах своих,

Колоритной пестреющей массой.

их отбили… пришлось отходить.

по пути из московского царства

Взяли скудный ясырь с деревень –

Так лиса, не угнавшись за зайцем,

утешается ловлей мышей!..”

Прояснилась политика Польши;

началась подготовка к войне:

Что желает изменник Выговский,

наконец, разобрались в Москве!

Кто таились и ждали возмездья,

но не смели поднять головы,

Получили теперь одобренье

И военную помощь Москвы.

Их сознание жаждало мщенья

К тем, кто грабил и кто убивал,

К тем, кто прежде взирал с одобреньем

на ясырь ненасытных татар.

Пожелав усмирить недовольных,

Пан Выговский отправил отряд –

Перебил его, бывший в дозоре,

Ромодановских 120 войск авангард.

Белгородское царское войско

Возглавлял Ромодановский сам –

Этот шлях называться стал после,

В честь похода того: “Ромодан”.

– 7-

В отвоёванном городе

Лубны

Казак Грицко

От меня не уйдёшь!.. Стой разбойник!..

Дай я в очи твои погляжу!..

Что, признал! думал: Гринька покойник,

А я, вон он, здоровый стою.

Где жена, отвечай, где детишки? –

Что задёргал трусливо щекой –

Аль не знаешь? Не ты ли сынишку

бросил в омут вперёд головой!

Жив ещё был – соседи сказали…

Пожилой казак из Лубны

Ты не смеешь, я болен и стар!

Дядя всё ж я твой… нам приказали…

Казак Грицко

где жена, отвечай?.. У татар?

Не откроешься… Душу потешил!..

знаю я – твои руки в крови;

Хаты жечь, надругаться да вешать –

так не стар он!.. Как жил, так умри!..

Андрей Ромодановский 121

ты почто умертвил человека?

Воеводы читал манифест:

“Кто вершит самосуд без предела –

сам немедля идёт под арест!”

Иван Донец 122

(кладя ему руку на плечо)

горячиться не надо, служивый:

ты один, а нас много!.. Смотри!

Вот следы, что ещё не зажили,

Как на спину поклали угли!

а спроси у того человека:

Почему висит плетью рука,

Между пальцев зияет прореха,

А ему ещё нет сорока!

в Лубнах много осталось выговцев, –

Их простить мы не можем теперь:

В думах наших – сыновних, отцовских –

нет пощады для этих людей!

мы порядок потом восстановим,

Только кости погибших бойцов

Чёрной вражьею кровью умоем –

Не серчай!.. Прощевай!.. Будь здоров!..

О той истовой бойне безбожной

Воевода напишет царю:

“… Ярость в Лубнах унять невозможно –

Покарать же я их не могу!

Опасаюсь доверье утратить…

Дабы прежде разор отвести

Я Косагова 123 выслал в Пурятин:

Попытаемся город спасти!..”

Повсеместно вершилось насилье;

Уличённых нещадно секли,

Но, где разум и слово бессильны,

Не способны помочь батоги!

– 8-

Разгон дейнек

сторонниками

Выговского из Варвы

По дороге из Лубен в Прилуки,

с треть версты от конца до конца,

небольшой городишко Чернухи

Взяло войско Ивана Донца…

Сотник Гуляницкого

Пан полковник, в Чернухах дейнеки,

до пятнадцати тысяч голов.

Ромодановский нам не помеха –

Мы их быстро раздавим, как блох,

Если выйдем немешкая, тотчас!

Григорий Гуляницкий

Эй, где довбыш? 124 Сзывайте людей:

Выступаем немедленно, срочно!

где кунтуш 125 мой?.. готовьте коней!..

Ополченцы Донца отдыхали,