Чтение онлайн

На ходу включил саблю на максимальный режим. Первый смотрел на меня уже вполне осмысленным взглядом, одна рука медленно направлялась на меня, а вторая тянулась к мечу. Я рубанул по плечу наискосок. Хотел снести голову, но в нише не размахнешься. Сабля удивительно легко, с разноцветными искрами, прошла сквозь тело и вышла в районе пояса с противоположной стороны. Разворачиваюсь. Второй уже вытянул в моем направлении руку, в другой держал меч, и одна нога уже почти встала на пол. Его рубил снизу-вверх от поясницы, через тело к противоположному плечу. Опять как по маслу. И вышел из ускорения. Раздался грохот падающих тел, и сработала моя огненная стена — второй успел вскользь выстрелить земным атакующим заклятьем. Что-то новое, неизвестное, но стена выдержала.

— Сюда, — тихо сказал в амулет, но и так в полной тишине мой голос был прекрасно слышен товарищам.

Тела, меж тем, вспыхнули и начали плавиться, осветив коридор.

— Быстро ты их, — восхищенно сказал Агнар.

Спустились по длинной прямой лестнице и дошли до ловушек.

— Лиза, тоя очередь.

Она выступила вперед и сжала, висевший ни шее амулет древних. Уверенно подошла к стене и приложила к ней руку. Долго ничего не происходило. Наконец, легкая вспышка с двух сторон стены.

— Две есть. Они оказались связанными, — и прошла дальше.

Снова встала и прижала руку к стене. Стояла долго, дольше, чем перед первой. Со лба выступил пот и потек ручейками по вискам. Захотелось подойти и вытереть. Наконец, и следующие две полыхнули белым светом.

— Ух! Устала. Эти сложнее оказались. И что бы вы без меня делали, мальчики? — сказала с победной улыбкой.

— Молодец, дома конфетку подарю, — сказал я, — вперед.

В зале все, кроме Агнара, восхищенно уставились на колонны.

— Быстрее, — прошептал я, — успеем еще наглядеться.

Для меня найти нужный проход оказалось проще простого, а когда подошли, то увидели свет. Неудивительно, что для Луниса наличие в цирке алтаря черных было открытием: если бы я не знал куда идти и смотреть, то отыскать спуск было бы проблематично в таком нагромождении колонн, проходов и разных закоулков. Еще и стражники могли в любой момент появиться.

— Теперь как можно тише, — почти шипя, сказал я в амулет, — лестница прямая, потом коридор метров десять, потом направо арка, а за ней комната с пленниками. Перед аркой в коридоре часовой. Через помещение с пленниками, еще одна комната и там засели черные, и еще одна комната — жертвенник. Сейчас еще уточню.

Скользнул туда. Там ничего не изменилось и часть черных лежала на теплых одеялах, видимо спали. Это хорошо. Вернулся и рассказал.

— Значит так, я быстро спускаюсь вниз и снимаю часового. Вызываю вас через амулет. А дальше по обстоятельствам. Согласны?

Рон с сомнением покачал головой:

— Черные очень сильны, особенно после жертвы. Они могут воздействовать не только на тело, но и разум: усыпить, заставить умереть, а если получат силу демонов, то и управлять людьми, как пешками.

— Демонов не видел. А как выглядит обращение к демонам?

— Не знаю. Вроде портал создают.

— Портала не видел. Ну что, как план?

Молчание. Всех переполняла ненависть. Риск? Несомненно, но видя мои успехи, все верили в меня, как в бога.

— Ждите сигнала, я пошел.

Половину лестницы прошел на цыпочках, а потом ускорился. Сбежал вниз и ломанулся к часовому. Здесь в высоком потолке горели круглые светильники, которые давали ровный мягкий белый свет. Часовой только начал поднимать голову, когда я выстрелил огненной стрелой 2-го уровня. Защита. Снова стрела, снова голубая защита и я уже рядом. Кинжал в сердце и наготове стрела, если защита не пробита. Не понадобилась. Зажимаю рот рукой и придерживаю тело. Вышел из ускорения. Вроде тихо. Прислушался еще — ни чего подозрительного. Неужели не заметили? Осторожно заглядываю в арку. Там тоже светло от таких же древних светильников. Пленные сидят спокойно. В основном молчат. Некоторые спят, некоторые тихо стонут. Шепотом позвал команду.

— Лиза, пожалуйста, постой здесь, хорошо?

— Я с вами.

— Нет. Пользы от тебя мало, а здесь посторожишь, вдруг снаружи кто подойдет. И вообще, это приказ не спорь. И за этим трупом последи, вдруг чернокнижники действительно такие живучие?

Лизия понимающе кивнула и опустила голову, чтоб мы не заметили как она насупилась.

Мы вчетвером тихо прошли мимо безразличных пленников. Остановились возле завешанного тканью входа, посмотрели друг на друга, кивнули и ворвались к черным.

Сквозь привычно плотный воздух, двумя прыжками я подбежал к сидевшим за столом и поворачивающим к нам головы двум черным. Два взмаха включенной на второй уровень сабли и две головы отделяются от тел. Была защита или нет, даже не заметил. Медленно поднимаются фонтанчики крови из перерубленных шей, а я уже стреляю 3-м уровнем света по лежащим на полу. У одного пробивается защита, во второго пришлось стрелять еще. Мои товарищи рубятся с кем-то, сверкают вспышки заклинаний и защит. Мы явно застали их врасплох, никто не успевал ударить в нас "черными" плетениями, и повезло, что помещение большое, есть где развернуться. Замечаю, примеченную ранее, нишу и бегу к ней — главный наверняка там. Вдруг резко появляется шум битвы и мои движения замедляются. "Что за хре…", не успеваю додумать и проваливаюсь в черную пустоту.

Сознание возвращается постепенно: сначала появляется свет, который становится все ярче, до боли в глазах, потом звуки, точнее чей-то голос. Потом я резко все вспоминаю и открываю глаза. Голова кружится, перед глазами все плывет, но все быстро приходит в норму. Только головная боль не проходит. Отвык я от неё, оказывается. Приходит осознание положения: я лежу, раскинув руки и ноги. Они пристегнуты крепкими металлическими дугами к камню. И подо мной камень. Я на алтаре! Дикий ужас буквально поглощает меня. Дергаюсь — бесполезно, прикован отлично, одна голова свободна.

Пока я один в жертвеннике. Здесь так же горят древние светильники, отлично освещают и не слепят. На стенах барельефы на одну тему: толпы людей стоят на коленях перед алтарем, на котором распят, так же как я, голый мужчина. Возле него жрец в балахоне возвел руки к небу, в одной них них нож с кривым лезвием. Видимо молится перед жертвоприношением. Я, правда, не голый, а только без рубахи, но сути дела это не меняет. Повертел еще раз головой. Ага, ошейника нет, и ужас сам собой пропал. Появилось спокойствие.