Румпельштильцхен
Шрифт:
— Да… но мне обязательно отвечать на его вопросы?
— Это ваше дело, как хотите. Но почему бы вам для начала не узнать о своих правах?
— Ну ладно, продолжайте, — согласился Кениг.
— Хорошо, — проговорил Блум и начал все заново. Кениг слушал внимательно, постоянно повторяя, что ему понятно, о чем идет речь.
— … право советоваться с адвокатом до или во время допроса.
— Понимаю. — Если вы решите воспользоваться этим правом, но в то же время окажется, что вы не располагаете достаточными средствами на оплату услуг адвоката, в таком случае вам будет назначен защитник, услуги которого для вас будут абсолютно бесплатными, с тем, чтобы вы имели возможность советоваться с ним до или во время допроса. Все это вам понятно?
— Да. И да хранит Господь Америку.
— Что, сэр?
— Могу себе представить, как подобное должно происходить в России, — сказал Кениг.
— Ах это… Итак, желаете ли вы, чтобы при нашей с вами беседе здесь присутствовал бы ваш адвокат?
— Мой адвокат уже здесь.
— Вы желаете, чтобы мистер Хоуп присутствовал бы здесь в качестве вашего адвоката?
— Да.
— Хорошо. Мистер Кениг, вы можете мне сейчас подробно рассказать, где вы были вчера между половиной пятого вечера и двенадцатью часами ночи?
— А почему именно в это время? — задал Кениг встречный вопрос.
— Потому что судмедэксперт установил, что смерть вашей дочери наступила приблизительно в шесть часов вечера, и потому что один из наших людей был у вас в отеле ровно в полночь, после того, как мы многократно и безуспешно пытались вам дозвониться. Он попросил представителя службы безопасности отеля открыть ваш номер, и в номере вас не было.
— Да, это так. Меня в отеле не было. — А где вы были, мистер Кениг?
— У знакомых.
— У кого конкретно?
— У женщины.
— Ее имя можете назвать?
— Я не знаю.
— Вы не знаете…
— Я не знаю ее полного имени. Могу назвать только имя без фамилии.
— О'кей, и как же ее зовут?
— Дженни.
— Но фамилии вы не знаете.
— Нет.
— А вы знаете, где она живет?
— Да.
— И где же?
— Я могу проводить вас к ее дому, но адреса назвать не могу.
— Вы были у нее минувшей ночью, мистер Кениг?
— Да.
— С которого часа до которого?
— Мы приехали туда около шести вечера вчера.
— И когда вы ушли оттуда?
Кениг замялся.
— Мистер Кениг. Когда вы..?
— Сегодня вечером. Я возвращался в отель, когда услышал, что… как в новостях по радио рассказали о смерти Элиссон.
— Итак, вы пробыли с этой женщиной примерно с шести часов вчерашнего дня и до… во сколько вы ушли сегодня?
— Около шести.
— Выходит, двадцать четыре часа.
— Да, около двадцати четырех часов.
— Вы покидали ее дом в течение этих двадцати четырех часов?
— Нет.
— И никто из вас никуда не отлучался все это время?
— Мы оба были все это время вместе.
— Так значит, никто из вас не отлучался из дома, чтобы оказаться на Белфаст Авеню и Эспин Роуд, у сточной ямы позади…
— Мистер Блум, — вмешался я.
Блум повернулся ко мне.
— В связи с тем, что я нахожусь здесь в качестве адвоката мистера Кенига, я заявляю протест против вашего последнего вопроса.
— Да, правильно, — сказал Блум, — извините. Мистер Кениг, мне бы хотелось услышать от вас, как мы сможем впоследствии найти эту таинственную незнакомку. Не исключено, что мы даже попросим вас проводить нас туда, с тем, чтобы переговорить и с ней тоже, если, конечно, вы сможете заново отыскать ее дом. Где это хоть?
— Недалеко от торгового центра «Пляжный пейзаж». Я уверен, что смогу отыскать это место.
— Хорошо, отложим это на некоторое время. Да, кстати, вы ведь постараетесь поднапрячь память и вспомнить ее фамилию, ладно? Это могло бы избавить нас от очень многих проблем.
— Я никогда не знал и даже не пытался узнать ее фамилию, а уж потребности запоминать ее у меня и вовсе не возникало.
— Мистер Кениг, а где вы познакомились с этой женщиной?
— В своем отеле, в баре. Бар «У пяти буйков».
— И было это… когда вы сказали, это было?
— Примерно в четверть шестого или около того.
— Сначала вы просто решили спуститься в бар и выпить. Та ведь?
— Да.
— И один.
— Да.
— И там вы познакомились с женщиной по имени Дженни.
— Совершенно верно.
— А потом вы отправились к ней домой и последующие двадцать четыре часа были проведены вами вместе.
— Да.
— В постели?
— По большей части, да.
— Мистер Кениг, она проститутка?
— Да, скорее всего, да.
— Так… А вы платили ей за услуги, или же она занималась с вами этим бесплатно?
— Я ей заплатил. Но она сама не требовала с меня денег.
— Понимаю, ладно. Мистер Кениг, а скажите мне, когда вы получили письмо от своей бывшей жены? Я имею в виду то, где она просит вас позаботиться о дочери, если с ней самой вдруг что-нибудь случится?
— На прошлой неделе.
— Уточните, пожалуйста, когда именно на прошлой неделе?
— В четверг или в пятницу. Точнее не могу сказать.
— Так… само письмо было написано седьмого числа, это был понедельник…
— Я не знаю, когда оно там было написано.
— Эта дата была указана в самом письме, мистер Кениг.
— Что ж, пусть будет так.
— И если предположить, что письмо до Нового Орлеана идет два, самое большее, три дня…
— Мистер Блум, — снова вмешался я.
— Да-да, конечно, мистер Хоуп, извините. Так значит, мистер Кениг, вы не помните, когда вы получили это письмо, я правильно вас понял?
— Я уже все сказал вам. В четверг или в пятницу.