Чтение онлайн

Я трус, да-с…

Себе-то врать бессмысленно.

Вован безжалостно сломал живую осинку и протянул мне нож:

– Садись. Очистишь ее от веток. А я поищу другие.

– Что тут искать, смотри – сколько поваленных. И голых полно, почти без веток. Давай возьмем их, делов-то…

– Не пойдет, – возразил Кузнецов.

– Почему?

– Труха одна. Смотри.

Вован поднял с земли почти идеально выглядевший шест, оперся на него, и тот мгновенно хрустнул, переломившись пополам. Кузнецов брезгливо швырнул обломки мне на колени:

– Живое дерево нужно. Лучше – осина. Она гибкая. И желательно ствол – в руку толщиной, чтоб вес держал. – И ушел.

Я обреченно вздохнул и склонился над будущим шестом. Уставшие руки подрагивали и с трудом удерживали нож.

Я упрямо срезал ветку за веткой. Утешал себя – мы не первые и не последние, кто лезет в болото. А если учесть, что многие идут туда добровольно, за морошкой, например, или клюквой, то чем мы хуже?

Солнце поднялось выше, и я перебрался в тень. Почти полная тишина угнетала. Иногда казалось, что я внезапно оглох.

Изредка с громким бульканьем прорывались из глубин пузыри зловонного болотного газа, и я нервно вздрагивал. Ребята, видимо, задремали, они даже не переговаривались.

Время от времени я бросал взгляд на лежавшую в траве Лену и вяло думал: «Пустячный поход обернулся серьезным испытанием. И ладно бы – для нас, а то и для девчонок тоже. Чем все закончится, непонятно. Хорошо бы сегодня же выбраться к реке…»

По нашим расчетам, от Чистой за день можно дойти до хутора. Если без рюкзаков и лишних привалов. А уж там все будет просто.

Мои неспешные размышления прервал неожиданный треск. Будто кто-то продирался сквозь ельник, безжалостно ломая сухие ветки.

Но кто?!

Вован бродил совершенно в другой стороне, я прекрасно его со своего места видел. Поэтому насторожился. Вскочил и напряженно уставился на деревья.

Сердце внезапно зачастило. Голову кружила безумная надежда: вдруг ТАМ лесник или просто какой-нибудь ненормальный турист? Не одни мы по лесам бродим, лето же, дураков полно, кому тоже дома не сидится…

Треск становился громче. Неизвестный ни осторожничать, ни скрывать свое присутствие не собирался. Ломился сквозь заросли, как лось.

Шум услышал и Кузнецов. Глаза его заблестели, он в несколько прыжков оказался рядом. Сунул мне в руку очищенный от веток шест. Сам перехватил поудобнее только что сломанное деревце и нехорошо ухмыльнулся.

– Ты чего? – пролепетал я.

– Да так. Вдруг это те самые шутники, что наши рюкзаки утром стянули? Ну, я им тогда…

Договорить Вован не успел. Ветки невысокой елочки задрожали, и прямо нам под ноги с хеканьем вывалился огромный волк. Знакомый серебристый ошейник туго обхватывал могучую шею, с длинного языка срывалась тягучая слюна, мохнатые бока запаленно ходили, вздымаясь и опадая.

Глаза Кузнецова округлились, рот открылся. Он почти с ненавистью уставился на незваного гостя. А я изумленно прошептал:

– Гор…

Шесты мы заготовили только к обеду. Впрочем, о нем старались не думать. В пустых желудках и без того урчало, языки едва ворочались в пересохших ртах. Неподвижные водные зеркала притягивали наши взгляды, как магнитом, и делали жажду еще более мучительной.

Гор будто издевался над нами. То и дело подбирался к ближайшей лужице и жадно, шумно лакал. Мельчайшие брызги каплями хрусталя разлетались в стороны, вода казалась идеально чистой.

Ребята смотрели на волка с бессильной завистью. Периодически я ловил на себе недобрые взгляды Витька или Лильки: они считали Гора моим зверем.

Я горько усмехнулся: хорошо еще, не знают всей правды о волке! Невольно оглянулся на друзей и подумал, что вряд ли мне поверили бы. Решили бы – свихнулся я на нервной почве.

Вспомнились мои размышления, как легко избавиться от Гора. Смешной показалась вчерашняя проблема – подумаешь, слегка порезать руку! Залил бы руну на рюкзаке кровью, и этого гада тут же вышвырнуло бы в его мир. Интересно, Гор знал об этом?

Впрочем, это могла быть и ошибка. Обычная дурость или некомпетентность владельца странного сайта. Ведь вряд ли там все правда, наверняка процентов на девяносто – вранье, как обычно и бывает.

Хотя вот с руной… да, тут мы вляпались! Осторожнее нужно обращаться со всей этой мистикой, а то мы вроде и не верим в нее по-настоящему, просто любопытно, вот и летим… как мотыльки на огонь.

Я мрачно покосился на волка: теперь от него отделаться будет не так просто. Раз руны вызова нет, придется рисовать руну изгнания. И, если верить распечаткам, понадобятся трое жителей нашей реальности: те, кто не хочет видеть здесь Гора. И руна должна быть начертана на земле – не на бумаге или тряпке, – а кровь должна бежать к ней по трем желобкам… кровь каждого из нас, питая гадскую руну…

Кстати, я ее помню?

Вроде помню пока.

Я невольно представил, как подкатываю со своей дикой идеей к друзьям, и хмыкнул: сочтут меня за идиота, и правильно. Бумаги-то в Орловском рюкзаке остались, а сам Серега (знаю я его!) вряд ли прочел все до конца.

Я оглянулся на друзей: уже хорошо, что нас требуется всего трое, – не девчонкам же кровь пускать?

Да и Казанцев ни в жизнь не согласится, он всегда вида крови боялся, особенно своей. Как-то раз его даже рвало от ужаса, когда он палец порезал – помогал мне (хозяйственный наш!) картошку чистить. А потом едва сознание не потерял, пока я промывал ему ранку и пластырь накладывал.

Черт, кто же стащил наши рюкзаки?!

Поймаю – убью!!!

Впрочем, что я привязался к волку? Он ничем не мешает, просто бегает по лесу, иногда навещает нас. Ну, наблюдает якобы, чем-то мы ему интересны… мне-то какая разница?!

Когда волк в очередной раз вернулся с болота и упал мне под ноги, я раздраженно прошипел:

– Специально, да? Не можешь уйти подальше в сторону?

Гор ответить не соизволил.

После своего возвращения он не сказал мне ни слова. Я уже начинал всерьез подумывать, что ночные приключения – результат моего больного воображения. Сон, бред, галлюцинация, как ни обзови. И руна вызова, и руна изгнания – все это лишь измышления моего воспаленного мозга. Сон и явь перемешались, я запутался, напридумывал себе черт-те что…