Чтение онлайн

— И все отсыпаются до полудня. Но здесь деревня, и я заметил, что просыпаешься ты очень рано. Я бы не хотел, чтобы завтра, то есть уже сегодня, ты проснулась с головной болью.

Ирина чуть приподняла голову, и теперь её губы находились в опасной близости от его лица. Она невольно отметила дневную щетину, пробивающуюся на щеках и подбородке мужчины, проступающие синие круги под глазами, глубокую морщину на лбу. Петр выглядел усталым.

— Мне вовсе не хочется спать, — честно призналась она. — Но если ты устал, то, конечно, не стоит ради меня жертвовать сном.

— Ириночка, да ты компрометируешь меня! И намекаешь, что я не в состоянии составить компанию даме!

Он принял маску оскорбленного мужского самолюбия, но его глаза смеялись.

— Нисколько! — в тон ему ответила Ирина, и уже серьезнее добавила: — А если отбросить в сторону шуточки, то мне хотелось бы с тобой серьезно поговорить.

Она физически почувствовала, как напряглась спина Петра, увидела, как в его глазах промелькнуло непонятное сожаление. Он разжал руки, отпуская Ирину, и указал на кресла:

— Прошу. Думаю, там будет удобнее.

Но Ирина энергично закачала головой, отчего несколько прядей выбились из прически.

— Нет. Это будет выглядеть официально…будет давить на меня….. А я….а я и так никак не могу собраться с духом, чтобы поговорить с тобой…, - Ирина подняла руки и стала нервно высвобождать жемчужную нить из непослушных волос. — Петр, помоги мне, пожалуйста.

Она повернулась к нему спиной, не оставляя выбора.

Если бы она только знала, как мечтал он зарыться в её воздушные золотистые пряди….

Пока Петр освобождал нить, Ирина постоянно переминалась с ноги на ноги, и ему пришлось приказать:

— Не дергайся.

Ирина послушно замерла. Наконец, жемчужная нить была выплетена, и волосы тяжелым каскадом упали на спину хозяйки.

— У тебя очень красивые волосы. И цвет — изумительный. Преступление такую красоту каждый день прятать за тугими косами и прическами.

— Поверь, будь моя воля, я бы тоже с удовольствием не собирала волосы. Но как на меня посмотрят окружающие, если я даже, например, к завтраку спущусь с неубранными волосами?

— Лично я буду только «за».

А было бы ещё лучше, если бы этот завтрак проходил в его спальне…. Но ничего подобного Петр вслух не произнес.

— Я это учту, — Ирина заломила руку, не зная, как начать разговор. — Петр…. Я хотела бы тебе объяснить причину, по которой я не желала выходить замуж и…и почему в нашу брачную ночь я встретила тебя с ножом….

Меньше всего Петр ожидал подобного поворота событий. Он уже решил, что объяснения никогда не последуют.

— В тот день мы все перенервничали, — как бы невзначай заметил он, но Ирина догадалась, что он оправдывает её и подбадривает для разговора.

— Да, тут мне трудно с тобой не согласиться. Я до конца верила, что свадьбы не будет, — Ирина увидела, как сжались губы Петра, и поспешила продолжить: — Но причина заключалась не тебе, Петр. И прости, если в ту ночь я задела твое мужское самолюбие. Вся эта история началась около десяти лет назад…. Тогда, когда умерла маменька….

Ирине было трудно говорить, и она попросила:

— Можно мне воды?

— Конечно.

Петр подал ей стакан, она жадно сделала пару глотков, и вернула его мужчине.

— Мы тогда жили во Франции, папенька участвовал в одной исследовательской экспедиции, его часто не бывало дома, и я всё время проводила с матушкой. На тот момент она была беременна, и я с нетерпением ждала, когда же у меня появится братишка или сестренка, — Ирина натянуто улыбнулась. — И тот день настал…. Я, как и сестренки, была непоседливым ребенком, и когда мне приказали покинуть маменьку и отправляться в свою комнату, я ослушалась и спряталась в смешной комнате родителей. Я видела всё…. В каких муках рожала матушка, как суетились женщины, как звали доктора, который все не приезжал…. Я видела кровь…много крови…. Вид кровавых простыней до сих пор преследует меня, а от криков маменьки я просыпаюсь по ночам….

Ирина не заметила, как начала плакать. Петр достал из кармана белоснежный накрахмаленный платочек и протянул ей. Ирина с благодарностью его взяла, высморкалась, перевела дыхание и продолжила говорить:

— Одним словом, моя психика не выдержала, и я сломалась…. Я сутки провела в беспамятстве, а когда пришла в себя, маменьки уже не было…. Она умерла. Я долго болела, мне не хотелось жить в мире, где Господь допускает такую несправедливость — дает жизнь одним людям, при этом забирая её у других. Я никого не винила, но в моем сознании четко отразилась мысль, что если я выйду замуж, то при родах обязательно умру. Для меня замужество стало равносильно смерти. Поэтому я так отчаянно сопротивлялась, не желая выходить замуж. Я боялась, и моему отчаянию не было предела….

Петру до безумия стало жалко маленькую девочку, которая пережила подобный ужас, но одновременно он испытал за нее чувство гордости, она нашла в себе силы не только продолжить дальше жить, но и взять на себя ответственность за воспитание двух сестренок.

— Ты посчитала, что любой мужчина, чьей женой ты станешь, в первую же ночь возьмет тебя силой?

— Именно, — призналась Ирина и нерешительно посмотрела на супруга. — Теперь ты сможешь простить меня за ту ночь?

— А тебе важно моё прощение?

— Как никого….

От нежной покорности, от робких взглядов, у Петра закружилась голова, и он стал дышать через раз. Находясь в столице, он смирился с мыслью, что ему не повезло с женитьбой, что придется любить женщин на стороне, а в супружеском ложе ему будет отказано. Но теперь, по возвращении в деревне, он нашел, что Ириночка разительным образом переменилась. Рядом с ним стояла прекрасная молодая женщина, которая вверяла ему свою судьбу, сама делала первый шаг к миру и согласию между ними.