Чтение онлайн

– Я не против, позвони мне часа в три, – и назвала номер телефона. – Запомнишь?

– Конечно.

Мы расцеловались, и я покатил в нашу поликлинику – нужен больничный лист, а то получу в трудовую нехорошую статью. Оно мне надо?

В поликлинике, с трудом, но попал к участковому – пришлось применить гипновнушение и сунуть сотку в карман ее халата. Забрав больничный, поехал на завод, одним махом получил расчет и трудовую с нужной записью – уволен по собственному желанию.

По пути прихватил в магазине кое-чего из продуктов, домой явился с большой набитой сумкой. Согнал Семена с дивана, взялись за готовку обеда.

– Владимир, ты так ничего и не рассказал, что нас ждет?

– Война, Семен, самая страшная – Великая отечественная.

– Командир, нам не привыкать.

– Все верно, но мне кажется, ничего случайного с нами не произошло и не произойдет. Кто-то или что-то забрасывает нас в определенные времена, с целью, для меня пока непонятной вариантов много.

– Поживем – увидим, хан.

Отобедали, и я позвонил Наташе, она подтвердила – Эля согласна.

– Ну и ладушки, мы забираем вас у дома «Туриста» в семнадцать тридцать. До вечера. Семен, сегодня едем в Чернолучье, твоя Эльвира тоже будет.

– Так это здорово, нужно прихватить с собой чего-нибудь.

– Я продуктов взял, а ты сгоняй в магазин, купи пару бутылок шампани и полусухого.

– Яволь, командир.

Позвонил Игорю, после обоюдных приветствий обрадовал хорошей новостью – нашел через третьих лиц нужного человека.

– У него есть то, что ты заказывал. Запиши телефон.

– Диктуй номер, запомню.

Попрощались, и я связался с торговцем оружием. Переговорили, договорились о встрече на следующий день в карьере, по два человека с каждой стороны. Слегка напряг его кавказский акцент.

– Ладно, разберемся на месте.

Пришедший Семен, поставив вино в холодильник, сказал:

– Давай гитару с собой возьмем, девочек повеселим.

– Точно, ешкин кот – вот же она, родная, на ковре висит. Совсем про нее забыл.

– Что-то домой захотелось, в Казань.

– Ага, там тебя Елена Прекрасная заждалась поди.

– Да уж, – машинально потер щеку Семен, на которой частенько оставались следы семейных баталий.

Я глянул на часы – время.

– Подгоню машину, загрузимся и вперед, за девушками.

По дороге в центр сообщил Семену:

– Завтра встреча с поставщиком, «маслят» подкинет. У нас осталось всего по пять магазинов, а стрелять придется много.

– Не дай бог, – Скуратов суеверно сплюнул трижды через левое плечо.

– Сам не хочу.

Задумался. Не может быть, чтобы здесь наша миссия состояла в том, чтобы помочь в помощи родителям преодолеть будущий кризис.

«Может, основная задача – наш с Наташей будущий ребенок», – размышлял я про себя. Но в пекло войны зачем нас совать? Вряд ли мы вдвоем кардинально изменим ход военных действий. Гадание на кофейной гуще, пустая трата времени.

– Ты чего меня за рукав дергаешь?

– Командир, ты, когда в себя уходишь, не убегай далеко. Мы приехали.

К остановке подъехали за пять минут до назначенного времени. А вот и наши ласточки – сели, защебетали. «Волга», чуть слышно урча мотором, вынесла нас за пределы города, по правую сторону мелькала природа, по левую – промышленные предприятия, но вскоре они закончились. Показался пост ГАИ. Километров через десять в открытые окна машины стал врываться нормальный воздух, не отравленный выхлопными газами и вредными выбросами. Наконец въехали во двор коттеджа.

– Народ, предлагаю вначале на речку, а потом за стол.

– Мальчики, мы купальники забыли.

– Ничего страшного, мы не будем подглядывать, тем более все уже видели.

Притворно-негодующий писк, и коллектив скатился по лесенке на пляж. Вода за день хорошо прогрелась: течение в протоке гораздо медленней, чем в основном русле. Конечно, сравнивать нынешний Иртыш с тем, что в тринадцатом веке, просто некорректно – день и ночь. До чего, паскуды, речку довели! Партийные функционеры, осиновый кол им в глотку, издевались над природой как хотели. Придет время, и она ответит тем же.

Девушки, искупавшись за кустиками, присоединились к нам позагорать. Пристали ко мне, вот дай им рассмотреть татуировку.

– Ну смотрите, за показ денег не берут. Наташка вдруг заявила:

– У тебя тигр на груди живой. Мы все рты пооткрывали.

– Наташенька, иди сюда, в тенек, солнышко тебе, наверно, голову напекло?

– Вот только не надо из меня дурочку делать, – рассердилась девушка. – В прошлый раз у него другое выражение морды было, я точно помню.

Глазастая девчонка, мы с Семеном переглянулись. Она права на все сто, я сей фокус давно заметил. В свое время потребовал объяснений у Карчи, но стервец, по обыкновению, прикинулся дураком, и вразумительного ответа я не дождался.

– Да, ты права, Наташенька, у него, кстати, иногда глаза красным огнем полыхают, – я говорил чистую правду.

Девушка посчитала мое высказывание за неудачный прикол и негодующе фыркнула.

Голод сорвал нас с пляжа, понеслись домой. У ворот лежал смешной песик, черно-белого окраса: небольшого росточка дворняга с умными глазами.

– Заходи в гости.

– Ты его знаешь, Наташа?

– Конечно, соседская собачка, зовут Жучок.

– И у нас в деревне собака жила с такой кличкой, славный был песик, жаль, погиб после нашего отъезда. Хватит о грустном. Девушки, на кухню – готовьте ужин, продукты в холодильник.

– А что будут делать мужчины? – с невинным видом поинтересовалась Эля.

– У мужчин другая тяжелая работа, они займутся рассуждениями о бренности бытия и будут думать, как облегчить жизнь вам, дорогим женщинам.

Эля расхохоталась и убежала.

– Ну, командир, ты даешь, тебе политруком в армии служить.

– Думай, что говоришь, пойдем лучше по «соточке» примем. Гитару взял из машины?

– Нет.

– Тогда я в гараж, а ты на кухню, за коньяком.

Когда за нами пришли девушки, то они застали интересное зрелище. Мы с Семеном пели под гитару, а Жучок, забравшись на стул и закрыв глаза, самозабвенно нам подвывал. Девчонки ухахатались – потом весь вечер подкалывали нас по поводу хорового пения.