Чтение онлайн

Татьяна пробкой вылетела из кабинета и, не разбирая дороги, промаршировала к выходу из офиса. Из-за слез, застилающих глаза, окружающий мир казался радужным, однако на душе было черным-черно.

Кто-то позаботился об этом. Кому-то вздумалось всеми правдами и неправдами отравлять существование Татьяне Токаревой. И никто не спешил с утешениями: мол, Таня, Танечка, не плачь, не утонет в речке мяч.

Тонул не мяч, тонула Таня. Шла на дно, пуская пузыри.

Очутившись на улице, Таня прихватила зубами нижнюю губу, чтобы не разреветься до того, как очутится дома и упадет на кровать, уткнувшись лицом в подушку. Она казалась себе щепкой, подхваченной стремительным потоком. Ее несло куда-то, а куда именно – неизвестно. Почему, ну почему судьба обходится с ней так жестоко? Что заставило Эсфирь Борисовну выставить ее из фирмы без видимых причин? Какой негодяй позвонил в «Аудит-консалтинг» во время собеседования? А вдруг это какой-то маньяк, взявшийся преследовать Таню? Чего ожидать от него в следующий раз? Новой пакости? Подножки исподтишка? Ножа в спину?

Неизвестность сводила с ума. Обиды и огорчения последних дней отравляли жизнь невыносимой горечью. «Если я немедленно не съем что-нибудь сладкое, я просто умру», – отчетливо поняла Таня. Такое с ней случалось. Где-то она вычитала, что в шоколаде содержатся гормоны счастья, но, разумеется, не поверила в эту антинаучную ахинею. Ошибается медицина! Гормоны счастья присутствуют буквально во всем сладком и вкусном.

Оглядевшись, Таня увидела на противоположной стороне улицы вывеску «Пончики Данкин Донатс» и устремилась к переходу. Однажды она уже бывала в этом заведении, когда дела завели ее на Чистые Пруды. Память услужливо подсказала, каковы на вкус горячие, щедро напудренные пончики с джемом. «Да, это именно то, что мне сейчас нужно, – решила Таня. – Бесподобный капучино, американский сервис, лучезарные улыбки обслуживающего персонала. Лучшего способа поднять настроение не существует».

Лавируя среди пешеходов, она свернула с тротуара на аллею, наискось пересекающую сквер. В тени деревьев было прохладно и малолюдно, но и тех редких мужчин, которые попадались навстречу, Таня не видела в упор, предпочитая смотреть себе под ноги. Недавний поход в корейский ресторан окончательно настроил ее против каких-либо амуров. Подлый поступок Мити стал последней каплей, переполнившей чашу терпения. Она не была бездонной. В душе накопилось столько обид на мужской пол, что Таня даже думать не хотела о том, чтобы снова попасть во власть одного из этих самовлюбленных эгоистов.

Последний претендент на руку Тани, ее сердце, тело и жилплощадь в центре Москвы исчез с горизонта три… нет, четыре года назад. Звали его Русланом, хотя ничего богатырского в его внешности не наблюдалось. Заурядный тридцатилетний низшего звена менеджер с изрядно подпорченным зрением и слабенькой потенцией. Свидания с ним происходили по пятницам и субботам, поскольку в остальные дни недели Руслан работал, а воскресенье посвящал аутотренингу, медитации и еще какой-то продвинутой чертовщине.

Ужинали непременно при свечах, пили красный «Кагор», слушали «Пинк Флойд», беседовали о вечном. Оно, вечное, по мнению Руслана, заключалось в нем самом, а окружающая действительность служила чем-то вроде рамы, обрамляющей картину. Закусив трубку, Руслан обожал делиться своими малейшими переживаниями или соображениями по любому поводу. Это получалось у него так обстоятельно, так многословно, что к началу обязательной программы у Тани начинали слипаться глаза, что, впрочем, нисколько не мешало Руслану. Вялая возня в постели длилась минут пять-семь вместе с прелюдией, после чего любовник заводил прежнюю шарманку.

За всю свою сознательную жизнь Таня так и не уяснила для себя, в чем прелесть секса, на котором помешаны большинство людей. В последнее время она даже начала испытывать смутное отвращение к мужчинам, постоянно обманывающим ее ожидания. Ее ужасно раздражали бесцеремонные взгляды, пытающиеся оценить длину ее ног и, казалось, проникнуть под юбку. Продолжая упорно смотреть куда угодно, лишь бы не на уличных ценителей женской красоты, Таня не успела отреагировать на появление мужской фигуры слева по курсу. Это стало для нее полной неожиданностью. Кто-то шагнул ей наперерез, она не успела принять в сторону и…

– Ох! – Больно ударившись грудью о чье-то твердое, чуть ли не каменное плечо, Таня сбилась с шага, выронила сумочку и разозлилась, представив себе, как нелепо выглядит со стороны.

– Прошу прощения, – обеспокоился незнакомец, наклоняясь за сумочкой.

Настал его черед охнуть. Таня, вознамерившаяся проделать то же самое, боднула мужчину в переносицу и сама ослепла от искр, брызнувших из глаз.

– Извините, – сказали оба одновременно.

После чего так же синхронно улыбнулись. Оказавшийся более расторопным мужчина поднял сумочку и вручил ее Тане со словами благодарности. Лоб у нее побаливал, и, жалея о примирительной улыбке, она намеревалась сказать что-нибудь колкое про всяких неуклюжих растяп, ловящих ворон на улице, но промолчала.

Перед ней стоял молодой мужчина весьма примечательной наружности. Оказалось, что, помимо приятного баритона, он обладает белоснежными зубами и в меру дерзкими голубыми глазами. Прическа его выглядела небрежно, но пробор был идеально ровным, словно под линеечку проведенный. Ну а пахло от него тонко, интригующе, что свидетельствовало не только о хорошем вкусе, но и о врожденной деликатности мужчины.

– Сильно я вас ушиб? – сочувственно спросил он.

– Да нет, пустяки, – ответила Таня, растирая ноющую точку между бровями.

– Задумался, – пояснил мужчина. – Все никак не мог решить, какие пончики выбрать: с персиковым джемом или с заварным кремом.

– Вы любите пончики? – удивилась Таня, украдкой взглянув на бедра собеседника, показавшиеся ей узковатыми для любителя сладкого.

– Это самое лучшее средство от стресса, которое мне известно, – прозвучало в ответ.

Хм, неужели статьи в женских журналах высасываются не из пальца, а пишутся на основании научных фактов?

– Да-а? – протянула Таня недоверчиво. – Пончики?