Чтение онлайн

Олинька. Да от чего же?

Ал. Прикупка. Да боюсь, чтоб душа общества не вздумала вам куры строить…

Олинька. Полноте, пожалуйста…

Те же, г-н Пулькин входит, униженно раскланиваясь; за ним г-н Козыревич, тучная фигура с красным лицом и гордою осанкой.

Г-н Пулькин (притворяясь добрым простаком). Милости, милости просим, наш единственный друг и благодетель! Здесь для вас поспокойнее… (Про себя.) Так вот бы и съел его! (Вслух.) Анна Гавриловна, душенька, вот Самсону Кондратьичу желательно было бы в преферанчик позабавиться, как ты думаешь? Есть у нас картиночки?

Г-жа Пулькина. Помилуйте, очень рады доставить вам это удовольствие, хоть сию минуту. (Тихо приказывает Прикупке распорядиться.)

Г-н Пулькин (часто целует Козыревича). Да, благодетель! Только прикажите… не посмеем ни в чём отказать, уважая ваши заслуги… (Про себя.) Предатель!

Г-н Козыревич (говорит отрывистым басом). Да-с, давайте-ка, матушка, Анна Гавриловна, что терять золотое время! Я же, знаете, до плясок не охотник… да и не по летам… тяжёл на ногу…

Г-н Пулькин. Именно. Уж куда нам до выпляски! Иногда, от одних директорских резонов так душа напляшется, что едва дух переводишь… Так ли, благодетель? (Целует снова.)

Г-н Козыревич. Гм! Случается. Впрочем, в службе всё переносить надо: стерпится — слюбится.

Г-н Пулькин. Действительно. Ну, а как? Полюбился ли вам наш гость, Леопольд Михайлыч Минус? Согласитесь, что благородный малый, просто — душа общества!

Г-н Козыревич (подумав). Да! В нём что-то есть… Должно быть, путешествовал по Европе… Впрочем, таланты и гений человека узнаёшь только тогда, когда сядешь с ним по маленькой, да запишешь от 30. Завтра он будет у меня… Так уж вы, пожалуйста, не обманите…

Оба Пулькины. С удовольствием!

Г-н Козыревич. Без церемоний… Танцев, я думаю, не будет, наверное не знаю. Служба, поелику, такая, что нет времени развернуться в полном блеске.

Г-н Пулькин. Да, благодетель! Служба вас крепко изнурила! А всё-таки я удивляюсь, как это вы мастерски успеваете! То есть везде и всячески умеете того…

Г-н Козыревич. Ох, уж не говорите! Бьёшься, бьёшься, а всё неприятности да нахлобучки. Только вот и от сердца отляжет, когда углубишься в преферанчик.

Г-н Пулькин. Да-с. Преферанчик истинно усладительное занятие рода человеческого! Недаром он у нас во всех местах так свирепствует. Как знаете, этак, позабавишься немножко, пулечки три, четыре, так на другой день уж и на службу не хочется. Впрочем, вам благодетель, и служба, и преферанчик, всё — ремонтирует…

Г-жа Пулькина. Да-с! Уж нечего сказать: Самсон Кондратьич на взяточки мастер… уж мы перед вами пас!

Г-н Козыревич (конфузится). Ну, пожалуйста, без лести!..

Г-н Пулькин (целуя его). Нет, благодетель! От чистого сердца сознаёмся! Только вот чуть зазевайся, глядишь, уж Самсон Кондратьич и хапнул!

Г-н Козыревич. Эх, друзья! Приведись и Артемию Васильичу удобный случай…

Г-н Пулькин. Нет, нет, благодетель! Я не такой души человек! Уж и жене обидно, что плохо разыгрываю… а вы, ведь это чудо! Вы как-то всякого умеете всё эдак, в жилку да в жилку…

Г-н Козыревич. Жил много, вот отчего… Ну, куда же мы сядем-то?

Г-жа Пулькина. Да вот сюда, батюшка… вчетвером… Вы, Артюша, я да вот ещё наш будущий зятёк, Александр Андреевич.

Г-н Козыревич. А, г-н Прикупка! Поздравляю… и вы уж нынче дерзаете?

Ал. Прикупка. Если позволите… готов служить, не смею ослушаться.

Г-н Козыревич. Очень рады! Ваш батюшка, я слышал, вчера проигрался? Это на него не похоже…

Ал. Прикупка. Да-с, он уж и сам удивляется… Впрочем, сегодня поехал хлопотать в надежде отыграться.

Г-н Козыревич. Милости просим завтра ко мне, со всем семейством, слышите?

Ал. Прикупка. Покорно благодарю-с.

Г-н Козыревич. Ну, а вы, хорошо подвизаетесь?

Ал. Прикупка. Кажется, служу усердно…

Г-н Козыревич. Нет, то есть как вы в преферанчик-то? Если вы пошли по батюшке, так нам и страшновато.

Ал. Прикупка. Помилуйте… Я не смею и думать равняться с батюшкой… Он уже давно пользуется заслуженною репутацией… а я только ещё учусь, вникаю…

Г-н Козыревич. То-то! (Про себя.) Они, кажется, меня пообчистить хотят?.. Увидим! (Вслух.) Ну, матушка Анна Гавриловна, а почём же мы сразимся? Жалованье наше небольшое, я ведь по маленькой…

Г-жа Пулькина. Разумеется. Сядем-те для удовольствия: по гривенничку.

Г-н Пулькин. Да, благодетель, для препровождения времени.

Ал. Прикупка (про себя). Ой! Ой! Какой куш!

Г-н Козыревич. Гм! Хорошо! В большую не из чего и не за чем; так уж по-моему, для ровного счёта, сядем по 30 копеечек серебром! Оно, знаете, и вам будет веселее, да и мне не обидно.

Ал. Прикупка (про себя). Вот тебе раз!