Чтение онлайн

Жители Города обратились за помощью к Богу: «Царь… всю ночь молился с патриархом Фотием в церкви святой Богородицы во Влахерне, и вынесли они с песнями божественную ризу святой Богородицы, и смочили в море ее полу. Была в это время тишина и море было спокойно, но тут внезапно поднялась буря с ветром, и снова встали огромные волны, разметало корабли безбожных русских, и прибило их к берегу, и переломало…» Божья кара настигла варваров-завоевателей, большинство из них нашли смерть в пучине морских волн, так что немногим удалось вернуться домой.

Тема пребывания русских в Константинополе-Стамбуле всегда вызывала живейший интерес как у историков, так и у писателей и литераторов разных времен.

В начале XX века турецкий писатель и исследователь Джелал Эссад, описывая памятники архитектуры и культуры столицы Турции, не обошел своим вниманием период пребывания в Константинополе «русских вождей» Аскольда и Дира. Так, повествуя о храме Архангела Михаила, основанном Константином Великим, автор отмечал, что прекрасное сооружение было разрушено пришлыми варварами.

«Жители Босфора впервые видели тогда нашествие народа, до сих пор им неизвестного, — писал Эссад-бей. — Это были русские идолопоклонники, которых они называли «россами-человекоубийцами». Под начальством своих вождей, Аскольда и Дира, русские переправились через Понт Евксинский (Черное море) на сотнях маленьких судов и заняли берега Верхнего Босфора…». Ссылаясь на доступные в ту пору документы, автор с беспристрастием хрониста перечислял бесчинства пришлых агрессоров: «Они отрубали головы монахам… распинали их, убивали, пуская в них стрелы, или вбивая им в череп гвозди…»

Ту печальную для местного населения трагедию Джелал Эссад связывает с 865 годом. Что это — свидетельство еще одного, малоизвестного, похода Аскольда и Дира в Константинополь или вполне объяснимая погрешность — в несколько лет — при исчислении древнейших исторических событий? Вызывает также вопросы термин «впервые», примененный автором к появлению россов в Константинополе в 865 году.

Трудно заподозрить турецкого писателя и исследователя Д. Эссада в отсутствии исторических знаний, тем более что его работы получали положительную оценку известного русского ученого-византиниста П.В. Безобразова. А может, все дело в моральной оценке автором действий воинства Аскольда и Дира на византийской земле? И 865 год следует соотносить лишь с появлением в толковании автора новой приставки-определения: были «россы» — стали «россы-человекоубийцы»?..

Вопросы, вопросы, вопросы… Чем древнее исторические события, тем труднее найти им объяснения, тем больше версий и предположений они рождают. Но от этого не становятся скучнее и однообразнее. Наверное, не так уж важно, сколько было походов Аскольда и Дира в Константинополь, и в каких точно годах они предпринимались, более серьезным и впечатляющим выглядит факт исторического, а возможно, и Божьего возмездия варяжским князьям за злодеяния на византийских землях.

Гибель Аскольда и Дира в 882 году была такой же вероломной и беспощадной, какую они много лет назад принесли с собой на Босфор. Их убил преемник Рюрика, варяжский князь Олег, обманом проникнувший и захвативший Киев — княжеское владение Аскольда и Дира.

Наряду с научными трудами и публикациями в разное время выходило много популярной художественной и публицистической литературы об истории хождений русских людей в Константинополь-Стамбул. В отличие от строгих ученых, опирающихся в своих работах, как правило, на беспристрастность архивных документальных источников, писатели, литераторы-путешественники привносили в свои повествования творческую фантазию, используя сюжеты из многочисленных легенд и преданий.

Не остались в стороне и российские авторы. На гребне распространенного легендарного представления о России как о духовной преемнице Византии, а также о Москве — как о Третьем Риме (после Великого Рима и Нового Рима — Константинополя) герои исторических публикаций нередко наделялись сверхзамечательными чертами, способностями, свойствами. Их поступки идеализировались, отличались высокой духовностью и красотой. Так варвар-славянин постепенно превращался в былинного русского витязя — защитника Отечества.

Стремясь переломить бытующее в прошлом мнение о древнем «россе» как о «человекоубийце», русские авторы зачастую пытались объяснить или оправдать неблаговидные поступки своих далеких предков в отношении ромеев, при этом аргументируя свои гипотезы историческими фактами проявления агрессии Константинополем, провоцирующим варваров-славян к ответным наступательным защитным действиям.

Как бы то ни было, подобные произведения были востребованы публикой, просвещали людей, воспитывали и поддерживали в русском народе дух высокого патриотизма и любви к Отечеству. А жизнь и деяния далеких предков русских обрастали новыми легендами, преданиями, небылицами, мифами, выдуманными и невыдуманными подробностями. И со временем было уже трудно разобраться, где правда в этих рассказах, а где — вымысел, рожденный буйной фантазией автора…

С давних времен в поле зрения просвещенной части российского общества была полемика о первых русских христианах. Наряду с наиболее распространенным мнением о том, что христианство первой из княжеского рода приняла русская княгиня Ольга в X веке, во время своего путешествия в Константинополь, учеными, литераторами и просто знатоками — любителями истории выдвигались другие предположения.

Одни твердили о некоем новгородском знатном боярине Антипине, совершившем паломничество к византийским святыням по пути «из варяг в греки» и отказавшемся от языческого верования в Царьграде в начале IX века. Другие называли блаженную Галичку, дочь воеводы с Волынских земель, и связывали ее крещение в Царьграде с серединой IX века. Иные уверенно заявляли, что первыми князьями-христианами в Древней Руси следует считать киевских правителей Аскольда и Дира. Последней версии, судя по всему, придерживался популярный в прошлом автор исторических сочинений А.И. Красницкий, опубликовавший во второй половине XIX века несколько своих романов о взаимоотношениях славян с Византией, о возникновении христианства на Святой Руси, о хождениях русских людей в Царьград. Правда, в отличие от ученых из церковно-академической среды, придерживающихся мнения, что князья Аскольд и Дир приняли христианство в Киеве от епископа, посланного константинопольским патриархом Фотием в начале или середине 60-х годов IX века, писатель считал, что варяги крестились в Царьграде, во время одного из своих походов.