Чтение онлайн

Приятно раскрывать старые преступления. И все же пока не удалось выяснить, кто зарезал ножом женщину по имени Марджи Ридер.

Первого ноября в десять утра лейтенант Сэм Гроссман из криминалистической лаборатории позвонил в 87-й участок и спросил Стива Кареллу. Когда Карелла взял трубку, Сэм рассказал ему анекдот о человеке, который открыл пиццерию напротив Ватикана, и только после этого приступил к делу.

– Я насчет электробритвы, – сказал он.

– Какой электробритвы?

– Той, что вы нашли в ванной квартиры Лейденов. Мы сняли с нее отпечатки пальцев – занятная получается штука.

– Что же в ней занятного?

– Отпечатки принадлежат убийце.

– Дамаску?

– Это его фамилия?

– Это фамилия главного подозреваемого.

– Почему вы его не арестовали?

– Не можем найти.

– Так или иначе, отпечатки на электробритве совпадают с отпечатками на ружье. Каково?

– Что-то я не понимаю, – сказал Карелла.

– И я тоже. Ты бы смог застрелить двоих, а потом побриться бритвой одного из убитых?

– Я – нет, а ты?

– И я нет. Тогда почему этот тип так поступил?

– Может, он сильно зарос? – предположил Карелла.

– Мне случалось видеть и не такое, – сказал Гроссман.

– Мне тоже.

– Но зачем ему было так рисковать? Ружье стреляет слишком громко, Стив. Ты можешь вообразить человека, который стреляет из ружья четырежды, а потом как ни в чем не бывало идет в ванную бриться? Электрической бритвой! Ею же за час не побреешься!

– Ну, за час все же побреешься.

– Все равно долго! – сказал Гроссман. – Если ты застрелил двоих, первое твое побуждение – удрать. Тут уж не до бритья электробритвой.

– Это в том случае, если не знаешь, что в квартире напротив глухая женщина, а в квартире рядом нет жильцов.

– Ты хочешь сказать, что никто в доме не слышал стрельбы?

– Почему? Слышали.

– Ну и что?

– Обычное дело. Никто не позвонил в полицию.

– Так или иначе, убийца понимал, что наделал много шума. Он должен был быстро смыться.

– Но он же, по твоим словам, этого не сделал.

– Я говорю тебе: он стал бриться.

– Твое мнение – кто он?

– Псих, – сказал Гроссман.

Глория Лейден жила в многоквартирном доме на берегу реки Дикс. В вестибюле Кареллу и Клинга остановил швейцар. Он позвонил миссис Лейден, чтобы сообщить о визитерах. Она была готова их принять, и сыщики взмыли на семнадцатый этаж в сопровождении лифтера, который все время насвистывал «А мне все равно» и страшно при этом фальшивил.

В квартире были большие стеклянные двери, выходившие на маленькую веранду, обращенную к реке. Ухоженная квартира была обставлена в стиле датского модерна: белые стены, бежевые ковры. Четыре обитавшие здесь кошки, похоже, подбирались по цвету и превосходно вписывались в общую гамму. Они то выходили, то опять возвращались в гостиную, где Карелла и Клинг допрашивали хозяйку. Кошки поочередно обнюхали брюки Клинга и ботинки Кареллы, словно сами были сыщиками, проверяющими подозрительных посетителей. Кошки выводили Клинга из равновесия. Ему казалось, что они могут учуять запах Анны Гилрой и сообщат куда надо.

– Миссис Лейден, мы хотели еще кое о чем вас спросить, – сказал Карелла.

– Пожалуйста, – кивнула миссис Лейден. На ней был халат с поясом, а под ним со всей очевидностью скрывался корсет. Ее волосы утратили тот лавандовый оттенок, который так удивил Кареллу в морге. Хозяйка устроилась на краешке кресла, обитого пушистой коричневой материей, спиной к балкону.

– Во-первых, нас интересует, слышали ли вы, чтобы ваш сын или невестка упоминали имя Уолтера Дамаска?

– Уолтер?..

– Дамаск.

– Нет, никогда.

– Или какого-то другого Уолтера?

– Среди их друзей не было Уолтеров.

– Вы знали их друзей?

– Некоторых знала.

– Но ваш сын никогда не упоминал...

– Нет.

– А невестка?

– Мы с ней редко говорили. По крайней мере, на личные темы.

– Но вообще-то вы с ней разговаривали?

– Да, разговаривала.

– Вы с ней не очень ладили?

– Нет, отчего же, ладила. Наверно, вас интересует, нравилась ли она мне?

– Она вам нравилась?

– Нет.

– Ясно.

– Уверяю вас, молодой человек, я не умею стрелять из ружья.

– Никто и не говорит, что это были вы.

– Вместе с ней убит и мой сын, не забывайте.

– Ас ним вы ладили, миссис Лейден?

– Прекрасно ладила.

– Но не с невесткой?

– Нет. По крайней мере, сначала не очень.

– Когда было начало?

– Он привез ее из очередной поездки семь-восемь лет назад.

– Откуда она родом?

– Из Алабамы. Представляете, привез мне южанку. Вы бы только на нее посмотрели! Дело было летом, она впорхнула в комнату в желтом платье. Вылитая Скарлетт О'Хара. Вот такое первое впечатление!

– Вы знаете ее девичью фамилию?

– Роза Хилари Борден. На Юге они употребляют все три имени. Она постоянно рассказывала мне о своих двоюродных братьях и сестрах. Элис Мэри Борден, Давид Грэм Борден, Хорсе Франк Борден – натуральный роман из южной жизни. Вы бы только ее послушали! Единственный ребенок в семье, зато тысячи кузин и кузенов по всей округе, любителей кукурузных оладий и требухи. Я сразу сказала сыну: она мне не нравится. Но ему было все равно. Он мне заявил, что любит ее. Любит! Подстерегла его вдалеке от дома, улучила момент! Мужчины все одинаковы.