Чтение онлайн

Я все-таки собралась с духом и оторвалась от разглядывания расстёгнутых верхних пуговиц его роскошной рубашки. Кедровый лес искрился всеми цветами уличных фонарей и горящих гирлянд заднего двора.

Когда мой взгляд упал ниже, на его губы, я поняла, что Артур… улыбался. Неужели он правда насмехался надо мной?!

— Тэдди, — с невероятной нежностью проговорил он, обхватив моё лицо с обеих сторон.

И тогда я заметила кое-что ещё. Его лицо, оно светилось невероятным энтузиазмом, каким-то возбужденным эмоциональным угаром, словно Артур был… рад? Невероятно рад сложившейся ситуации.

— Тэдди? — снова произнес он и глаза у него разъехались в стороны.

— Артур? — мне совсем не понравилось, когда он как-то странно накренился вбок.

— Я, кажется, сейчас вырублюсь.

Как бы я не пыталась удержать его на ногах, и двух секунд не прошло, как Артур без сознания ничком повалился на траву. Чуть более элегантнее, чем Кёрби Смит от нокаута в девятом классе.

Я не могла оставить Артура без сознания на съедение бездомным кошкам или бродящему по округе Тони. Я отправила друзьям сообщение, и когда они добрались до гаража, Артур все еще не пришел в себя.

— У тебя прямо самая отстойная карма на свете, Тэдди. — прокомментировал Хайд, оглядев меня и неподвижно лежащего рядом Даунтауна.

— Если только ты не заездила его досмерти, — пожала плечами Кара.

— Заткнитесь и помогите мне. — процедила я, пытаясь оторвать тяжёлое тело от земли.

Кара вздохнула, спрятала телефон в чашечку лифчика и взяла Артура за ноги. Хайд подхватил его за плечи, я — за корпус. Тройными усилиями, запыхавшись, мы донесли его до дома, только чудом ни разу не уронив и не ударив головой о дверной косяк.

Когда мы повалили его на диван в гостиной, Кара с Хайдом без сил рухнули прямо на пол, а я не поленилась убедиться, что пружина на этот раз не разорвет его брюки в клочья.

— Зря ты не дала миссис Лукас его усыпить. Он весит больше, чем чертов брангус. — жаловался друг, по дороге в ванную.

Кара прошествовала вслед за ним, а я осталась с Артуром, замечая, что он начинает болезненно кряхтеть и ерзать на месте.

— Тшш-ш, — прошептала я, укрывая его сверху пледом.

— Моя бабушка, Тэдди… — пробормотал Артур, перекатываясь на бок.

Бормоча себе под нос, он все пытался принять сидячее положение, словно пытался сказать что-то очень важное.

— Бабушка…

— Она не здесь. — улыбнулась я. — Она в Лондоне.

— Нет, она живет в Шотландии… Она разводит многолетние растения. Ну знаешь, скрещивает одни виды с другими. У нее в саду все в цветах. Как «Чарли и шоколадная фабрика», только вместо конфет… сплошные розы, тюльпаны и гладиолусы. — не раскрывая глаз, рассказывал Артур. — Моя сестра их обожала. Летом она всегда ходила бледная, как поганка, потому что торчала в теплице целыми днями, не вылезая. Однажды мы приехали к бабушке на каникулах и увидели цветок, который она успела вырастить в наше отсутствие. У него был тоненький стебелек, но такие большие лепестки. Самого яркого желто-оранжевого цвета, с огромной сердцевиной. Анна обожала его, души в нем не чаяла, даже перетащила в Лондон к себе в комнату. Но он недолго прожил, британский климат однажды его просто-напросто убил.

Пока он говорил, я заметила, что все слова он произносит правильно и размеренно, расставляя акценты в предложениях. Мне кажется, даже если набить ему рот камнями, он все равно без запинки процитирует какое-нибудь положение из Венской конвенции.

Что для меня было чистым феноменом, ведь в Мидтауне никто даже бутылку газировки не может попросить, не протянув при этом длинное «ээ-э» или «ну это самое».

— Этот цветок… Тэдди, ты мне так его напоминаешь. Самый красивый цветок, который я видел в жизни. Анна назвала его… — Артур усмехнулся, словно не веря собственным словам.

— Как? — допытывалась я, наклоняясь ближе к его лицу.

Когда он посмотрел на меня, я увидела, как его кедровый лес настигло настоящее стихийное бедствие. В невероятных глазах Артура стояли слезы.

— Она назвала его «Рузвельт».

Его глаза снова закрылись, и слезинка вырвалась из уголка глаза, двинувшись вниз по виску. Я не удержалась и встала на колени перед диваном, чтобы поймать скользящую каплю большим пальцем и стереть все следы грусти с красивого лица.

Я помню, что на вопрос и братьях и сестрах он ответил, что он единственный ребенок в семье. Кто же такая Анна?

— Бедный Даунтаун, — прошептала я себе под нос, осторожно погладив его по щеке. — Что с тобой произошло?

Артур поймал мою руку прежде, чем я смогла убрать ее. Он обернул пальцы вокруг моего запястья и устроил у себя на груди так, чтобы я чувствовала, как бьется сердце. Как поднимается и опускается его грудная клетка.

От удивления, я замерла на месте. Он застал меня врасплох. Определенно, я не была готова к такого рода откровениям. Но Артура уже нисколько не волновала моя реакция, потому что его голова бессильно упала на бок, а дыхание стало тихим и размеренным. Все пролитые слезы высохли. Он наконец уснул.

Поморгав пару раз, я наконец пришла в себя и, подняв глаза, увидела Хайда, стоящего в шаге от спинки дивана, на котором уснул Даунтаун.

— Давно ты тут? — спросила я.

— Все чертово время. — почти с таким же ошеломленным выражением лица, как и у меня, ответил друг.

С содовой и сэндвичем с арахисовой пастой в руках, он опустился на низкий журнальный столик за мной. Моя рука в это время все еще покоилась на груди у Артура.

Хоть его хватка и ослабела, я просто не могла двинуться с места. Не тогда, когда он во мне нуждался.

— Слушай, Тэдди, если тебе он не нужен, то его заберу я. — предупредил Хайд. — Такие речи на дороге не валяются. И рубашки, конечно же.

— Он даже не гей, — я воспользовалась единственной возможной отговоркой.

— Ну, я когда-то тоже думал, что не гей. — пожал плечами друг, откусывая порядочный кусок тоста.

Когда в гостиную к нам нагрянула Кара, Хайд пытался стряхнуть с себя крошки, которые остались после поедания сэндвича.

— Что за посиделки? — спросила Кара, выхватывая из рук Хайда содовую, где остались последние пара глотков.