Рыбный день

Наступил нежный утренний час. Алексей Семёнович, добродушный мужчина неопределенного возраста, сладко спал в своей холостяцкой постельке, а часовая стрелка тем временем коварно подбиралась к стрелке будильника.

Прошло два года с тех пор, как человечество одолело коварного и безжалостного противника – коронавирус. Однако жизнь лучше не стала. Подводя итоги пандемии, медики и вирусологи вынуждены были констатировать, что опасный вирус убил в несколько раз меньше людей, чем ежегодно убивает переедание и его закономерное следствие – ожирение. Но и Бог бы с ними, но тут подоспел опыт цифровизации и желание государства и дальше им пользоваться…

Вчерашний вечер Семёныч провел с друзьями в пивном ресторанчике. Сначала он держался, а потом понеслось: оливки, сыр, курочка в кляре… Дальше все как в тумане. А в конце вечера официант вежливо попросил предъявить Единую потребительскую карту.

Будильник оглушительно зазвенел. Семёныч всегда ставил будильник на максимум, ибо вставание с постели почти всегда было для него делом нелегким, если не сказать – мучительным. Он никогда не рассказывал об этой проблеме своим друзьям, молча терпел, сжимал зубы и шел на работу. Вегето-сосудистая дистония – бабья болезнь, нормальные мужики за такое быстро зашкварят. Вот и сегодня он наскоро умылся, приготовил кофе и поехал на работу. Семёныч знал, нужно немного подождать и ноющая боль утихнет сама собой.

Добравшись до работы, он попытался утешиться мыслью, что сегодня четверг, останется пятница и… Но мысль о конце недели вызвала еще большее беспокойство. Пока его рабочий компьютер загружался, Семёныч успел проверить баланс Единой потребительской карты. На его счету лежала сумма не слишком большая, но достаточная для удовлетворения текущих потребностей. Выдохнув, Семёныч перешел в раздел проверки энергетического пищевого баланса.

«Ваш располагаемый остаток до конца текущей недели составляет 3924 ккал».

Славно погуляли! Как он протянет до понедельника на четырех тысячах килокалорий, Семёныч не представлял. Он попытался вспомнить, это больше или меньше нормы снабжения в блокадном Ленинграде, но так и не вспомнил. Больше никогда! Никаких оливок-фисташек! Опасаясь травмировать психику еще сильнее, он закрыл приложение и попытался сосредоточиться на работе. Текущее положение дел тоже не радовало. Еще вчера начальник вручил ему результаты лабораторных анализов воды и потребовал срочно разобраться. Нестандартных анализов. По всему выходило, что Семёнычу предстояло вычислить, на какой стадии очистки произошел сбой, выявить причину и устранить ее. Что там: фильтры вовремя не промыли или с реагентами что-то не то? Погрузившись в раздумья, он не сразу ощутил какой-то дискомфорт под столом. Семёныч опустил глаза и тихо выругался: по полу, струясь из-под входной двери и захватывая все большую площадь, растекалась вода. Вовчик, молодой сосед по рабочему кабинету, распахнул дверь, присвистнул и выматерился в полный голос.

Конец ознакомительного фрагмента.