Чтение онлайн

На рыбацкий крючок кони попадаются довольно часто, но не радуют они рыбака: мясо их постно, водянисто, невкусно, да еще костляво. Единственное им кулинарное предназначение — на «первый этаж» ухи, которой они дают своеобразный аромат. Троегуб — тот невкуснее, но он мелок, почти как пескарь или чернобрюшка. И все же познакомиться с этой троегубой троицей стоит хотя бы потому, что наши это рыбы, амурские. Кроме Амура живут они к югу до Янцзы и Тайваня да в Японии. В известной мере тоже экзотические существа.

Оба вида коней многие рыбаки принимают за один. Различить же их совсем просто: у коня-губаря, именуемого еще амурским усачом, спина серовато-коричневая, а бока темно-серебристые, причем серебристость темнеет оттого, что чешуйки по краям имеют темную полоску. А у его собрата-родича — пестрого, или пятнистого, коня — спина серовато-желтая в мелких темных точках, на серебристых же боках продольный ряд крупных почти черных пятен. В таком наряде он очень похож на непомерно большого пескаря. Пестряк не столь губаст, как его родня. В Амуре он теперь в несколько раз многочисленнее губаря, хотя раньше соотношение было более ровное.

Оба вида близки не только обличьем, но и повадками, образом жизни. Имеют удлиненное, сжатое с боков невысокое тело, в спинном плавнике — крепкая, острая колючка, рот нижний, в его углах по усику. Ведут стайный придонный образ жизни. Бентофаги: их «стол» образуют всевозможные личинки, черви, моллюски, креветки, а так же рыбья мелочь (пескарики, синявочки, гольяны, малая корюшка).

Кони придерживаются текучих вод с порядочными глубинами, едят днем и ночью, зимой активны и бодры, аппетита не теряют. На блесну-сиговку берут, но вот крючком, наживленным червем, гольяном, мясом рака или резкой, интересуются особенно азартно. И ловятся, разумеется. Случайно ловятся, когда рыбаки пытаются поймать рыбу ценную.

Конек на леске боек и силен, и пока его тянешь из проруби, в волнении перебираешь приятные варианты: ленок! сиг! ауха! налим! А выбросив на лед конька, вмиг освобождаешься от восторгов. Для нас эта рыба — изгой, хотя пестрый бывает почти полуметровым в кило семьсот, а губарь дорастает до 70 сантиметров при 3 килограммах.

Пестрый конь заметно меньше губаря. Весной он широко разбредается по протокам, заливам и разливам и потому рыбаку-любителю попадается гораздо чаще. Всегда больше было его и в промысловых уловах: сетями и неводами эту рыбу брали весной, когда она косяками уходила из Амура в его придаточную систему, и осенью — когда возвращалась на зимовальные ямы да фарватеры. А ловили ее колхозы и рыбозаводы до 6 тысяч центнеров за год — по весу всего в 2–3 раза меньше, чем сазана, и в 6–8 — чем «массового» в то время, преобильнейшего крупного карася.

Губарь же в тех уловах оказывался гораздо реже. Как истый приверженец глубоких текучих вод, он должен бы во множестве попадаться в сплавные сети в кетовую путину. Но когда идет кета, вся рыба, уступая ей дорогу, жмется к берегам, в заливы, глухие протоки. И конь-губарь осенью тоже сторонится «столбовых дорог» Амура. И потому-то даже из сплавных сетей выпутывать его приходится довольно редко.

Созревают кони на 5–7 году жизни при длине тела в три десятка сантиметров. Икринок самки вынашивают 80—100, до 130 тысяч. Нерест порционный, в три приема. Начинается он в конце мая — когда вода прогреется до 19 градусов — и продолжается до июля. На песчано-галечном грунте… А все остальное — без особенностей и без интереса, потому что уже много раз повторено: икра — эмбриончик — личинка — малек…

В принципе сокращение стад коней надо бы приветствовать: рыбака они не радуют, а вот как типичные бентофаги отбирают много «хлеба» у сазана, карася, лещей… И у знаменитого — теперь значащегося в Красной книге — черного амура, признающего за пищу лишь моллюсков.

О троегубе разговор наш короток, для информации.

Это скромная, мало кем замечаемая и виденная, довольно редкая рыбка. С виду — размером и цветом — вроде сардинки или крупной чернобрюшки: тело удлиненное, с боков несколько сжатое, в сравнительно крупкой чешуе. В сопоставлении с конями невеликого размера: длиной в ладонь человека — 12–18 сантиметров. Рот большой, да еще и оригинальный: предчелюстная кость имеет три выемки с буграми между ними (отсюда — троегуб). Бугорки нижней челюсти входят в углубления верхней, и наоборот. В сомкнутом состоянии они образуют подобие крепкого замка. Благодаря такому устройству троегуб свободно захватывает пастью довольно крупную рыбу-добычу. Как видим, это маленький, но прожорливый хищник. Вроде ласки или горностая на земле.

Держится он чаще всего у омываемых быстрым течением закоряженных яров с космами корней деревьев и кустарников. Нередко рядом и вместе с косатками, от неуживчивости и жадности которых терпит много неудобств. С такими нежелательными соседями можно отдыхать лишь подо льдом: те засыпают, а он бодр и активен. Даже блесну берет смело, только маленькую — сиговку. И мормышку.

Интересен троегуб тем, что самцы в брачную пору года пижонисто принаряжаются: раскраска становится много ярче, высыпает живописная пятнистость, а на голове образуются роговидные бугорки. Появляются красные пятна под глазами, а иногда и в них. Жаберные крышки как бы желтеют. Очень нежен и сочен оранжевый наплеск на парных плавниках, а иногда и на нижней губе… И еще что-то неуловимо прелестное появляется в женихах-троегубах. Вместе с возбужденностью и бойкостью.

Но не менее интересно другое: завезли троегуба совершенно случайно, вместе с благородным амуром и толстолобом, в водоемы Средней Азии, и он там очень быстро освоился. «Оккупировал» в первую очередь малые быстротекущие речки, бесцеремонно потеснив маломерных жерехов, ранее там многочисленных. Местных рыбаков, не избалованных рыбицей, он теперь привлекает. А что: в почти горячих речках юга троегуб вырастает в полтора раза больше нашего линейно и вдвое — по весу. 6–8 штук — и сковородка. А по вкусу троегуб не чета коням — сочен и питателен.

Чебаки, ельцы, язи да еще голавли — близкие родственники. Представителей рода ельцов ни много ни мало 30 видов, «оккупировавших» реки и озера чуть ли не всего Северного полушария, в том числе, разумеется, и Североамериканский континент. Амурский же чебак — рыба амурская, хотя водится и в других реках Дальнего Востока.

Это многочисленная, быстрая и проворная рыба. Общественная и очень пластичная. В бассейне Амура чебак успешно освоил реки, протоки и озера от Онона до лимана и от Амгуни до Ханки. Не выносит лишь мутные, грязные да очень теплые водоемы, где жарче 20 градусов. И в питании почти всеяден: употребляет все, что пролазит в горло, хотя предпочитает корм животный: рачков, личинок, червей, моллюсков, икру; покушается на лягушат и мальков. Очень любит воздушных и наземных насекомых, за которыми охотится, плавясь и брызгаясь как хариус. Молодь не гнушается и мелкой водной растительностью. Об этом можно судить по тому, на что он клюет, — а почти на все. На червя и насекомое, рачка и резку, малявку и блесну-сиговку, хлеб и зерна. Летом и зимою клюет.