Чтение онлайн

– В чем дело? – спросил сэр Брайен.

– Насколько я расслышал сэра Джеймса, – отвечал спокойно Дэффид, а он действительно сидел неподалеку от рыцарей, – ему требуется пара самых зорких глаз, способных разглядеть построение английских и французских войск на боевых позициях. Если вы помните Уота из Исдейла, то его глаза зорче, чем у любого из нас, – если вообще во всей Англии и Уэльсе можно найти подобных ему.

Люк Олби и Джон Честер скисли. Брайен нахмурился.

– У стрелка из лука зрение всегда лучше, чем у большинства других людей, – только тогда он сможет точно поражать цели, – продолжал Дэффид. – А такой мастер стрельбы, как Уот, значительно превосходит обычных лучников по способности разглядеть цель. Не так, Уот?

– В самом деле, чтоб мне провалиться, сэр, – подтвердил Уот из Исдейла. – Бог свидетель.

– Что ж, вот и лучшее решение, – заметил Джим. – Пусть оба влезут на деревья, а потом спустятся и расскажут, что каждый из них видел. Наша цель – не разобраться, кто лучше видит, а узнать как можно больше о состоянии войск. Поэтому, кто бы из них ни рассмотрел больше, мы все равно выиграем.

– Справедливо, Джеймс, – одобрил Брайен, хотя по выражению его лица было видно, что его задел вызов, брошенный со стороны лучников. – Значит, полезайте оба наверх, внимательно смотрите, а потом слезете и расскажете, что видели.

Джим, Брайен и Дэффид уселись под деревом ждать результатов. Между тем, по мере того как солнце поднималось над горизонтом, воздух прогревался и благоухал свежим запахом травы и деревьев. Хорошая погода стояла с тех пор, как они высадились во Франции, но сегодняшний день, очевидно, обещал превзойти все предыдущие. Было просто чудесно, хотя, может быть, и жарковато для тех, кто был в полном рыцарском облачении. Джим уже начинал ощущать это неудобство на себе.

Кроны деревьев вокруг них наполнились птичьим пением. Трудно представить себе более мирную картину. Джиму казалось немыслимым, что всего через несколько минут люди начнут на этом самом месте убивать друг друга специально предназначенными для этого колющими и режущими орудиями.

Он вспомнил о предупреждениях Каролинуса, что в этой битве не должно быть победителей. Только так можно нанести поражение Темным Силам. Пока у Джима не было ни четкого плана, ни даже смутных идей, как добиться такого исхода. Каролинус, очевидно, целиком взвалил это дело на его плечи. Но Джим не знал, как к нему подступиться, как добраться до мнимого принца и представить королю Иоанну настоящего.

Мысли его продолжали работать, постепенно переходя к другим проблемам. Он задумался над тем, как они разыщут короля, если тот решит выбрать для наблюдения за ходом битвы другое место. Хорошо, конечно, быть невидимым, но все же сложно провести такое множество людей вдоль линии сражения и остаться незамеченными. Придется, видимо, разбить их на группы, что тоже рискованно.

Ему оставалось только верить, что его солдаты сами разыщут друг друга, где бы король ни выбрал место для своей ставки. Однако они рисковали не досчитаться многих в нужный момент, и это Джиму не нравилось.

Его мысли были прерваны возвращением наблюдателей – Люка Олби и Уота из Исдейла. Они появились в сопровождении Джона Честера и Дэффида, которые, очевидно, не оставляли их ни на минуту, следили за тем, как они карабкались вверх, и ждали результатов, стоя у подножья дерева.

– А вот и они, – сказал Брайен. – Ну, Люк, что расскажешь?

Перед тем как отвечать. Люк почтительно снял шлем, и Уот, который только сейчас вспомнил об этом, тоже поспешил снять шлем, одетый взамен обычной плоской шапочки лучника.

– Сэр Джеймс, милорд, – начал Люк свой ответ, – обе армии заняли боевые позиции и находятся в полной готовности. Французы разделились на три дивизии, как мы и ожидали, и выстроились в три шеренги, одна за другой. Причем последняя шеренга вплотную подходит к палаткам вельмож и рыцарей. Англичане, насколько я могу судить, выстроились в одну шеренгу, тот же самый злосчастный строй, что при Креси и Пуатье. Латники стоят впереди по всему фронту, лицом к лицу с французами, а лучники образовали две шеренги по бокам. Взаимное расположение таково, что позволяет лучникам вести стрельбу, не создавая опасности для латников.

Он выдал первую порцию информации торопливо, на одном дыхании, потом судорожно глотнул воздуха и продолжил:

– По моему разумению, милорд сэр Джеймс, у англичан шесть тысяч латников, то есть примерно в три раза меньше, чем у французов. У французов есть также генуэзские стрелки, которые располагаются за латниками, на небольшом удалении, так что могут стрелять прямо из-за голов первого ряда. Я разглядел три тысячи арбалетчиков. На английской стороне, в противоположность тому, что нам было известно раньше, насчитывается от четырех до шести тысяч лучников вместо двух.

– Спасибо, Люк, – сказал сэр Брайен. Он взглянул на Джима. – Ты хочешь еще о чем-нибудь его спросить?

Джим покачал головой.

– А теперь ты… – Брайен перевел взгляд на лучника, Уота из Исдейла.

– Что ты можешь добавить к его словам?

– Только то, что там нет шести тысяч лучников, от силы две, – сухо ответил Уот.

Не только Брайен и Джим, но и другие рыцари, которые слышали его слова, с удивлением уставились на лучника, который выдержал их испытующий взгляд с полным хладнокровием.

– Как ты можешь так говорить? – сказал Брайен. – Лучники слишком далеко, чтобы ты мог рассмотреть каждого в отдельности. А насколько мне известно. Люк верно оценивает численность на глаз.

– Конечно, – спокойно ответил Уот из Исдейла, – ему и должно было показаться, что в двух шеренгах не менее шести тысяч латников. Но это всего лишь ловкий обман, с помощью которого англичане надеются сбить французов с толку. Из тех людей, что он принял за лучников, по меньшей мере две трети таковыми не являются. Это латники, а может, и вовсе повара и булочники из числа обозных, которым дали в руки палки длиною с лук и велели принять позы, в которых, по их мнению, стоят настоящие лучники.

– Уверяю вас, это были лучники! – возбужденно прервал его Люк. – Клянусь!

– Ты подвергаешь свою душу опасности подобными клятвами, – сказал Уот спокойно, даже не поворачивая головы в его сторону. – Они могут стоять в строю с палками в руках, но только пробыв всю жизнь лучниками, они научатся держаться как настоящие лучники. Такая стойка присуща мне, потому что я – настоящий лучник, я рос и жил среди лучников, а те люди – никак не настоящие стрелки.

– Даже если это правда – а я, Дэффид, верю, что Люк может отличить лучника от латника, – тут Брайен запнулся, увидев что Дэффиду очень не понравилось словечко «если». – Словом, что тут говорить, шеренги лучников так далеко, что ни один человек просто не может разглядеть, как они стоят и что у них в руках.