Чтение онлайн

В комнате появился Эрик, несущий в охапке груду вещей, в которых Джулиан немедленно признал собственное обмундирование и отобранные при аресте пояс с мечом. Эрик прошел в середину комнаты, словно не заметив, что чьи-то руки аккуратно прикрыли дверь за его спиной.

Сделав еще один добрый глоток, Джулиан посмотрел на друга — хотя кто знает, оставался ли тот еще его другом после всего произошедшего, — и, не опуская фляги, взглянул на Эрика через ее краешек. Наконец, держа свою емкость за горлышко, он опустил ее вниз, сжав между коленей.

— Привет, Эрик. Ты снова пришел произнести для меня какую-нибудь пламенную речь?

Молодой человек поиграл желваками — его взор по-прежнему оставался холоден — и небрежно бросил принесенное на кровать, при этом куртка и лосины Джулиана соскользнули на пол. Никто из них не сделал попытки поднять упавшую одежду, и Гриффин заметил, что Эрик все еще продолжает держать в руках его меч.

— Премного благодарен, — сказал Джулиан.

— Как ты мог так поступить с королем? С Люси? Со мной, в конце концов? — требовательно спросил Эрик.

Вздохнув, Джулиан поставил флягу обратно на поднос, поднялся с кровати и, подойдя к окну, пожал плечами:

— Сибилла Фокс была схвачена по ошибке.

— По ошибке? По ошибке она вступила в преступный сговор с де Монфором? По ошибке королевская армия попала в засаду под Льюисом?

Джулиан сбросил грязную ватную подстежку куртки на пол, взял холщовое полотенце и макнул в ледяную воду.

— Именно так, по ошибке. — Он принялся яростно протирать лицо.

— Так или иначе, она — государственная преступница!

— В ту роковую ночь во главе королевских войск шел ее отец, — заметил Джулиан, переходя от лица к рукам и плечам, — там он и погиб. Сибилла не имела никакого представления о том, что делает, она оказалась лишь игрушкой в чужих руках.

— Черта с два она не знала! — усмехнулся Эрик.

Перестав вытираться, Джулиан оглянулся через плечо на своего друга.

— Пойми же ты. Она была не более чем глупой девчонкой. Откуда ей было знать?

— Даже если это и правда, удерживание замка и игнорирование королевских требований незаконно. А ее происхождение? Правду ведь говорят, что ее мать — простолюдинка?

Подумав, Джулиан принялся растирать полотенцем живот.

— Могу лишь сказать, что на этот счет… есть некоторые вопросы.

Эрик дал волю праведному гневу и зарычал:

— Вот ты и должен был получить ответы на вопросы, и что-то мне подсказывает, что они уже у тебя есть. Король посылал тебя в Фолстоу не для того, чтобы быть судьей или присяжным поверенным Сибиллы Фокс, и уж тем более не для того, чтобы стать ее адвокатом! Тебе оставалось лишь взять замок под временную охрану и…

— Свои обязательства перед королем я и так прекрасно знаю! — сорвался на крик Джулиан и через несколько мгновений добавил, с усилием переходя на спокойный тон: — И мне вовсе не требуется, чтобы ты обсуждал здесь мои действия.

— Отлично! Мне весьма отрадно сознавать, сударь, что вас хотя бы совесть немного мучает! — огрызнулся Эрик.

Проигнорировав выпад своего рыцаря, Джулиан вернулся к кровати, поднял с пола свежую рубаху и, путаясь в шнурках, принялся натягивать ее через голову, поглядывая то на свой меч, то на лицо человека, который его держал.

— Послушай, — не выдержал наконец Джулиан, — ты принес сюда эту штуку, чтобы вернуть владельцу или чтобы убить меня?

— Еще не решил, — отозвался Эрик. — Глядишь, через какое-то время и сменю гнев на милость. А ты не знаешь, кто эта старая француженка?

— Это леди Сибил де Лаэрн, — ответил Джулиан.

Он уселся на кровать и принялся стягивать сапоги.

— И что она тут делает?

— Очень хороший вопрос. — Джулиан наконец справился с одним сапогом и закинул ногу на ногу. — Я встречался с ней во Франции еще до рождения Люси. Она дала мне кое-какие свидетельские показания, но ни словом не обмолвилась, что имеет намерение посетить Англию. Уж слишком дряхла и больна была ее собственная мать, нуждающаяся в постоянном уходе.

— Быть может, ее матери с того времени и в живых-то нет, — неохотно предположил Эрик.

— Возможно, так оно и есть, — согласился Джулиан, отпихивая в сторону второй сапог.

— Джулиан, послушай, я никак не смогу поддержать тебя, если ты действительно намерен свидетельствовать в пользу королевской изменницы.

— Прекрасно тебя понимаю, — ответил Джулиан, встав с кровати и натягивая лосины.

— Прежде всего, — продолжал Эрик, словно не слыша последних слов Гриффина, — мой первейший долг — верность Эдуарду и Англии. Кстати, после того как ты получил бы в награду Фолстоу и удалился от дел, я должен был принять твою должность.

— Я прекрасно об этом помню. — Джулиан снова сел на кровать, продолжая заниматься лосинами. — Если ты выступишь на моей стороне, это, несомненно, повредит твоей карьере на королевской службе.

— А ты как думал? Но есть и другая, более важная причина, по которой я не смогу тебя поддержать. И дело вовсе не в моей карьере, а в твоем отступничестве. Ведь это совсем на тебя не похоже, смею утверждать, поскольку мы знаем друг друга не первый год. Или, если угодно, поскольку я хорошо знаю тебя.

Джулиан встал и, надев куртку, принялся молча зашнуровывать ее по всей длине от пояса до самого горла. На это нелегкое занятие ушло несколько минут, и наконец, закончив, он вздохнул и взглянул на Эрика.

— У тебя есть выбор. Ты можешь верить или не верить тому, что я сказал тебе про Сибиллу Фокс. Могу лишь поклясться, что это — чистая правда. Я верю тому, что поведала мне Сибилла. И совсем не потому, что я глуп или она околдовала меня каким-то невероятным образом, или пообещала все богатства Фолстоу. Я верю ей совсем по другой причине. Все, что она рассказала мне по собственной воле, полностью подтверждалось сведениями, которые я собрат до этого сам. Это и привело меня к выводу, что все с ней случившееся — роковая ошибка.