Чтение онлайн

Все— таки я ждала, что Грег позвонит вечером и я похвастаюсь предполагаемой поездкой. Я представляла, как небрежно сообщу ему об этом. Но его звонка я так и не дождалась. Не позвонил Грег и на следующий день. Правда, он появился в аське. Я как раз собиралась ложиться спать. Увидев, что он зашел, сразу написала: «Привет!» И повесила улыбающийся смайлик. Думала, вот сейчас сообщу ему, что еду в Прагу. Но он не ответил. Подождав пару минут, я написала: «Грег, ау!» От него пришло: «Приветик, Лада! Извини, я сейчас не могу разговаривать».

«Ну и подумаешь! — сказала я сама себе. — Не очень-то и хотелось! Так что все — к лучшему!»

Я не стала отвечать и вышла из аськи.

Последние дни перед отъездом были для меня довольно напряженными. Но я благополучно сдала все зачеты, а потом без конца бегала по магазинам, так как решила обновить гардероб для поездки. Я знала, что отец любит модные бренды и всегда настаивает, чтобы я одевалась дорого и стильно. Он терпеть не мог вещи с рынка или дешевых распродаж. У мамы на этот счет было совершенно противоположное мнение, поэтому отец мягко, но непреклонно старался привить мне вкус к дорогим вещам.

О Греге эти дни я практически не вспоминала. И это внутреннее умиротворение мне нравилось. Я понимала, что приняла правильное решение и мне осталось лишь одно — закрепить результат и окончательно выбросить Грега из головы.

С Лизой я общалась эти дни только по телефону. Как-то я осторожно спросила о «Васе», и она спокойно ответила, что больше с ним не встречается. Правда, причину озвучивать не стала. Я ей поверила.

«Вот и отлично! — радовалась я. — Если он и с Лизой прекратил общение, то, возможно, вообще исчезнет из нашей жизни».

Но за день до моего отъезда Грег позвонил.

— Да, я слушаю, — ответила я и тут же почувствовала, как мурашки побежали по коже от волнения и какого-то томления, разлившегося по всему телу.

— Как дела? — невозмутимо спросил он.

— У меня тут модуль заканчивается, — торопливо заговорила я, — и все преподы словно с ума посходили. Просто зверствуют.

— И у меня модуль заканчивается, — в тон мне произнес он.

— А я завтра уезжаю в Прагу, — сообщила я. — Буду отсутствовать четыре дня.

— Приятного путешествия, — невозмутимо произнес Грег. — Ладно, не стану тогда тебя отвлекать. К тому же я договорился с Лизой пойти в кино. И мне уже пора. Твоя подружка очень не любит, когда опаздывают.

— Удачного просмотра! — стараясь говорить как можно равнодушнее, пожелала я. — А ты вообще зачем звонил?

— Просто так, — ответил он беспечно. — Давненько не общались, вот и решил поболтать. Но раз ты занята, то не буду мешать. Ладно, пока!

И он положил трубку.

Я не выдержала и расплакалась. Услышанное не укладывалось в голове. Неужели он продолжает встречаться с Лизой? Но почему тогда она мне ничего не сказала? Значит, они лгали мне оба! И тут я вспомнила, как он просил ничего и никому не говорить о нашей поездке в ночной клуб. Видимо, он и Лизу также просил не сообщать мне, что они встречаются.

После небольшого раздумья я набрала ее номер. Лиза ответила не сразу. А когда произнесла: «Да, я слушаю», ее голос был недовольным.

— Приветик! — сказала я. — Ты занята?

— Ага, — торопливо ответила она, — у тебя что-то срочное? Я сейчас в учебке, пытаюсь химию [7] освоить по новой щадящей американской технологии.

— Знаешь, я завтра уже уезжаю, — немного нервно сообщила я. — Подумала, что, возможно, не будет времени попрощаться.

— Я помню, что едешь завтра, ты же мне говорила! — ответила Лиза. — Везет тебе! Я бы тоже куда-нибудь смылась. И подальше отсюда!

И она замолчала. Я ждала, что она скажет про Грега, но пауза затянулась.

— Ладно, не буду тебе мешать, — вяло проговорила я и закусила губу от обиды.

Мы дружили практически с детского сада. И у нас никогда не было никаких секретов друг от друга.

— Жаль, не увидимся! — сказала она.

— Ну, если хочешь, можем вечерком встретиться, погулять часок, тем более что вещи я уже собрала, — сделала я еще одну попытку. — А то последнее время мы видимся очень редко, хоть и живем в соседних домах.

— Да так уж получается, — ответила она. И я почувствовала в ее голосе напряжение.

— Так как? — не унималась я.

— Ладушка, не могу я! Ты уж прости! — ласково произнесла Лиза.

— У тебя свидание? — напрямую спросила я. — С этим Васей?

— Мы просто идем в кино, — довольно раздраженно ответила она. — Только и всего!

— Но ведь ты говорила, что больше с ним не встречаешься!

— А я и не встречаюсь! — разозлилась Лиза. — Что такого, если парень пригласил меня в кино? Можно подумать, ты ни с кем в кино не ходишь просто так, без всякой задней мысли! И потом, я не пойму, тебе-то что за интерес? Тебе, насколько я знаю, и дела до него нет. Или тоже на него глаз положила?… Да не вертитесь вы! А то всю кожу сожгу! — кому-то нервно сказала она. — Это я не тебе, Лада!

— Я поняла, что не мне, — ответила я. — Знаешь, неохота сейчас все это выяснять! Просто мне неприятно, что ты что-то от меня утаиваешь, вот и все! Можешь идти со своим Васей куда захочешь! Мне-то что за дело?

— Да? — явно обрадовалась Лиза. — И ты больше не сердишься? Он такой клевый! А вдруг у нас что получится?

— Удачи! — коротко пожелала я.

— Как приедешь, сразу звони, — торопливо сказала она. — Аськой-то там можно пользоваться?

— Понятия не имею! Ну давай!

И я положила трубку.

Слезы текли по щекам, но я их даже не чувствовала. Я сама не ожидала, что эта ситуация так больно ранит меня. Я-то думала, что совершенно охладела к Грегу, но, оказалось, это только иллюзии. Грег продолжал находиться в моем сердце. А иначе почему меня так расстроило то, что он видится с Лизой? Я чувствовала вполне реальную боль, и именно эта боль не давала его забыть.

Прага встретила нас изумительно теплой погодой. Мы поселились в «Grand Hotel Evropa». Это старинное здание, фасад которого выкрашен в светло-горчичные, песочные и коричневые цвета. Отель находился в самом центре города на Вацлавской площади. Отец снял роскошный номер с холлом, двумя спальнями, в каждой из которых была своя ванная. Я с восторгом обозрела большую кровать, застеленную розовым покрывалом, вычурный комод, изящную лампу на витой позолоченной ножке, стоявшую на тумбочке возле кровати, пышные розовые портьеры, подхваченные атласными белыми бантами, огромный шкаф-купе с зеркальной дверцей и закружилась по комнате. Отец заглянул и спросил, все ли меня устраивает.