Чтение онлайн

– Ну-ну, мэм, – проговорил старший из них, нерешительно похлопав ее по плечу, словно прикасался к заключенной в клетку львице.

– Вы ведь не прыгали с этой скалы, правда же, мэм? – сказал тот, что был помоложе: так уговаривают капризного малыша признать правду. – Да ведь то, что упадет с такой высоты, разнесет в пыль отсюда до Рио-Гранде.

– Джеффри! – прошептала она, спиной сползая по отвесной стене. – Мы прыгнули вместе. Мне надо найти Джеффри!

Солдаты обменялись такими взглядами, что и без всяких слов стало ясно: они ей не верят и сомневаются в существовании какого-то там Джеффри.

– Ну-ну, – снова повторил старший. Теперь он уже отчаянно хлопал ее по плечу, и вид у него был почти такой же горестный, как у нее самой.

– Мы поищем… э-э… Джеффри, – пообещал тот, что помоложе. – Приятное разнообразие – не то что искать верблюдов. А вас пока отведем в лагерь. Нашему лейтенанту будет очень любопытно услышать то, что вы ему расскажете.

Джульетта встряхнула головой, понимая, что ей необходимо собраться с мыслями и перестать неосторожно высказывать такое, что заставляет бравых военных усомниться в здравости ее рассудка. Возможно, где-то поблизости лежит Джеффри, и ему нужна помощь врача. Ей надо найти кого-то, кто мог бы ему помочь.

– Герман! – вспомнила она. – Герман Эббот. Он ведь офицер Военной службы инженеров-топографов!

– Ну да, мэм, точно. Он один из помощников лейтенанта Айвза.

– Вы должны немедленно отвести меня к нему!

Эта вполне здравая мысль заметно их ободрила, и, приговаривая что-то заботливое и дружелюбное, они повели ее между колючих кустарников и огромных камней. Они усадили ее на лошадь; Джульетта заметила, что они постарались не дать поводья ей в руки, а сами стали править.

Они направились вниз по течению.

– Что ты об этом думаешь, Марта? – пробормотал младший так тихо, что Джульетта едва его расслышала.

– Ни черта не понимаю, – ответил его старший напарник.

Джеффри сжимал талисман, пытаясь справиться со своими желаниями. Больше всего ему хотелось сорвать подвеску и швырнуть ее в Первозданную Пропасть, проклиная Энгуса Ока, осыпая имя этого кельтского божка всеми мыслимыми оскорблениями, предоставив талисман забвению. Зловредный, мстительный, подлый бог: пообещать возвращение к жизни тем, кто испускает свой последний вздох ради любви!.. Ведь хотя Джульетта бросилась в пропасть вместе с ним, сейчас в священной дубовой роще его возлюбленной не было. Джеффри был в этом уверен, потому что обшарил тут каждый уголок, борясь со слабостью и тошнотой. К прочим невзгодам добавилось еще и больное горло, оттого что он беспрестанно выкрикивал имя Джульетты, так и не дождавшись ответа. Он был один. Абсолютно один.

Конечно, не считая Ариона, который сипел и кашлял, беспрерывно бросая на хозяина укоризненные взгляды. Похоже было, что эти прыжки в пропасть коням даются очень тяжело.

– Нам придется отважиться на прыжок всего только еще один раз, – пообещал Джеффри, поглаживая дрожащую шею своего боевого скакуна. – Всего один раз, когда мы закончим здесь нашу работу. А потом – все!

Их путь пролегал между раскидистыми дубами. Через некоторое время жутковатая тишина священной рощи сменилась отдаленным шумом, который всегда возвещал о продвижении армии: топот тысяч ног, конских и человеческих, скрип перегруженных фургонов, позвякивание доспехов и сбруи, глухой рокот голосов. От города Лондона, направляясь прямо к замку непокорной Деметры, двигалась армия короля Эдуарда – развевающиеся вымпелы возвещали всем желающим полюбоваться, что сам король выступил против своих врагов. Как и доказывал рыцарь Джульетте, Энгус Ок отправил Джеффри именно туда, где он был нужен.

Джеффри почувствовал, как в нем гаснут последние искры надежды. Если король Эдуард ведет армию против этой валлийской выскочки, ее муж Джон может уже быть мертвым, а Джеффри д'Арбанвиль в глазах короля оказался неудачником. Более того, король безжалостно ударит по замку Деметры, считая, что она отвергла предложение о помиловании, поскольку не знает, что его верный рыцарь не смог доставить ей талисман вместе с королевским ультиматумом. И что еще хуже, король может, сам того не ведая, попасть в приготовленную Дрого Фицболдриком ловушку.

Ну, не для того он летал по времени туда и обратно, чтобы допустить подобное!

Обстоятельства жизни вынудили Джеффри д'Арбанвиля научиться прогонять из своих мыслей все, не связанное с непосредственной задачей. Душа человека далеко не всегда легко мирится с тем, что надо сражаться ради золота и славы. Можно сойти с ума, если позволить себе задумываться над тем, что может случиться с теми невинными людьми, которые поневоле оказались втянутыми в его действия. Чтобы не предаваться бессильному отчаянию, Джеффри должен был не уступать разрывающей ему сердце тревоги за Джульетту, должен был не думать о том, что она лежит на дне каньона, совершенно обессилевшая и беспомощная, а на ее зов, обращенный к любимому, откликается только многократное эхо, отразившееся от отвесных скал.

Рыцарь поклялся, что вернется и навеки останется с Джульеттой. И он это сделает – или умрет, пытаясь сдержать клятву. Но сейчас, хотя сердце Джеффри отчаянно протестовало, он должен отогнать от себя все мысли о возлюбленной и с верой в кельтских богов и христианских святых считать, что они сохранят ее, пока он будет заниматься тем, что поклялся исполнить.

– Иди за мной, как только сможешь, – посоветовал он Ариону, не сомневаясь, что верный конь найдет его след и придет к хозяину. А потом Джеффри двинулся в сторону передвигающейся армии и почти поравнялся с последними рядами, прежде чем кто-то из безмозглых олухов догадался бросить ему вызов.

– Говори, зачем ты здесь, сэр! – с издевкой спросил какой-то оруженосец, и Джеффри пришлось подавить боль, пронзившую его сердце при воспоминании о том, как он в последний раз слышал такой вопрос в теплой кухне леди Джульетты.

– Я должен немедленно поговорить с королем. Наедине.

– А я с удовольствием получил бы личное благословение от папы. Убирайся.

Оруженосец отвернулся.

От изумления Джеффри даже споткнулся.

– Как ты смеешь отпускать меня, даже не подняв шума? Кто твой господин, ты, низкорожденный болван? Неужели он не научил тебя постоянной бдительности, которую должен проявлять воин, чтобы обеспечить безопасность своего сюзерена? И не вздумай притворяться, будто сразу признал во мне союзника, поскольку ты явно не пытался быть со мной вежливым!

Оруженосец побагровел, но у него хватило совести смутиться.

Какой-то рыцарь, по мнению Джеффри, слишком поздно заметивший эту небольшую стычку, отстал от своих спутников и рысью направился к ним.

– Нас с тыла беспокоят крестьяне, Борегар? – окликнул он оруженосца, когда подъехал ближе, но тут же подался вперед, чтобы всмотреться в странную фигуру, стоявшую рядом с воином. – Ба! Д'Арбанвиль?

– Монфор! – отозвался Джеффри, приветствуя сотоварища, а потом, махнув рукой на оруженосца, теперь льстиво улыбающегося, осведомился: – Надеюсь, это не твой прислужник?